Россия в глобальной политике

Международный экспертный опрос на тему иерархии в международных отношениях (International Hierarchy Expert Survey, IHES)[1] проводится ежегодно с 2021 года. Зимой – весной 2026 г. проведена пятая волна IHES, в ней приняло участие более 230 специалистов-международников из 70 стран[2]. Получаемые ответы преобразуются в индексы, которые можно использовать в научно-исследовательской работе.

Настоящая статья представляет некоторые из полученных данных. Они позволяют лучше понять систему координат, в которой международники из разных стран осмысляют современные мировые события.

Международное право: соблюдать или пересматривать

Ответы на вопрос «Нужен ли существенный пересмотр международного права, чтобы сделать его более функциональным?»[3] агрегированы в графиках 1.1 и 1.2[4].

График 1.1 показывает, что подавляющее большинство специалистов верят в пользу международного права. Только 14 процентов считают его бесполезным (неэффективным по определению). Однако преобладает мнение, что для действенного функционирования международного права необходимо не столько лучше соблюдать существующие нормы (так полагают 33 процента), сколько их существенно корректировать (54 процента). При этом никто не выбрал вариант ответа об эффективности международного права в его текущем состоянии.

График 1.2 позволяет сопоставить ответы респондентов из отдельных стран (и их совокупностей) на вопрос о пересмотре международного права и сформулировать следующие наблюдения.

Первое. Практически нет разницы между ответами специалистов из великих и средних держав[5]: и те и другие близки к среднемировым показателям. Зато есть значимая разница между специалистами из западных и незападных стран[6]: они существенно отклоняются от общемировых показателей в противоположных направлениях.

Второе. На разных сторонах спектра ответов оказались специалисты из крупных незападных (за пересмотр международного права) и западных (слабая поддержка пересмотра) стран. Значимые исключения – Германия, где сильны оценки в пользу пересмотра международного права, и Бразилия, где предпочитают соблюдение действующих норм.

Третье. В ответах специалистов из мировых стран-лидеров (Россия, Китай, США) есть разница, но главное – все оказались в середине спектра ответов. Они высказываются за пересмотр международного права заметно меньше, чем незападники, но больше, чем западники.

Получается, что есть настроения в пользу существенного пересмотра международного права, но они намного сильнее среди незападных специалистов, чем западных. Специалисты из стран – мировых лидеров не склоняются явно ни к одной из позиций.

Мировые лидеры опасаются пересмотра международного права

Примечание. Респонденты выбирали для каждой страны один из пяти вариантов ответа: «преимущественно выгодно», «отчасти выгодно», «нейтрально», «отчасти невыгодно», «преимущественно невыгодно». Этим ответам присваивались значения 2, 1, 0, –1 и –2 соответственно; полученные значения складывались и делились на количество ответов, таким образом рассчитывался индекс.

Результаты, представленные Графиком 2[7], очевидны: экспертное сообщество в целом видит больше плюсов, чем минусов, от коррекции международного права. Но всё-таки такой пересмотр более выгоден крупным незападным странам, а главным проигравшим будут Соединённые Штаты.

Анализ результатов вскрывает интересные детали.  Эксперты из России, Китая и США не увидели больших плюсов или минусов от пересмотра международного права для других, но у них существенный разброс мнений относительно своих стран. Специалисты из КНР посчитали, что пересмотр международного права выгоден их стране, но в меньшей степени, чем все респонденты в среднем. Российские оценки в отношении Китая чуть ниже, но близки к китайским. А американцы ещё ниже (хотя тоже положительно) оценили выгодность пересмотра международного права для Китая.

Очень пессимистичны американцы в отношении своей страны. В их оценках изменение международного права невыгодно Соединённым Штатам гораздо больше, чем считают другие.

Россияне и китайцы решили, что американцы будут в небольшом плюсе.

Более оптимистичны российские специалисты: по их мнению, пересмотр международного права выгоден России, хоть и незначительно. Китайские оценки в отношении России скромнее – чуть выше ноля (практически совпадают со средним результатом по всем респондентам). Американцы уверены, что Россия проиграет при изменении международного права (хотя и меньше, чем США).

