30.11.2021
Турция для Украины: альтернативы нет?
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Наталья Печорина

Эксперт в области ВПК Украины (г. Киев), автор многочисленных публикаций по этой теме в украинских и российских изданиях.

Андрей Фролов

Кандидат исторических наук, эксперт Российского совета по международным делам.

Военно-политическое и военно-техническое сотрудничество Украины и Турции в 2019–2021 годах

Перемена отношения ведущих военно-политических сил к конфликту в Донбассе в начале 2019 г. заставили команду, пришедшую к власти на Украине, частично переориентироваться на новых партнёров.

Так, из приоритетов ООН в 2019 г. был исключён вопрос разрешения конфликта на востоке Украины, а генеральный секретарь ООН поставил его в один ряд с другими замороженными конфликтами. Это фактически означало, что ООН не видит возможности скорой разрядки ситуации и ни одна из сторон в ближайшее время не может обернуть её в свою пользу.

Кроме того, о существенном изменении отношения влиятельных государств наглядно свидетельствовало заявление главы французской разведки генерала Кристофа Гомара о том, что Российская Федерация никогда не готовила военного вторжения в Украину, а разведка США давала ложные сведения о вторжении российской армии.

Последовавшая вскоре смена президента США, вмешательство в выборы которого украинских политиков добавило проблем в двусторонние отношения, и очевидно неудачное решение по нанесению России неприемлемого экономического ущерба с помощью санкций, вызвали заметное охлаждение к украинскому вопросу.

В условиях экономической стагнации, усугубляющейся из-за финансово-экономического кризиса, пандемии коронавируса и внутренних конфликтов с младоевропейскими государствами (Польшей, Венгрией и прочими) ощутимый ущерб от экономических санкций против России стал испытывать и Европейский союз. Грянувший осенью 2021 г. энергетический кризис, вызванный в том числе и инспирированной Украиной проблемой с «Северным потоком – 2», подтолкнул Евросоюз к улучшению отношений с Москвой, прежде всего в энергетической и торговой сфере. Франция и Германия, являющиеся членами «Нормандской четвёрки», с откровенным раздражением реагировали на затягивание процесса реализации Минских договорённостей и предложенных ими планов их скорейшей имплементации.

Таким образом, расстановка сил по проблеме разрешения конфликта начала меняться: интерес к Украине со стороны США и Евросоюза как главных союзников стал угасать.

Даже блиц-визит директора ЦРУ Уильяма Бёрнса в Москву, чтобы, согласно информации американских СМИ, «сделать предупреждение по поводу внимания Вашингтона к ситуации с наращиванием и перемещением российских войск у границы с Украиной и попытаться определить мотивы действий», скорее указывает на активизацию усилий по деэскалации затянувшейся нарастающей напряжённости в отношениях между Россией и США.

Разумеется, Украина играет в этом кризисе существенную, но далеко не основную роль, да и сам директор ЦРУ, по словам журналистов, высказал больше опасений по поводу того, что «Россия близка к тому, чтобы использовать экспорт газа в качестве рычага давления на европейские страны, которые могут зимой столкнуться с энергетическим кризисом».

Смене приоритетов США и Евросоюза в оценке угроз способствовало и то, что Россия заняла выжидательную позицию в отношении конфликта на востоке Украины, поскольку имеет возможность дождаться благоприятных условий для достижения собственных интересов – пусть даже в долгосрочной перспективе.

В свете всего перечисленного на первый план закономерно выдвинулось сотрудничество Украины с ближайшими соседями, в частности, с Турцией.

