Россия в глобальной политике

Сдвиг центра развития России на Восток представляется адекватным ответом на изменение геоэкономической и геополитической структуры современного мира. Внешнеэкономический поворот должен быть сопряжён с внутренним пространственным переустройством.

«Ускоряющийся поток событий, накладывающихся одно на другое и отменяющих друг друга, сбивает с толку и не позволяет понять суть происходящего. Попробую дать трактовку хода истории, опираясь на свои опыт и знания, а также то, что за последние 35 лет я ни разу крупно не ошибся в оценках и прогнозах. Иногда запаздывал, но чаще опережал экспертное сообщество на несколько лет, а то и на пару десятилетий».

В системе международных отношений, ознаменованной новыми опосредованными войнами, Москва теперь, похоже, склонна поддерживать Иран методами, аналогичными тем, которые используются Соединёнными Штатами для поддержки Украины. Они включают укрепление существующих направлений политического и разведывательного сотрудничества, а также поставки оружия при избегании прямого участия в войне.

В интересах России не выдавливание Китая из Центральной Азии, а формирование с ним взаимовыгодной координации на основе философии Большого евразийского партнёрства и действующих интеграционных форматов.

Стратегическое видение международных отношений очень важно для России. Ведь в условиях глобального кризиса все мировые игроки находятся в состоянии цугцванга и предпочитают тактически выжидать, кто первым ошибётся или исчерпает свой ресурс. Между тем Владимир Путин уже сейчас готов, опираясь на философию сложности, обозначить контуры нового соборного миропорядка.

Из-за цивилизационного типа Российского государства резкие культурные отличия Средней Азии не препятствовали, а способствовали глубокому общественно-историческому взаимопроникновению. Сегодня это же мешает установлению с регионом нормальных международных отношений.

Проблема не только в выработке новой идеологии развития, совместимой с глобальными переменами, но и в её осуществлении. Оно требует восстановить суверенность власти в смысле отделения национальных задач от интересов влиятельных частных группировок.

Раньше одним из вариантов отношений с соседями было объединение в составе общего государства, но сегодня такое не считается желательным ни одной стороной. Это не отменяет наличия взаимной зависимости вплоть до тесного переплетения и невозможности отгородиться друг от друга.

Несмотря на широко распространённые ожидания перемен в отношениях между США и Россией в связи с возвращением Трампа к власти, сдвиг оказался гораздо более резким и быстрым, чем кто-либо мог себе представить.