14.12.2008
Растущий треугольник
№6 2008 Ноябрь/Декабрь
Владимир Портяков

Доктор экономических наук, заместитель директора Института Дальнего Востока РАН.

Взаимодействие трех крупнейших государств Евразии – России,
Индии и Китая – стало одним из новых явлений международной жизни в
XXI столетии. Оно строится на ряде исторических предпосылок и
отражает сходство современных внутренних и внешних приоритетов этих
стран. Сегодня сближение находится на переходной стадии – от
выявления наиболее перспективных областей взаимодействия к
становлению его организационных форм и механизмов. Конечной целью
являются трехсторонние проекты, в том числе в экономической
сфере.
Насколько велик потенциал и каково будущее трехсторонней кооперации
в условиях глобализирующейся экономики?

«ТРОЙКА»: РАСТУЩИЕ ЭКОНОМИКИ

В последние годы Россия, Китай и Индия входят в число наиболее
динамично развивающихся стран мира. По оценке Economist
Intelligence Unit, аналитической службы британского журнала The
Economist, в период с 2002 по 2006 год реальные среднегодовые темпы
роста валового внутреннего продукта (ВВП) в Китае составили 10 %, в
Индии – 7,8 %, в России – 6,4 %.

Во всех трех странах общий рост экономики сопровождался аде-
кватным (в случае России даже опережающим) ростом внутреннего
спроса, среднегодовые темпы которого за тот же период составили 9,2
% в Китае, 7,5 % в Индии и 8,2 % в России. Как следствие, эти три
страны вышли на новые уровни годовых объемов производства ВВП с
соответствующим укреплением позиций в мировой экономике.

По оценке МВФ, номинальный ВВП КНР, пересчитанный в доллары США
по текущему валютному курсу, был равен в 2006-м 2,63 трлн дол.,
России – 979 млрд дол., Индии – около 887 млрд долларов. При этом
доля Китая в мировом ВВП выросла с 3,9 % в 2003 году до 5,46 %,
России – с 1,19 % до 2 %, Индии – с 1,6 % до 1,84 % (мировой ВВП в
текущих ценах в 2006 г. составил 48,144 трлн дол. – см. табл.
1).

Таблица 1

Источник: Данные МВФ и расчет по ним (World Economic Outlook
Database. April 2007 Edition)

За последние годы вырос и среднедушевой ВВП, рассчитанный по
официальному курсу: в Китае с 1 486 дол. (2004 г.) до 2 001 дол.
(2006 г.), в России с 4 104 до 6 856 дол., в Индии с 618 до 797
долларов.

В 2007 году ВВП Китая увеличился на 11,4 % (его номинальный
объем по рыночному курсу составил 3,43 трлн дол.), России – на 7,2
% (1,27 трлн дол.), Индии – на 7,9 %.

Показатели ВВП, рассчитанные по паритету покупательной
способности (ППС) национальных валют, показывают существенное
улучшение позиций России, Китая и Индии в мировой табели о
рангах.

По данным МВФ, в 2006-м ВВП по ППС составил в России 1 727 млрд
дол. в абсолютном и 12 000 дол. в подушевом выражении, в Китае –
соответственно 9 984 млрд дол. (2-е место в мире после Соединенных
Штатов) и 7 597 дол., в Индии – 4 158 млрд дол. и 3 737 долларов.
При этом доля Китая в мировом ВВП достигла 15,07 %, России – 2,61
%, Индии – 6,28 %.
Суммарная доля «тройки» в мировой экономике при расчете ВВП по
официальному курсу национальных валют к доллару составляет 9,3 %
(против 6,7% в 2003-м). Но при расчетах по паритетам покупательной
способности она много выше – 23,96 %. Для сравнения: доля США в
мировом ВВП, рассчитанном по официальному курсу национальных валют
к доллару, составила 27,5 %, а в ВВП по ППС – 19,66 %.

В декабре 2007 года Всемирный банк обнародовал новые оценки
экономических параметров 146 стран и территорий мира. Со-гласно
этим расчетам, ВВП Китая в 2005-м составил по ППС не 8,8 трлн дол.,
как считалось ранее, а примерно на 40 % меньше – 5,33 триллиона.
Соответственно долю Китая в мировом ВВП снизили с прежних 14 % до
примерно 10 %, а Индии – с 6 % до 4 % (5 место в мире). Доля России
в мировом ВВП была оценена в 3,1 % мирового ВВП (8-е место).
Суммарная доля трех стран составила в данном случае около 17 %
мирового ВВП по сравнению с 23 % у США.