«Независимо от того, холодной или тёплой будет зима, цены на газ в Европе в этот отопительный сезон будут достаточно высокими»
Марсель Салихов, Фёдор Лукьянов
Как Россия связана со скачком цен на газ в Европе? И как они повлияют на российское сырьё? Сыграла ли здесь свою роль зелёная повестка? Что теперь будет с «Северным потоком – 2»? Об этом Фёдор Лукьянов поговорил с президентом Института энергетики и финансов Марселем Салиховым – специально для передачи «Международное обозрение».
Подробнее

 

Военно-политическое сотрудничество

 

Провозглашённый двумя последними президентами Украины (Петром Порошенко и Владимиром Зеленским) курс на интеграцию в НАТО инициировал активизацию сотрудничества практически со всеми его государствами-членами. Но само министерство обороны Украины отмечало «особую активность на южном направлении – с Турецкой Республикой, в частности по направлениям военно-политического и военно-технического сотрудничества и совместной деятельности по уменьшению угроз в Черноморском регионе».

Первое закономерно вписывалось в перечень основных текущих программ министерства обороны Украины: сотрудничество Вооружённых сил Украины (ВСУ) с НАТО, сотрудничество в рамках реализации Рабочего плана Военного комитета Украина – НАТО, Индивидуальная программа партнёрства между Украиной и НАТО, Программа НАТО по обмену данными о воздушной обстановке, Программа расширенных возможностей (Enhanced Opportunities Program/EOP).

Основными задачами военного сотрудничества с НАТО и Турцией были: обеспечение международной поддержки Украины для отражения вооружённой агрессии, восстановление территориальной целостности государства, защиты суверенитета и неприкосновенности; углубление сотрудничества с военными составляющими НАТО с целью достижения критериев членства в альянсе; достижение полных возможностей международного сотрудничества в военной сфере с военным направлением после завершения мероприятий трансформации органов военного управления ВСУ к стандартам НАТО; участие в многонациональных военных формированиях высокой готовности (Силах реагирования НАТО), многонациональных учениях и мероприятиях совместной подготовки войск и международных операциях по поддержанию мира и безопасности в соответствии со взятыми Украиной международными обязательствами; развитие национальной системы сертификации и оценки готовности войск к выполнению возложенных задач по стандартам НАТО; обеспечение представительства ВС Украины в многонациональных штабах оперативно-стратегического и оперативно-тактического уровней; проведение подготовки личного состава и подразделений по стандартам НАТО под руководством иностранных инструкторов Объединённой многонациональной группы по подготовке – Украина (JMTG-U); получения международной технической и гуманитарной помощи.

Роль Турции в указанных мероприятиях оказалась столь велика, что 28 октября 2021 г. министр обороны Латвии Артис Пабрикс заявил, что «Европейский союз должен взять пример с Турции в том, что касается её помощи Украине в борьбе с захватчиками, и оказать поддержку Польше, Литве и Латвии в строительстве современной границы из-за гибридных атак. В настоящий момент Польша и страны Балтии выполняют работу ЕС и платят за неё».

Такой помощью только в нынешнем году стали: завершившийся в сентябре на базе тренировочной группы Командования Сухопутных войск НАТО в г. Измир очередной курс по вопросам процесса оперативного планирования и логистического обеспечения с участием представителей Командования Сухопутных войск НАТО для офицеров видов, родов (сил) ВСУ по направлению оперативного планирования; двусторонние встречи в январе и марте между представителями воздушных сил вооружённых сил обоих государств в рамках внедрения системы обмена информацией о воздушной обстановке Турцией с привлечением экспертов турецкой компании Aselsan Elektronik Sanayi Ve Ticaret A.S.; совместные планирование и проведение в сентябре стратегического командно-штабного обучения «Объединенные усилия – 2021» и прочее.

Свидетельством высокого значения, придаваемого Киевом отношениям с Турцией, является карьерный рост украинского посла Андрея Сибиги, с 2016 г. участвовавшего в формировании политики украино-турецкого военно-политического и военно-технического сотрудничества, а также непосредственной контрактной работы, который в июле 2021 г. стал заместителем главы офиса президента Зеленского.