Важно, что в ответах друг про друга у экспертов из России, Китая и Соединённых Штатов высокая дисперсия, то есть большой разброс оценок. Американцы сходятся во мнении, что пересмотр международного права им невыгоден, но расходятся во мнении относительно Китая и ещё больше – России. Китайцы более консолидированно отвечают про себя и про Россию (считая выгоды от изменений скромными), но очень расходятся во мнении о США (даже больше, чем американцы о Китае). Так же и россияне: про себя и про Китай отвечают с гораздо меньшим разбросом (оценивая коррекцию умеренно положительно), чем про Соединённые Штаты.

Картина выглядит следующим образом. В незападных странах больше готовы к пересмотру международного права, чем в западных. Специалисты в западных и незападных мировых лидерах – США, Китае, России – опасаются пересмотра международного права, изменения правил игры. И подоплёка опасений, насколько можно судить, – неуверенность в том, каковы будут последствия для главного соперника (не выиграет ли он/они от этого относительно больше), особенно это проявляется в случае американцев. 

Не перераспределение бремени мировых дел, а отказ от него?

По результатам первой волны опроса в конце 2021 г. была установлена положительная корреляция между статусом и агрегированной ролью в мировых делах[8]. Страну считают сверх- или великой державой, одновременно признают за ней значительную роль в основных сферах международного взаимодействия (безопасность, экономика, климатическая повестка, гуманитарная сфера). Такая же корреляция наблюдалась и для средних держав. Есть случаи, когда в рейтинге по индексу статуса страна немного выше или ниже, чем в рейтинге по индексу глобальной роли. Но всё-таки обозначенная связка между статусом и международной ролью сильна, это общее правило сохраняется все годы проведения опросов.

Однако пять лет наблюдений показывают отрицательную динамику индекса агрегированной роли в международных делах для большинства стран, что хорошо видно на Графике 3. В абсолютных величинах индекса лидеры падения – ведущие государства, в первую очередь США, Россия, Китай. В относительных величинах (процентное изменение в сравнении со значением 2021 г.) падение более равномерное. От 15 до 25 процентов теряют треть стран в опросе: и сверх- и великие державы, и средние, и западные, и незападные.

Получается, что перераспределения бремени мировых дел от одних стран к другим не происходит: от старых лидеров к новым, от великих держав к средним, от глобальных лидеров к региональным, от западных к незападным – такие варианты годами обсуждались в экспертной среде.

Имеет место общее снижение глобальной роли, значимости множества стран для мировых дел (есть только несколько исключений). Это можно понимать так, что в последние годы специалисты видят мир менее управляемым.

Нарастает общее недовольство мировым (бес)порядком

За пять лет наблюдений почти у всех стран, участвующих в опросе, вырос индекс ревизионизма. Под ревизионизмом понимается стремление изменить правила игры. Ревизионизм противопоставляется статус-кво, поэтому индекс ревизионизма отражает также удовлетворённость (индекс ниже) или неудовлетворённость (индекс выше) существующим положением.

Пять лет назад абсолютным лидером по индексу ревизионизма был Китай. В экспертной среде считалось, что именно Китай был больше остальных заинтересован в пересмотре правил игры, чтобы добиться признания его возросшей мощи и влияния. За КНР по индексу ревизионизма следовали с огромным отрывом Россия, Иран, КНДР, которые оппонировали Соединённым Штатам. Замыкали тогда пятёрку главных ревизионистов сами США. Было распространено такое мнение: Вашингтон недоволен тем, что другие воспользовались его правилами эффективнее его самого, а потому хотят корректировки правил в свою пользу. За Соединёнными Штатами с небольшим отрывом следовали Турция и Индия, для которых действовала примерно такая же логика, как для Китая: возвышающиеся державы хотят больше прав. В 2022 г. резко вырос индекс ревизионизма у России, а у Китая несколько снизился, и эти две страны сравнялись по индексу, намного опережая других. Россия и КНР стали восприниматься как главные ревизионисты, логика их действий и средства отличались, но они виделись основными оппонентами Вашингтона. На этом фоне индекс самих США значительно снизился: они позиционировали себя как защитника порядка, и многие эксперты так их и оценивали. Но к 2025 г. ситуация резко изменилась: индекс американского ревизионизма взлетел.