Вне зависимости от применяемой системы подсчета динамичное
укрепление позиций каждой из стран в мировом валовом продукте
очевидно.

РЫНОК КАПИТАЛОВ И ТОРГОВЛЯ

Еще один важный качественный сдвиг в структуре мирового
хозяйства в последние годы связан с укреплением позиций Китая,
России и Индии практически во всех сегментах мирового рынка
капиталов.

Заметно увеличились объемы привлекаемых этими странами прямых
иностранных инвестиций. По данным Конференции ООН по торговле и
развитию (ЮНКТАД), их поступление в КНР выросло с 60 млрд дол.
(2004 г.) до более 70 млрд дол. (2006 г.), в Индию – соответственно
с 5,5 до 9,5 млрд, в Россию – с 15,4 до 28,4 млрд долларов.

Эти страны все активнее выступают не только как получатели, но и
как экспортеры капиталов. Так, прямые зарубежные инвестиции Китая
превысили в 2006 году 16 млрд долларов. Нетто-экспортером капитала
в 2006-м стала Индия, которая за год удвоила его вывоз. Быстро
растут и зарубежные инвестиции ведущих российских компаний. Следует
отметить, что данные национальных статистик заметно отличаются от
сведений ЮНКТАД. Например, по подсчетам Росстата, в 2006 году
Россия привлекла 13,7 млрд дол. прямых иностранных инвестиций.

Возросшая экономическая доходность и соответственно
привлекательность корпоративного сектора трех стран привели к
существенному росту капитализации их фондовых рынков, что влечет за
собой увеличение доли развивающихся рынков в общих показателях
деятельности мирового фондового рынка.

Беспрецедентный рост золотовалютных резервов Китая (1 066 млрд
дол. на конец 2006-го и 1,53 трлн дол. на конец 2007 года) и России
(свыше 500 млрд дол. по сравнению со 120 млрд дол. на начало
2004-го), значительная часть которых помещена в казначейские
обязательства США, сделал эти государства важным компонентом
поддержания пошатнувшейся (вслед за ослаблением доллара)
стабильности мировой валютно-финансовой системы.

Относительные позиции Китая, России и Индии укрепляются и в
мировой торговле. По данным Всемирной торговой организации (ВТО), в
2006 году экспорт китайских товаров составил 969 млрд дол. (3-е
место в мире), а доля в мировом экспорте товаров выросла до 8 % по
сравнению с 5,9 % в 2003-м. Импорт товаров КНР достиг 792 млрд дол.
(3-е место в мире), или 6,4 % мирового импорта по сравнению с 5,3 %
в 2003 году. В 2007-м экспорт КНР вырос до 1 218 млрд дол., а
импорт – до 955,8 млрд долларов.

Доля России (305 млрд дол. в 2006 году) в мировом экспорте
достигла 2,5 % по сравнению с 1,8 %, а в мировом импорте товаров
(164 млрд дол.) – 1,3 % против 0,8 % в 2003-м. В прошлом году
экспорт России, по данным Центробанка РФ, составил 355,18 млрд
дол., а импорт – 223,06 млрд долларов.

Доля Индии (120 млрд дол. в 2006 году) в мировом экспорте
выросла до 1 % по сравнению с 0,85 % в 2003-м, а в мировом импорте
(174 млрд дол.) – до 1,4 % против 1 % в 2003 году.

В мировой торговле услугами также усиливаются позиции Китая (в
2006-м – 3,2 % мирового экспорта и 3,8 % мирового импорта по
сравнению соответственно с 2,5 и 3,1 % в 2003 году) и Индии (в
2006-м – 2,7 % мирового экспорта и импорта). Доля России в мировой
торговле услугами (1,1 % экспорта и 1,7 % импорта) осталась на
уровне 2003 года.

По данным индийской статистики, экспорт Индией программных
продуктов и услуг в области информационных технологий и
телекоммуникаций вырос с 9,8 млрд дол. (2003–2004 гг.) до 17,1 млрд
дол. (2005–2006 гг.). На этот же путь стремится стать Китай,
объявивший программу создания в 2006–2010 годах примерно тысячи
предприятий, обладающих международной аккредитацией для ведения
операций аутсорсинга. Активизирует свою деятельность на этом рынке
и Россия.

