05.07.2019
Регион в центре событий
№3 2019 Май/Июнь
Александр Лукин

Доктор исторических наук, руководитель департамента международных отношений Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Дмитрий Новиков

Заместитель руководителя департамента международных отношений Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Трансформация международных отношений в Северо-Восточной Азии и национальные интересы России / Под ред. А.В. Торкунова, Д.В. Стрельцова. М., Аспект Пресс, 2019. ­– 432 с. ISBN 978-5-7567-1025-0

Северо-Восточная Азия – регион, в который входят такие ведущие азиатские державы, как Китай и Япония, проблемный, но и динамично развивающийся Корейский полуостров, евразийская Россия и небольшая, но интересная историческим и политическим опытом Монголия, – вызывает растущий интерес во всем мире. Еще с 1990-х гг., но особенно с 2012–2014 г. регион занимает высокое место в иерархии приоритетов внешней политики России. И хотя это стимулирует интерес к происходящим там процессам, серьезных и фундаментальных академических работ по международным отношениям в СВА немного. И в российской, и в иностранной литературе анализ международной политики в Северо-Восточной Азии, как правило, либо растворяется в более широком контексте международной системы Азиатско-Тихоокеанского региона или глобальной международной системы в целом, либо, наоборот, фокусируется на отдельных проблемах. Тем самым общая картина международных отношений в СВА зачастую не просматривается, так как оказывается либо слишком приближенной, либо слишком отдаленной.

Именно поэтому вышедшая в 2019 г. в издательстве «Аспект Пресс» коллективная монография «Трансформация международных отношений в Северо-Восточной Азии и национальные интересы России» под редакцией академика Анатолия Торкунова и профессора МГИМО Дмитрия Стрельцова представляет особый интерес. Среди авторов – ведущие специалисты по проблемам региональной безопасности, экономического сотрудничества, а также внутренней и внешней политики государств Северо-Восточной Азии.

Проведенный авторским коллективом комплексный анализ международных процессов в СВА имеет как прикладное, так и теоретическое значение.

Практическая ценность изучения международных процессов в СВА возросла с 2012 г., когда Россия начала «разворот на Восток», и в еще большей степени после 2014 г., когда из-за ухудшения отношений Москвы с Западом, вызванного украинским кризисом, этот разворот обрел стратегический характер. В таком контексте ключевой национальный интерес России в СВА – углубленная интеграция в регион, в том числе и прежде всего, на что указывают авторы, интеграция российского Дальнего Востока и Сибири, привлечение экономических ресурсов для их развития. Структурной предпосылкой для экономической интеграции является более плотное вовлечение России в политические и экономические процессы в регионе в качестве одного из системообразующих элементов. Это требует более проактивной и в то же время более тонкой политики. Осуществляя интеграцию в регион, России придется стать элементом очень сложной конструкции, рассмотрение которой осуществляется в книге на трех уровнях: национальном, в рамках страноведческого анализа, на уровне региональной международной системы и нерегиональном, с учетом внешнего по отношению к СВА контекста. Анализ, ставший своего рода визитной карточкой школы международных исследований МГИМО, позволил авторскому коллективу дать подробную и связную картину происходящих процессов.

С теоретической точки зрения задача книги – изучение функционирования субрегиональной подсистемы международных отношений в условиях трансформации международной системы на глобальном уровне. В Северо-Восточной Азии переплетается целый ряд проблем и вызовов, неизвестных другим региональным международным системам. В СВА на фоне конфликта между двумя Кореями, тесно связанного с ядерным вызовом со стороны КНДР, почти полностью отсутствуют институты поддержания безопасности. Колоссальная экономическая взаимозависимость (особенно между Китаем, Японией и Южной Кореей) сочетается и в какой-то мере согласуется с жесткими экономическими и политическими противоречиями, обусловленными как сложным историческим контекстом, так и нарастающей конкуренцией за региональное лидерство. Авторы показывают, как эти проблемы и противоречия сегодня вскрываются на фоне трансформации сформировавшегося более четверти века назад глобального порядка, а катализатором обострений во многих случаях оказывается ставшая более наступательной, но при этом более изменчивой и непредсказуемой политика важнейшего внешнего актора – США. Несмотря на свою географическую удаленность, Соединенные Штаты выделяются в книге в качестве отдельного, значимого элемента международной системы СВА. Политическое, военное и экономическое присутствие Вашингтона в регионе настолько велико, что необходимость его предметного анализа не просто как привходящего фактора, но как составного элемента региональной международной системы не вызывает сомнений.