Новый Чрезвычайный и Полномочный Посол Украины в Турции Василий Боднар, начавший свою каденцию 3 ноября 2021 г., подчеркнул, что Украина и Турция – союзники в области военно-технического сотрудничества (ВТС), и оборонное сотрудничество – ключевое направление. Двусторонние отношения Украины и Турции демонстрируют рост во всех областях – от ВТС до туризма, от политики и безопасности до культуры. По словам нового посла, до конца этого года запланирована встреча в формате «квадрига» с участием министров иностранных дел и министров обороны Украины и Турции. В повестке дня – соглашение о свободной торговле, подписание которого запланировано на десятом заседании Стратегического совета высокого уровня в феврале 2022 года. До своего назначения Боднар работал заместителем министра иностранных дел Украины, что ещё раз подчеркнуло большие надежды нынешней власти в отношении Турции.

Впрочем, Турция достаточно жёстко и последовательно отстаивает свои интересы, не присоединяясь ни к экономическим санкциям против «державы-агрессора», ни предпринимая необратимых шагов, которые бы могли ухудшить её и без того непростые отношения с Россией, США и прочими державами. В июне 2021 г. в ходе встречи в Анкаре с турецкой стороной обсуждались совместные предложения по внедрению мер, направленных на снижение уровня существующих вызовов и угроз в Азово-Черноморском регионе, в частности – заключение между Украиной и Турцией договора об ограничении прохода российских, в том числе вновь построенных, кораблей через проливы Босфор и Дарданеллы с целью усиления влияния санкций против России за аннексию Крыма. Стороны остались очень довольны друг другом, но на прохождении российских кораблей через турецкие проливы это никак не отразилось.

Подобно Украине и странам НАТО, Турция считает войну в Донбассе тесно связанной с конфликтом вокруг Крыма, который напрямую затрагивает её интересы. Это, с одной стороны, сближает позиции Анкары и Киева в отношении «украинского варианта» разрешения конфликта в Донбассе по образу и подобию хорватской операции «Буря» против Сербской Краины и азербайджанской («Железный кулак») в Нагорном Карабахе. С другой стороны, хорошо известны грандиозные планы нынешнего турецкого руководства в отношении создания «Великого Турана», где Крым и Кавказ занимают далеко не последнее место. США тоже не признают российской юрисдикции над Крымом. С учётом сложностей в американо-турецких отношениях поддержка Украины в конфликте с Россией является одной из точек возможного сближения Анкары с Вашингтоном, особенно в условиях кризиса внешней политики президента Эрдогана.

Это яркий пример того, что принято называть «реальной политикой»: все дружат со всеми против всех, но исключительно в свою пользу.

«Красные линии» и свинка Пеппа. Новый выпуск передачи «Международное обозрение»
Фёдор Лукьянов
Насколько отрезвляет демонстрация силы? Как на практике работает «деконфликтинг»? Стала ли НАТО сильнее в результате расширения? С чем связана активизация в Турции тюркской темы? Верит ли американское общество в своё правосудие? Смотрите сегодня, 26 ноября, в 23:00 и в субботу в 10:00 свежий выпуск передачи «Международное обозрение» с Фёдором Лукьяновым на телеканале «Россия-24».
Подробнее

 

Военно-техническое сотрудничество

 

Военно-техническое сотрудничество между Украиной и Турцией продолжается достаточно давно. Договорно-правовой базой, регламентирующей отношения в сфере ВТС между странами, является Соглашение между кабинетом министров Украины и правительством Турецкой Республики об оборонно-промышленном сотрудничестве от 18 сентября 2008 г., а его рабочим органом – Совместная украино-турецкая комиссия по вопросам оборонно-промышленного сотрудничества. Отношения активизировались с 2014–2015 гг. после отказа ряда западных стран в поставке Украине военного оборудования. Была образована совместная контактная группа, в состав которой вошли представители ГК «Укроборонпром», спецэкспортёров, посольства Украины в Турции, а также представители Управления оборонной промышленности Турции.