В целом усиление позиций трех стран в мировой торговле дает им
дополнительные возможности более активно и успешно отстаивать свои
интересы в многосторонних торговых переговорах, в том числе Китаю и
Индии – в рамках Всемирной торговой организации, а России – в
переговорах по ее присоединению к ВТО на недискриминационных
условиях.

ДВУХСТОРОННИЕ СВЯЗИ: ИМПУЛЬСЫ, КРИТЕРИИ, ОГРАНИЧИТЕЛИ

Шансы на синхронизацию действий России, Китая и Индии в
процессах мирохозяйственного развития повышаются с ростом их
взаимной двухсторонней торговли. Объем российско-китайской торговли
в 2007 году достиг 48,17 млрд дол., увеличившись более чем на 60 %
с 2005-го. При этом впервые экспорт Китая в Россию существенно
превысил его импорт из России – соответственно 28,49 и 19,68 млрд
долларов.

Столь же высокими темпами развивается в последние два-три года
российско-индийская торговля. Товарооборот вырос с 3,1 млрд дол. в
2005 году до 5,32 млрд дол. в 2007-м (4,01 млрд – российский
экспорт, 1,31 млрд – импорт).

Объем торговли между Китаем и Индией составил в 2007 году 38,65
млрд дол. (24,02 млрд – экспорт КНР и 14,63 млрд – импорт), что
более чем вдвое превышает показатель 2005-го.

Российские и китайские эксперты разработали специальную
Программу развития торгово-экономического сотрудничества между
двумя странами на 2006–2010 годы, которая ориентирована на
достижение в 2010-м минимального объема двухсторонней торговли в
67,7 млрд долларов.

Завершается подготовка аналогичной программы развития
российско-индийской торговли, в соответствии с которой к 2010 году
намечается выход на новый уровень товарооборота (порядка 10 млрд
дол.) с возможным удвоением еще через пять лет.

Вместе с тем двухсторонняя торговля между КНР, Россией и Индией
даже больше, чем в наращивании объемов, нуждается в
совершенствовании и модернизации товарной структуры. Только в этом
случае удастся создать объективную материальную основу для
трехсторонней кооперации. Простым, но убедительным критерием
готовности торговых партнеров к широкой кооперации (для начала в
двухстороннем, а затем и в трехстороннем формате) является высокая
доля машин и оборудования в структуре взаимного экспорта и импорта
(судя по мировой практике, не ниже 30 %). Именно в этом направлении
следовало бы продвигать эволюцию структуры двухсторонней торговли в
треугольнике Россия – Китай – Индия, которая пока определяется
главным образом естественно-природными и/или исторически
сложившимися сравнительными преимуществами на рынках друг
друга.

Одно из немногих исключений здесь – это уже достаточно высокая и
динамично растущая доля машин и оборудования в экспорте Китая в
Россию – 30,6 % в 2007-м (см. табл. 2). В то же время  доля
машин и оборудованияв российском экспорте, превышавшая 30 % в
начале 1990-х годов, снизилась ныне до всего 1 %, а доминирующие
позиции заняли нефть и нефтепродукты – около 54 % (2006 г.).

Таблица 2

Источник: Данные таможенной статистики КНР (Haiguan Tongji,
Beijing) и расчет по ним.

Технологический разрыв наглядно представлен в структуре
китайско-индийской торговли, где высокой доле машин и оборудования
в китайском экспорте (50,4 % в 2007-м) противостоит намного более
скромный встречный поток (соответствующая доля – всего 4 %). А
доминирует в экспорте Индии в Китай минеральная продукция, прежде
всего железная руда (см. табл. 3).

Таблица 3

Источник: Данные таможенной статистики КНР (Haiguan Tongji,
Beijing) и расчет по ним

Аналогичным образом высокая доля машин и оборудования в
российском экспорте в Индию за счет поставок вооружения и
оборудования для АЭС (38,2 % общего вывоза в 2006-м – см. табл. 4)
пока остается без соответствующей поддержки со стороны индийского
экспорта в Россию.

На примере российско-индийской торговли зададимся вопросом:
имеются ли резервы оптимизации товарной структуры двухсторонней
торговли внутри «тройки»?