Все эти проблемы и особенности международной политики в СВА делают регион отчасти похожим на послевоенную Европу: слабость институтов и огромный конфликтный потенциал, жизненная необходимость экономического сотрудничества для развития и даже выживания некоторых государств и глубокое недоверие между ними, нарастающая конкуренция сверхдержав. Как и послевоенная Европа, СВА сегодня является одним из наиболее геостратегически важных регионов мира и одновременно – потенциальным полем и возможным источником глобального конфликта между великими державами. Однако в отличие от Европы 1940–1950-х гг. сегодня контекст международной политики и в мире, и в СВА гораздо более сложен и неоднозначен и, вероятно, не имеет линейных решений, которые сформировали международную систему и ее региональные проявления в период холодной войны.

В этой структурной неопределенности кроется главный интеллектуальный вызов: систематизация нелинейных и неоднозначных взаимосвязей между элементами в современном мире становится все более сложной задачей, а сложившаяся в Северо-Восточной Азии международная система – наглядный тому пример. Изучение исторической природы региональных вызовов, традиционно являющееся признаком фундаментальности анализа, дает все меньше возможностей для прогноза. И хотя авторы уделяют много внимания историческому контексту, видна их сосредоточенность именно на попытке ухватить и понять изменчивую динамику сегодняшнего и завтрашнего дня, провести комплексную рефлексию событий последних двух-трех лет, чтобы понять, в какую сторону пойдет в обозримом будущем этот регион, столь важный и для России.

Удалась ли эта попытка? Ответ безусловно положительный, хотя бы потому, что даже дискуссионные предположения о характере развития международных отношений в СВА ценны и полезны, в том числе для повышения эффективности российской стратегии. Однако многовекторность анализируемой системы сама по себе предполагает неоднозначность методологических решений и выводов. И это важная отправная точка для дискуссии по многим аспектам международных процессов в СВА.

Пожалуй, один из наиболее спорных вопросов – существует ли в СВА самостоятельная система международных отношений, которую можно было бы выделить в отдельное поле для исследований. Описанная в монографии региональная подсистема имеет ряд проблем и особенностей, равно как и специфических вызовов и даже «болезней», связанных со сложными и порой запутанными отношениями между ключевыми игроками.

Это прежде всего проблемы межкорейского урегулирования и производные от них вызовы безопасности и стратегической стабильности; экономические противоречия между главными акторами и их огромная и пока еще сохраняющаяся и даже растущая взаимозависимость, особенности исторического взаимодействия государств и обществ этого региона и др. 

Однако притом что концентрация на регионе является безусловным плюсом книги и во многом, как указывалось выше, определяет ее значимость, нельзя не отметить, что в настоящий момент дробление Азии на более мелкие регионы нередко выглядит несколько искусственным. Наоборот, можно говорить о тенденции укрупнения регионов как методологическом веянии последних лет, определяемом логикой развития международных отношений: расширение взаимозависимости на всех уровнях – глобальном, межрегиональном и региональном в различных конфигурациях – стирает рамки устоявшихся за последние десятилетия международных подсистем. В этом контексте вопрос о том, можно ли говорить об СВА как об обособленной субрегиональной системе (не как о географическом регионе – географическое значение Северо-Восточной Азии в качестве обозначения определенного ареала, безусловно, сохраняется) становится если не открытым, то как минимум имеющим право на дискуссию.

Целый ряд проблем, характеризующих и определяющих структуру региональных политических связей, выходит далеко за рамки СВА. Например, глобальное и более широкое региональное (в масштабах всего АТР) измерение имеет проблема ядерной программы Пхеньяна. Безусловно, лишь отдельным кирпичиком выглядит американская политика в СВА по отношению к их более комплексной азиатской стратегии, включающей концепцию Индо-Тихоокеанского региона. Несколько искусственным смотрится замыкание в рамки отдельного региона экономических отношений трех крупнейших национальных экономик мира: США, Китая и Японии – они остаются определяющими для всей мировой экономики. При этом для главных действующих лиц в СВА – США и Китая – сама по себе Северо-Восточная Азия – лишь одно из полей конкуренции, что опять же заставляет выходить далеко за рамки исследуемого региона и смотреть на проблемы более широко – через призму азиатской, азиатско-тихоокеанской и евразийской систем международных отношений.