Стратегическая цель Украины в нейтрализации конфликта с Россией – формирование среды безопасности путём «полной деоккупации отдельных районов Донецкой и Луганской областей, возвращения контроля за восточным участком государственной границы Украины и создание благоприятных условий для возвращения Автономной Республики Крым»[1]. Достигнуть её в Азово-Черноморском регионе, кроме известных мероприятий политического, экономического и информационного характера, предполагается также и за счёт укрепления Вооружённых сил Украины путём наращивания сил и средств ВМС, Воздушных сил и средств для подавления ПВО и ПРО группировки Вооружённых сил России в Крыму.

Удивительным образом возможности всех перечисленных сил и средств уже подпитываются турецкими вооружениями. Так, 14 декабря 2020 г. министр обороны Украины Андрей Таран и президент Управления оборонной промышленности Турции Исмаил Демир заключили контракт на покупку четырёх корветов типа Ada с передачей технологий и последующей частичной локализацией строительства на украинском судостроительном предприятии «Океан». Головной корабль планируется принять на вооружение ВМС Украины до конца 2024 года. Прогнозная цена первого заказанного корвета составляет 4,272 млрд гривен (около 162 млн долларов). В 2021 г. выплачен аванс в 493,0962 млн гривен, а на следующий год в бюджете министерства обороны Украины выделены 3,778 млрд гривен для финансирования данного контракта[2]. Это лишь начало, поскольку примерная нынешняя стоимость корветов Ada для ВМС Турции и Пакистана – около 260 млн долларов.

На международной выставке оборонной промышленности IDEF-2021 в Стамбуле один из ведущих производителей цифровой радиосвязи Турции – оборонная компания Aselsan заключила контракт с «Укрспецэкспортом» на модернизацию ПВО Украины с интеграцией модернизированных систем в обновленные Aselsan системы управления; поставки радиосвязного защищённого оборудования УКВ-диапазона того же производителя украинской армии продолжаются, а «Спецтехноэкспорт» подписал меморандум об организации его совместного производства на Украине. В сфере совместного производства радиолокационной техники по стандартам НАТО и по созданию центра кибербезопасности на территории Украины ведётся работа с компанией Havelsan.

ВМС и Воздушные силы получили по одному разведывательно-ударному беспилотному авиационному комплексу Bayraktar TB2. Один беспилотный комплекс, включающий шесть БПЛА, две станции управления и 208 управляемых бомб Roketsan MAM-L и MAM-C, ценой 2,179 млрд гривен (74,0271 млн долларов) по контракту от ноября 2018 г., получила в октябре 2019 г. отдельная эскадрилья 7-й бригады тактической авиации Воздушных сил Украины (аэродром Староконстантинов).

Второй беспилотный комплекс, включающий шесть БПЛА, три усовершенствованные станции управления, обеспечивающие связь на расстоянии до 300 км, ценой 58,1 млн долларов по контракту от июля 2020 г. в июле 2021-го досрочно получила 10-я морская авиационная бригада ВМС Украины (аэродром Кульбакино). Особенностью данного комплекса является то, что кроме мобильной и стационарной станций управления БПЛА имеется ещё и морская, которая позволяет управлять комплексом с любого корабля ВМС Украины. Их предполагается применять для выдачи целеуказания и наведения новых украинских противокорабельных крылатых ракет Р-360 берегового ракетного комплекса 360МЦ «Нептун». Также было заявлено о планах по закупке ещё четырех турецких боевых беспилотных комплексов Bayraktar TB2.

В октябре 2021 г. прозвучала весьма характерная реплика заместителя министра обороны Украины по вооружению Александра Носова: «У нас уже есть соглашения, которые мы заключили, они достаточно значительны по своим суммам, которые мы должны выплачивать. Это и с Турцией, и с Великобританией. В прошлом году мы ничего не платили, в этом – несколько миллиардов, а в следующем – больше десятка надо оплатить. Это зависит не совсем от нас. Есть политическое решение».