Таблица 4

Источник: Данные российской таможенной статистики и расчет
по ним. Таможенная статистика внешней торговли Российской
Федерации. 2006 год. Москва. Федеральная таможенная служба 2007.
Том II. С. 734–735
Примечание. Сумма долей отдельных статей экспорта и импорта может
отличаться от 100 %.

Значительная часть индийского экспорта машин и оборудования
(свыше 41 %) реализуется прежде всего на весьма развитых и
требовательных внешних рынках в Западной Европе, Соединенных Штатах
и Юго-Восточной Азии. Это говорит о достаточно высокой
конкурентоспособности индийских изделий, которые, по крайней мере
гипотетически, могли бы иметь перспективы и в России. Пока же доля
РФ на экспортном рынке индийского машиностроения составляет лишь
0,7 %, отставая от доли США в 25 раз, а Германии и Великобритании –
в 7,5 раза.

Подсчеты показывают, что, если хотя бы по двум позициям
(электротехника/электроника и автостроение) объем индийских
поставок в РФ был бы приближен к среднему уровню, имеющемуся у
Индии с вышеперечисленными странами, общая доля продукции
машиностроения в индийском экспорте в Россию составила бы не менее
35 %.

При этом стоит заметить, что доминирование в индийском экспорте
в РФ продукции химической промышленности (около 44 % в 2006 году)
уже сейчас создает потенциальную возможность развития кооперации в
высокотехнологичных областях, например в фармакологии.

ПРОГНОЗЫ, ОЦЕНКИ, ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Несомненные экономические успехи России, Китая и Индии последних
лет нередко служат основанием для оптимистичных прогнозов их
дальнейшего развития. Предрекается, в частности, что КНР обойдет
Соединенные Штаты и станет крупнейшей экономикой мира в диапазоне
от 2027 до 2035 года. 

Однако, на наш взгляд, такие прогнозы несколько односторонни. По
сути, игнорируются основы нынешнего ускорения экономического роста
и укрепления позиций России, Китая и Индии, в большой степени
определяемых процессами глобализации и экспоненциального роста
экономического взаимодействия данных стран с развитыми
государствами. Кроме того, последние надолго останутся
доминирующими поставщиками новых научно-технических идей и
технологий.

Поэтому сегодня Москве, Пекину и Дели настоятельно требуется не
увлеченное любование радужными прогнозами, а трезвая оценка
серьезных недостатков сложившихся моделей развития и поиск путей их
совершенствования. Откровенный обмен мнениями по этой проблематике
мог бы стать одной из ведущих сфер взаимодействия ученых и
политиков трех государств.

Общие интересы в деле защиты и укрепления позиций в мире требуют
перехода к выстраиванию систематического диверсифицированного
взаимодействия. На встрече министров иностранных дел России, Китая
и Индии в Харбине (октябрь 2007 г.) было принято решение о создании
трехсторонних консультационных механизмов на уровне руководителей
отделов/департаментов внешнеполитических ведомств. Аналогичные
структуры будут выстроены по линиям министерств и ведомств,
действующих в сферах сельского хозяйства, медицины и
здравоохранения, борьбы с чрезвычайными ситуациями.

Межмидовский механизм играет координирующую роль, при этом
предприняты шаги по распределению «кураторских» функций: за
организацию диалога в сельскохозяйственной сфере ответственна
китайская сторона, в медицинской – индийская. В области
чрезвычайных ситуаций созданием переговорной площадки и
последующими мероприятиями займутся российские представители.

В конце марта 2008 года появился новый формат, который можно
назвать «Трек 2 плюс 1»: в Дели прошел первый геостратегический
семинар «Россия – Индия – Китай», в котором наряду с политологами и
профильными экспертами участвовали главы департаментов и
официальные представители МИДов этих трех стран. Углубленно
рассмотрены вероятные направления внешнеполитического
взаимодействия, подходы к развитию сотрудничества в вопросах
изменения климата и охраны окружающей среды, в сфере экономики и
торговли в условиях глобализации. Внимание делегатов, в частности,
привлекла инициатива, связанная с возросшими золотовалютными
резервами «тройки». Они могут быть использованы не только при
продвижении крупных инфраструктурных проектов, но и при отстаивании
общих интересов в мировой экономике и на международных
валютно-финансовых рынках. В данном контексте актуальным было
признано налаживание сотрудничества в банковской сфере.