В ряде случаев это требовало досконального анализа проблем и инициатив, выходящих за рамки региональной повестки и в некотором смысле вступающих в противоречие с самой концепцией СВА как самостоятельной и обособленной международной подсистемы. Например, анализ российско-китайских отношений и их влияния на трансформацию международной системы в СВА потребовал рассмотрения таких факторов, как сопряжение Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути, концепции Большого евразийского партнерства и некоторых других совместных инициатив. Все эти проекты оказывают значимое влияние на динамику отношений в Северо-Восточной Азии, но остаются внешним по отношению к региону контекстом.

Более того, сама логика возникновения Большой Евразии, по сути, призывает к созданию мегарегиона «от Лиссабона до Шанхая», а то и «до Сингапура», в основе которого – предположение и об уже сформировавшейся или формирующейся евразийской международной системе. На методологическом уровне это движение в сторону замещения узкорегионального подхода (СВА, ЮВА, Центральная Азия) более широкой структурой в виде Большой Евразии. Политически это означает признание за Евразией/Большой Евразией, в которую включены более мелкие субрегионы, большей состоятельности с точки зрения формирования стратегической повестки. Россия тем самым должна интегрироваться не в СВА, а в Евразию – дискуссионный тезис, который в книге не был четко обозначен, но, вероятно, будет предметом для обсуждения, в том числе и на основе проведенного в монографии анализа.

Между тем не вполне равноценно рассмотрены в монографии и проблемы собственно СВА. Так, если китайская тема выходит за рамки региона и рассматривается комплексно, то важнейшей проблеме Корейского полуострова, да и двум Кореям, уделяется непропорционально мало места, а занимающая географически центральное место в регионе небольшая, но политически и экономически значимая Монголия вообще выпала из поля зрения.

В какой-то мере уступкой необходимости соблюсти баланс между фокусом на СВА и анализом в более широком контексте стало включение в перечень исследуемых проблем тайваньского вопроса – решение спорное по крайней мере с двух точек зрения. Во-первых, дискуссионным является само причисление проблемы Тайваня как вызова региональной безопасности к политической проблематике СВА. Географически и политически Тайвань удален от Северо-Восточной Азии, хотя, безусловно, и является важным фактором политической и экономической жизни региона, в том числе структурообразующих американо-китайских отношений.

Во-вторых, некоторое недоумение вызывает рассмотрение отношений «берегов пролива» в главе о международных проблемах СВА, ведь, как известно, подавляющее число государств мира, в том числе и Россия, и все страны СВА, считают Тайвань частью Китая, и следовательно, данный вопрос является проблемой внутрикитайской, а не международной. Международное измерение проблемы сосуществования «двух Китаев» очевидно, и в ближайшее время его значение будет возрастать – опять же как минимум в свете роста напряженности в американо-китайских отношениях. Но анализ внутрикитайской проблемы как фактора развития международной системы в СВА представляется политически и методологически необоснованным.

Логику фокуса на СВА в известной степени нарушают и включенные в круг исследуемых вопросов территориальные споры в Южно-Китайском море. С одной стороны, это позволило дать картину территориальных споров, в которые в настоящий момент втянута ключевая страна Северо-Восточной Азии – Китай. Данный в монографии анализ – один из наиболее комплексных и содержательных на данный момент. Он не только дополняет исследование территориальных споров в СВА, но и формирует более широкий контекст, давая возможность для систематизации логики развития и эволюции этих конфликтов, в том числе – влияния на них внешних факторов. Речь идет о политике США и их подходах к территориальным проблемам с китайским участием, в которых в последние годы наблюдается системное ужесточение.

На этом фоне определенным недостатком является относительная нераскрытость проблемы Курильских островов. Она поднимается в монографии как минимум дважды: в рамках комплексного анализа российско-японских отношений, где территориальный спор рассматривается прежде всего как одно из препятствий на пути развития российско-японского экономического и политического сотрудничества, а также в рамках анализа российской политики в СВА в целом. Логичным и целесообразным представляется выделение спора о Курилах в отдельный параграф (или даже главу) – как важного и заметного структурного фактора развития международной системы Северо-Восточной Азии, оказывающего непосредственное влияние на российскую внешнеполитическую стратегию в регионе. Кроме того, более глубокий анализ данной проблемы в значительно большей степени соответствует и логике монографии: принадлежность и структурную значимость курильской проблемы для международной системы СВА едва ли можно оспорить.