Элементарный арифметический расчёт показывает, что упомянутые 10 млрд гривен из общей спланированной суммы 28,4 млрд гривен на бюджетную программу министерства обороны Украины «Развитие, закупка, модернизация и ремонт вооружения, военной техники, средств и оборудования» как раз и уйдут в 2022 г. в Турцию на оплату ещё четырех комплексов Bayraktar TB2 и частичную оплату первого корвета Ada.

В рамках офсетных соглашений, подписанных параллельно с контрактами на закупку БПЛА, украинские предприятия ГП «Ивченко-Прогресс» и ПАО «Мотор Сич» экспортируют в Турцию авиадвигатели АИ-450Т для БПЛА Akinci (двадцать поставлено в 2018–2020 гг., контракт на поставку ещё тридцати подписан в 2021 г.), АИ-25ТЛТ для разрабатываемого БПЛА-истребителя MIUS и ТВ3-117ВМА-СБМ1В для разрабатываемого боевого вертолёта ATACII.

Несмотря на заверения о создании совместных предприятий и даже продажи туркам части национализированных у китайцев акций «Мотор Сич», украинской стороне гораздо выгоднее продолжать прямые продажи в Турцию готовых изделий. Продолжается экспорт комплектующих ГосККБ «Луч» для сборки боевого модуля Serdar, которые турецкая Aselsan поставляет Катару в рамках контакта по экспорту более 150 бронемашин Nurol Makina NMS 4×4 и Ejder Yalçın 4×4. «Укрспецэкспорт» продал в 2020 г. модернизированный ООО «Аэротехника-МЛТ» ЗРК С-125-2Д «Печора-2Д» с РЛС MARS-L и П-180У, а также выполнил с ГП «Авиакон» капитальный ремонт и модернизацию 17 вертолётов Ми-17-1В турецкой жандармерии. В 2021 г. завершается процесс разработки контракта о поставках оптических приборов Aselsan между министерством обороны Украины и акционерным обществом Aselsan Elektronik Sanayi Ve Ticaret A.S. в рамках практической реализации соглашений между кабинетом министров Украины и правительством Турции о военно-финансовом сотрудничестве от 2016 и 2017 годов.

Вместе с тем дефицит платёжного баланса Украины от этих экспортно-импортных операций продолжает расти.

Запорожец за Босфором, или Турецкая Сич
Наталья Печорина
В новой стратегии национальной безопасности Украины, введённой президентом Владимиром Зеленским в действие в сентябре 2020 г., в перечне государств, с которыми Украина будет развивать «всестороннее сотрудничество» и «стратегическое партнёрство», кроме США, Великобритании, Канады, Германии, Франции, Грузии, Литвы и Польши, присутствуют также Турция и Азербайджан. Что бы это значило?
Подробнее

 

Практическое применение турецких вооружений

 

26 октября 2021 г. в Донбассе произошло знаменательное событие – первое боевое применение украинских БПЛА Bayraktar с поражением наземной цели, которое вызвало серьёзный медийный резонанс, причём оценки традиционно варьировались от сокрушительной «перемоги» до сдержанного оптимизма.

Проще всего оценить случившееся, опираясь на общепринятый критерий «стоимость – эффективность». С одной стороны, бомба стоимостью 80 тысяч долларов, не один лётный час пары недешёвых импортных БПЛА, не считая работы наземной инфраструктуры, десятков операторов и обеспечивающего персонала, с другой – двое контуженных и снявшаяся в кино старая советская 122-мм гаубица Д-30, продолжившая в составе батареи наносить огневое поражение до полного уничтожения понтонных мостов, наведённых ВСУ через реку Кальмиус для переброски живой силы и бронетехники на неподконтрольную Украине территорию Донбасса, лишённую средств ПВО, способных сбить ЛА на высотах более 3–5 км.