Особенно перспективна кооперация в развитии региональной
транспортной инфраструктуры. Речь идет о совместных усилиях
(технических, финансовых и других) по развитию таких проектов, как
транспортный коридор «Север – Юг», возрождение маршрутов древнего
Великого шелкового пути (в том числе южного, с выходом к Индийскому
океану), модернизация Транссибирской магистрали, сооружение
трубопроводной системы Иран – Пакистан – Индия, сдерживаемое пока
политическими причинами. К этому можно добавить автомобильную
магистраль из Индии в страны Юго-Восточной Азии и ряд проектов,
суть которых заключается не только в создании надежного и
универсального транспортного моста, но и в возможности придания
мощного импульса всей региональной экономической интеграции.

 В области энергетики имеет место очевидная
взаимодополняемость энергетических комплексов трех стран. В рамках
политики диверсификации Россия разрабатывает восточные маршруты
своего газового и нефтяного экспорта, а Китай и Индия, испытывающие
возрастающий дефицит собственного углеводородного сырья,
заинтересованы в оптимизации источников импорта, причем в серьезной
степени за счет российских месторождений. Широкое поле для
двухстороннего и трехстороннего взаимодействия имеется в вопросах
переброски электроэнергии, развития атомной энергетики, совместной
разведки и разработки новых месторождений углеводородных ресурсов,
в том числе в третьих странах.
Россия, Китай и Индия располагают значительным потенциалом
наращивания объемов и диверсификации номенклатуры взаимных поставок
сельскохозяйственной продукции и продовольствия. На обозримую
перспективу именно взаимная торговля останется основной формой
сотрудничества в аграрной сфере между данными странами. В связи с
этим целесообразно провести специальный анализ факторов,
сдерживающих торговлю сельхозпродуктами, и дать рекомендации по их
смягчению либо нейтрализации. Среди наиболее очевидных проблем
можно выделить следующие.

Первое. Конкуренция со стороны производителей
однотипной продукции из третьих стран. Классический пример –
поставки в Россию чая (черного, зеленого и прочих разновидностей).
Здесь лидирующие позиции занимают не Индия и Китай, как можно было
бы ожидать, а Шри-Ланка, Великобритания и Германия.

Второе. Ограничения и запреты на импорт той или
иной продукции по причине ее несоответствия фитосанитарным
требованиям и/или стандартам качества, по сути являющиеся формой
защиты внутреннего производителя. Пример – действия КНР по
сдерживанию поставок российской молочной продукции.

Третье. Все большее значение будет приобретать
различие в подходах трех стран к пониманию и обеспечению
собственной продовольственной безопасности. Так, ряд российских
специалистов рассматривают широкое распространение в Китае
генетически модифицированных культур как принципиальное препятствие
на пути увеличения импорта продукции растениеводства из КНР.

Заметное развитие в последние годы получило использование
китайских трудовых услуг для производства сельхозпродукции на
арендованных землях в ряде регионов РФ. Этот опыт нуждается в
осмыслении и обобщении, поскольку его оценка в российском обществе
неоднозначна.

Российско-индийское сотрудничество в сфере сельского хозяйства
осуществляется на базе межправительственного соглашения между
Москвой и Дели от 3 октября 2000 года. Существенный интерес для
обеих сторон представляет взаимодействие в сельскохозяйственной
науке, в частности обмен опытом по применению микробиологических
технологий для производства биологических удобрений. Видимо, пришло
время провести инвентаризацию сотрудничества двух стран в
агросфере, с тем чтобы придать ему новый импульс и сконцентрировать
усилия на наиболее перспективных направлениях.

В тщательной проработке нуждается и вопрос о возможном
со-трудничестве России, Китая и Индии по аграрной проблематике в
ВТО (после окончательного вступления России в эту организацию) и на
рынках третьих стран.

На наш взгляд, обозначившаяся в 2007–2008 годах тенденция роста
мировых цен на зерно, молочные и мясные продукты усиливает
объективную потребность налаживания сотрудничества трех стран в
агросфере.

Что касается дальнейшего развития совместной работы в области
высоких технологий, то, возможно, решающее значение приобретает
фактор наличия у трех стран продуктов национальной интеллектуальной
собственности, адекватной оплаты права пользования ими и защиты
прав интеллектуальной собственности в целом.