Таким образом, в каком-то смысле изначальный региональный фокус авторов оказался размыт в силу глубокой интегрированности СВА в общий контекст азиатских и евразийских международных отношений. Это опять же говорит в пользу того, что ограничение исследования Северо-Восточной Азией носит скорее методологический, чем объективный характер. 

При этом сравнительно узкий региональный фокус позволил существенно углубить рассмотрение национальных подходов и стратегий всех государств Северо-Восточной Азии (авторы «пренебрегли» только традиционно относящейся к региону Монголией). Страноведческому анализу посвящена значительная часть книги. Авторы не ограничиваются характеристикой общей динамики развития международной системы и анализом отдельных международных проблем и ситуаций, но подкрепляют его подробным исследованием стратегического видения, целеполагания и восприятия текущей ситуации каждым отдельным актором региональной международной системы.

В книге показано, что процесс возвышения Китая, рассматриваемый авторами как комплексный феномен увеличения экономического потенциала, конвертируемого в военную мощь и политический вес, повлиял на переоценку Пекином стратегии и в отношении АТР в целом, и в отношении СВА как его составной части. Подробно анализируется политика Китая в отношении всех выделенных авторами ключевых проблем СВА: межкорейские отношения и ядерная программа КНДР, стратегия Китая в отношении Тайваня, территориальные споры в Южно-Китайском море, а также эволюция американо-китайских отношений. При этом, однако, в малой степени покрыта такая фундаментальная инициатива КНР, как «Один пояс, один путь». Хотя эта мегаинициатива в меньшей степени направлена на СВА и в большей – на развитие континентальных и морских транспортно-логистических связей с Европой, данный фактор оказывает большое влияние на китайскую политику в ЮВА и ЮКМ, а также в какой-то степени и на отношения с Японией и Республикой Корея.

Отдельно и подробно в монографии исследуется развитие международного диалога по урегулированию на Корейском полуострове. Авторы, отмечая некоторые позитивные тенденции, скорее склонны скептически оценивать перспективы в обозримом будущем. В немалой степени – в силу принятого на вооружение действующей американской администрацией одностороннего подхода к отношениям с Пхеньяном и к проблеме в целом.

Американский фактор в целом играет двоякую роль в регионе. С одной стороны, присутствие США остается структурообразующим элементом сформировавшейся еще в эпоху холодной войны системы безопасности, обеспечивая безопасность союзников (правда, за счет некоторых других стран) и до известной степени удерживая две Кореи от развязывания горячего конфликта. С другой, сегодня Соединенные Штаты играют явно неконструктивную роль в решении ключевых политических проблем. Сохранение и фиксация унаследованной от эпохи холодной войны системы безопасности не позволяет создать новую, более соответствующую сегодняшним реалиям архитектуру безопасности. В связи с этим большего внимания требовала эволюция американской стратегии в отношении СВА, которая рассматривается авторами как важный и во многом определяющий фактор многих процессов в регионе.

Определенным методологическим ограничителем при этом является, по-видимому, сознательный отказ от анализа внутренней политики в государствах региона и ее влияния на их внешнеполитические подходы и международную систему в целом. Иногда авторы останавливаются на этом более подробно, как, например, в случае с КНР, где смена поколения лидеров и приход к власти нынешнего руководства стали одним из факторов переосмысления китайской региональной стратегии (при этом авторы по понятным причинам ограничиваются лишь самым базовым анализом). Но в целом добавление внутриполитических аспектов в общую мозаику международных отношений в СВА в некоторых случаях очень желательно. Так, подробное и глубокое исследование «ядерного вызова» Пхеньяна, его непростых отношений с Южной Кореей и ведущими игроками региона: США, Китаем, Россией, стало бы более полным с учетом смены власти и начала постепенных внутренних реформ, которые, с одной стороны, повысили заинтересованность КНДР в достижении определенного компромисса с соседями, прежде всего с Вашингтоном и Сеулом.