Ряд экспертов напоминает, что иностранные, в том числе российские, военные специалисты уже лет пять назад столкнулись с опасностью от применения турецких ударно-разведывательных БПЛА на Ближнем Востоке, Южной Европе и Северной Африке, включая акваторию Средиземного моря, и, несомненно, изучив их конструктивные особенности и тактику боевого применения, выработали разнообразные меры противодействия. В некоторых случаях, как это было в Ливии, пользовались широким применением средств современной ПВО, сбившей более двадцати Bayraktar, в других – применены менее очевидные и впечатляющие методы, которые привели к снижению эффективности или срыву выполнения боевых задач. В итоге – похоже, что главной жертвой первого украино-турецкого удара стал секретоноситель высшего уровня, командир 10-й морской авиационной бригады ВМС полковник Илья Олейников, которого Военная контрразведка СБУ вскоре обвинила в сотрудничестве с российскими спецслужбами и передаче им важной информации. Именно эта бригада несколькими месяцами ранее получила на вооружение турецкие БПЛА Bayraktar TB2.

Обескураживающие результаты «первого блина», очевидные даже для профессиональных патриотов и украинских военных экспертов, потребовали съёмки ещё одного, более правильного и победоносного видео, в котором был сделан многозначительный намёк на уничтожение второй пушки той же батареи. Впрочем, это никого не удивило, ведь даже на параде в честь Дня независимости Украины 24 августа 2021 г. с целью дезинформации был показан БПЛА Bayraktar TB2 ВСУ с бортовым номером 407, хотя их всего шесть с номерами 401–406.

29 сентября 2021 г. подписан Меморандум о сотрудничестве между министерством обороны Украины и компанией Bayraktar Savunma по строительству вблизи Василькова учебно-испытательного центра для обслуживания, ремонта, модернизации БПЛА, а также обучения персонала. По информации министерства обороны, следующим этапом будет налаживание совместного производства на турецкие инвестиции.

Пару лет назад  «Укрспецэкспорт» уже обещал снижение закупочной цены Bayraktar TB2 примерно на 35 процентов при условии его сборки на украинских предприятиях. Разумеется, такая задача при наличии достаточного финансирования и определённого запаса времени вполне решаема, тем более что сами турки фактически осуществляют лишь конечную сборку из импортируемых покупных комплектующих изделий, реализуя уже готовый продукт, содержание в котором собственно турецких высоких технологий минимально.

Кроме того, вряд ли его механическое копирование на Украине будет экономически целесообразным, так как рентабельность подобного турецкого производства обеспечивается именно экспортом БПЛА, а этим международным рынком с Украиной явно делиться не планируют. Смысл в подобном предприятии или его вывеске появляется, если принять во внимание возможность «диверсификации источников поставок» подсанкционных комплектующих. Да и поставщики довольны: после введения Канадой в 2020 г. официального эмбарго на экспорт чувствительных компонентов двойного назначения в Турцию обанкротилась компания Wescam – поставщик оптико-электронной системы, основными клиентами которой были турки. Между тем заметного снижения темпов и объёмов производства турецких БПЛА не замечалось.

Впрочем, эти грандиозные планы может разрушить финансово-экономическая нестабильность Украины, а их воплощение в жизнь в долгосрочной перспективе вызывает большие вопросы. Однако подобное сближение существенно укрепляет позиции Турции в стране и зависимость военного потенциала Украины от Анкары. В военно-технической области для Украины Турция на данный момент является фактически уникальным поставщиком, заменить которого невозможно.

Турецкие ударные БПЛА в украинской армии – реальна ли угроза?
Андрей Фролов
Пока ударные БПЛА в составе украинской армии вряд ли способны серьёзно изменить баланс сил, но при наращивании их числа до нескольких десятков это станет серьёзным вызовом для армий Донецка и Луганска.
Подробнее
Сноски

[1] Указ № 448/2021 президента Украины от 30 июля 2021 г. «О Стратегии внешнеполитической деятельности Украины».

[2] Бюджетний запит Міністерства оборони України на 2022 рік.

Нажмите, чтобы узнать больше