Эффективность трехстороннего сотрудничества существенно
возрастет, если страны не будут бояться затрагивать сложные,
чувствительные сферы взаимодействия. На сегодня к ним относятся в
первую очередь сотрудничество в военно-технической области, барьеры
на пути взаимной торговли, фитосанитарные и экологические
требования, проблемы выработки приемлемой формулы цены на
углеводороды и электроэнергию.

Трехстороннее взаимодействие России, Китая и Индии опирается на
серьезные заделы и предпосылки. Но его эффективное продвижение не
придет автоматически, само собой. Над ним надо последовательно и
целенаправленно работать политикам, бизнесменам, экспертному
сообществу этих трех стран.

МИРОВОЙ КРИЗИС И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

Глобальный финансовый кризис и порожденная им перспектива
резкого снижения темпов роста мировой экономики весьма болезненно
отразились на народнохозяйственных комплексах Китая, Индии и
России. Общим для трех стран моментом стало значительное снижение в
2008 году рыночной стоимости ценных бумаг. По состоянию на 29
октября 2008-го в КНР сводный индекс курса акций на Шанхайской
бирже снизился на 67,3 % в местной валюте и на 65,1 % в долларовом
исчислении по сравнению с показателем на 31 декабря 2007 года.
Российский индекс РТС упал за этот же период соответственно на 69,1
% и 71,9 %, в Индии  падение составило 55,4 % в местной валюте
и 64,6 % в долларовом исчислении. Во всех трех случаях глубина
падения курсовой стоимости ценных бумаг превысила средний мировой
показатель, составивший 43,9 %.

Последствия ухудшения конъюнктуры в западных странах стали пока
еще не столь болезненными, но уже вполне ощутимыми для
материального производства и сферы услуг России, Индии, Китая.

С середины 2008-го повсеместно снижаются объемы производства в
черной металлургии и пошиве одежды. В Индии, судя по всему,
серьезные потери несет аутсорсинг деловых услуг – отрасль,
развивавшаяся успешнее многих, но и больше других зависимая от
западных заказов.

Для России наиболее чувствительно двукратное снижение мировых
цен на нефть во второй половине 2008 года.

В КНР первыми пострадали развитые приморские провинции Гуандун,
Цзянсу, Чжэцзян, которые поставляли на западный, прежде всего
американский, рынок широкий ассортимент текстильных изделий, обуви,
игрушек, бытовой электроники и электротехники.

В то же время огромный внутренний рынок сбыта,
диверсифицированная товарная и географическая структуры внешней
торговли, крупные инвестиционные заделы предшествующего динамичного
периода позволяют с осторожным оптимизмом смотреть на перспективы
прохождения Китаем, Индией и отчасти Россией кризисной фазы
развития мировой экономики. Она, похоже, продлится полтора-два года
– с середины 2008-го по начало или середину 2010 года. Именно на
подобный вариант развития событий ориентируется, например,
Международный валютный фонд в прогнозе от 6 ноября 2008-го.
Ожидается, что темпы роста Китая, Индии и России снизятся (в 2009
году они могут составить соответственно 8,5 %, 6,3 %, 3,5 %). Но
эти страны наряду с Бразилией сохранят роль локомотива глобального
роста, что позволит предохранить мировую экономику в целом от
сползания в рецессию. Прирост мирового валового продукта в 2009-м
прогнозируется на уровне 2,2 % по сравнению с 3,7 % в 2008
году.

Кризисные явления способны стать стимулом к большей координации
трех стран и Бразилии (формат БРИК) в валютно-финансовой сфере. По
крайней мере, об этом шла речь на встрече министров финансов и
руководителей центробанков этих государств 7 ноября 2008-го (г.
Сан-Пауло). На ней, по оценке аналитиков, «выработана совместная
позиция» в преддверии последующих встреч в рамках G20 как на
министерском, так и на высшем государственном уровне.

В борьбе с наступившими «экономическими заморозками» такой
резерв, как развитие и углубление трехстороннего сотрудничества
России, Индии и Китая, может сыграть весомую позитивную роль.
Взаимодействие в трехстороннем формате опирается на серьезные
заделы и предпосылки. Но успех не придет автоматически, над ним
надо последовательно и целенаправленно работать политикам,
бизнесменам, экспертному сообществу этих трех стран.