Отказ идти внутрь, связанный с избранной методикой концентрации на межгосударственных отношениях, не снижает качества проведенного анализа и не ставит под сомнение выводы монографии. Однако в условиях повсеместного повышения влияния внутренней политики на международную включение внутриполитического анализа в качестве еще одного уровня исследований, вероятно, было бы целесообразно.

Пожалуй, самой важной и сильной частью работы является глубокий и подробный анализ национальных интересов России в пестрой и нелинейной динамике Северо-Восточной Азии и возможностей укрепления российских позиций в регионе. Авторы, по сути, предложили новую комплексную стратегию России по интеграции в международную систему Северо-Восточной Азии, которая могла бы быть основана на идее построения Большой Евразии «от Лиссабона до Шанхая» и включения СВА в общую дорожную карту реализации Большого евразийского партнерства и составляющих эту инициативу проектов и идей.

В наибольшей степени данный подход виден в экономической сфере. В монографии указывается на сравнительно низкий уровень институционализации экономического сотрудничества в СВА, где до сих пор не сформирована унифицированная зона свободной торговли (даже в урезанном виде – между тремя основными региональными экономиками – Китаем, Японией и Южной Кореей, проект создания которой муссируется с 2000-х гг.). Авторы усматривают в этом возможность форсированной интеграции России (через Евразийский экономический союз) в еще не оформившуюся систему региональных экономических соглашений, прежде всего посредством создания ЗСТ между ЕАЭС и ведущими экономиками региона. При этом формирование таких ЗСТ должно быть включено в общую стратегию создания геоэкономического пространства «от Лиссабона до Шанхая», с учетом уже имеющихся и перспективных инициатив: сопряжения ЕАЭС и китайского Экономического пояса Шелкового пути, экономического соглашения между ЕАЭС и Китаем, Большого евразийского партнерства, ШОС и др. То есть в долгосрочной перспективе, по сути, вести к созданию более или менее институционально унифицированного экономического пространства, соединяющего экономические полюса в Северо-Восточной Азии и Европе. Решение такой сверхзадачи, как показывают авторы, активизирует включение российской Сибири и Дальнего Востока в азиатские экономические процессы и будет способствовать их развитию.

Однако реализация этой идеи может столкнуться с рядом политических рисков и оказаться малоперспективной в условиях конфронтации между Россией и Западом. Вероятно, применительно к СВА на текущем этапе целесообразнее говорить о Большой Евразии «от Калининграда до Шанхая», с последующим выходом на диалог с ЕС. В Северо-Восточной Азии же идея включения этого региона в большую евразийскую повестку может столкнуться с политическими рисками, во многом структурообразующими, и вызовами безопасности.

Рассматриваемое издание, безусловно, не дает решения всех региональных проблем и не ставит такой цели. Вместе с тем оно представляет очень подробную, обновленную и динамичную картину международной жизни в одном из наиболее важных регионов как для мира, так и для России, задает ориентиры по основным региональным вызовам и проблемам и предлагает подискутировать о путях реализации национальных интересов России в нем. Знакомство с монографией необходимо для экспертов-международников, специалистов по международным отношениям в Азии, для всех интересующихся российской внешней политикой и мировой политикой в целом.

Содержание номера
Не хуже сериала
Фёдор Лукьянов
Престоловерчение
Армии, золото, гербы – и истории
Чарли Карпентер
Игра престолов: упражнения в сказочной геополитике
Александр Соловьев
За океаном: рефлексия
Потерянное искусство американской дипломатии
Уильям Бёрнс
Конец гордыни
Стивен Уолт
Теперь все по-другому
Даниел Дрезнер
Евразия: осознание
Евразийская хорда, океанское кольцо
Алексей Куприянов, Александр Королёв, Нандан Унникришнан
Конфликт неизбежен? Отнюдь
Василий Кашин
Новая эра России и Китая. Спасибо США
Сян Ланьсинь
Незаменимая держава
Давид Тертри
Европа: будущее как прошлое?
На долгую память
Кира Сазонова
С небес на землю
Дмитрий Ефременко
Либеральная империя на грани распада?
Вольфганг Штреек
Националисты и Европа
Дмитрий Буневич
Рецензии
Регион в центре событий
Александр Лукин, Дмитрий Новиков
«Ядерное православие» в войне будущего
Максим Сучков