Теперь именно Соединённые Штаты оказались главным недовольным. С заметным отрывом на втором месте Россия, а на третьем – Китай. За ними с большим отрывом Иран, КНДР, Индия, Турция, Израиль. Но, повторим и акцентируем, за пять лет наблюдений индекс ревизионизма вырос почти у всех государств в опросе. Получается, что в последние годы неудовлетворённость существующей организацией мировых дел, правилами игры существенно нарастала.

Некоторые обобщения

В заключение хотелось бы обратить внимание на некоторые интересные зазоры в общей картине.

В среде специалистов-международников глубоко укоренена идея об упорядочивании международных отношений. Их дезорганизация, хаотизация воспринимается как риск, а не как возможность. В прошлые годы мы фиксировали высокий уровень опасений в связи с мировой трансформацией: преобладают настроения, что проиграть (существенно потерять в статусе) в высокой динамике перемен легче (быстрее), чем выиграть. Более того, распространены ожидания перемен к худшему[9].

Данные этого года можно трактовать как преобладание настроений в пользу правовых оснований для упорядочивания международных отношений.

Важно, что такие настроения сильнее у незападных специалистов, чем у западных. Незападные эксперты также более открыты к пересмотру международного права, чтобы повысить его эффективность. Последовательность есть: видят риски и хотят их нивелировать наиболее разумным способом – опереться на правила игры, необходимым образом их скорректировав. Необычно, правда, что в большей степени такова позиция незападных специалистов.

Ещё более необычно, что эксперты видят главными ревизионистами мировых лидеров. Больше всего недовольны существующим положением не те, кто стремится к вершинам мировой иерархии, а те, кто уже на этих вершинах находится. Согласно классическому представлению, ревизионисты хотят пересмотра правил, естественно, в свою пользу. Нынешние же главные ревизионисты занимают срединные, неопределённые позиции. Они не готовы или не могут формировать новые эффективные правила, а предпочитают использовать нынешние неэффективные: Россия и Китай апеллируют к международному праву, чтобы ограничить вседозволенность американцев, а США манипулируют нормами, стараясь прикрыть ими свою вседозволенность.

Трудно пройти мимо аллюзии: верхи не могут править по-старому, низы не хотят жить по-старому. Такие компоненты революционной ситуации выделял Ленин. Только теперь верхи и не могут править по-старому (специалисты негативно оценивают динамику их международной роли), и не хотят жить по-старому (они же главные ревизионисты). Условные же низы хотят обновления порядка (правления).

Десятилетиями привычным было то, что мировые лидеры – за порядок, а недовольные, бунтовщики ниже в глобальной иерархии. Теперь наоборот: запрос на порядок и правила игры сильнее не у лидеров. Но крупнейшие державы не обязаны отвечать на запрос о формировании мирового порядка. Исторически великие державы занимали привилегированное положение в международной системе, если же они и формировали порядок, то для того, чтобы свои права и привилегии закрепить, а не ограничить. Теперь же от них ждут именно последнего.

Приоритет крупнейших держав сейчас – следование собственным интересам и реализация собственной воли.

Они меньше ориентированы на согласование своих интересов с другими, больше – на расширение возможностей для самостоятельных действий. Лидеры хотят меньше обязательств и больше возможностей (прав, привилегий). Но сталкиваются с тем, что продавить, навязать свою волю удаётся разве что в рамках относительно небольших по масштабам замыслов и в ходе быстрых операций по их реализации. Если дело становится более крупным и долгим, то сложности лидеров быстро нарастают. Приходится взаимодействовать с другими в реализации собственных замыслов, то есть договариваться и брать на себя обязательства. Полагаться только на свой потенциал мировые лидеры не могут, это сужает их возможности, а не расширяет.

Такое положение способно стать предпосылкой к формированию вокруг лидеров системы взаимных обязательств, то есть определённых правил, элементов порядка. Но не исключён и другой вариант: лидерам удастся настолько нарастить свои возможности для самостоятельной политики, что они смогут избежать втягивания в систему взаимных обязательств и формирования порядка. Пока международная политика, видимо, во многом развивается в пространстве между запросом мирового большинства на общие правила игры и устремлением крупнейших держав к расширению своих самостоятельных возможностей, чтобы гарантированно сдерживать главных соперников.

Авторы:

Иван Сафранчук, ведущий научный сотрудник ИМИ МГИМО МИД России

Александр Несмашный, аспирант ИМИ МГИМО МИД России

Руслан Абейдулаев, студент факультета международных отношений МГИМО МИД России