Строительство политической Европы

24 июня 2004

Доминик Стросс-Кан – директор МВФ, председатель Круглого стола «Устойчивый проект для Европы будущего», бывший министр финансов Франции.

Резюме: Понятие человеческого достоинства нигде не приобрело столь всеобъемлющего характера, как в Европе. Поэтому европейскую модель, которая пребывает сегодня в состоянии кризиса, нужно защитить от угрозы исчезновения.

В период после окончания Второй мировой войны приверженцы европейского федерализма лелеяли надежду на возможность быстрого построения наднациональной «политической Европы». Но эта надежда угасла, едва ее приверженцы столкнулись с националистическими настроениями, все еще сильными в середине XX века. Всплеск национализма привел к тому, что голос «генеральных штатов» Европы (Конгресс Европы, Гаага, 1948. – Ред.) не был услышан; провалилась и попытка создать Европейское оборонное сообщество в 1954-м. Выйти из политического тупика удалось только благодаря гению «отцов-основателей». Учредив ряд организаций, выполняющих, на первый взгляд, сугубо технические функции, – таких, как Европейское объединение угля и стали, Европейское экономическое сообщество и Евроатом, – они на самом деле запустили движение к истинно наднациональной Европе. Так начала воплощаться в жизнь модель Жана Монне (объединение Европы посредством постепенной интеграции отдельных сфер экономической и общественной жизни. – Ред.)

Вопрос о необходимости построения политической Европы сегодня вновь актуален. Прежде всего потому, что Европейскому союзу пора приобрести политический вес, соответствующий все возрастающему масштабу его полномочий. Ведь Евросоюзу отныне доверено решение важнейших политических задач – достигнуть экономического процветания, сформировав по-настоящему единый рынок, спаянный общей валютой; поддерживать социальный прогресс; обеспечивать защиту окружающей среды в рамках стратегии устойчивого развития; укрепить правосудие и охрану правопорядка; выработать общую политику в области безопасности и обороны.

Должен ли сегодня Европейский союз хранить верность заветам «отцов-основателей», видевших в конкретных делах первый этап создания европейской федерации, и возобновить поступательное движение к наднациональной Европе? Или ему следует идти уже предложенным путем постоянно углубляющегося сотрудничества независимых государств?

Европейская модель уникальна

В европейской модели общества отражено стремление к справедливому мироустройству, базирующемуся на восприятии человеческого достоинства как высшей ценности. Данная модель руководствуется четырьмя основными принципами: неприкосновенность прав человека; культура как средство воспитания и достижения прогресса; устойчивое развитие, подразумевающее и экономическое процветание, и социальную справедливость, и защиту окружающей среды; отстаивание многостороннего подхода в международных делах.

Вышеописанная модель уникальна и присуща только Европе. Понятие человеческого достоинства нигде не приобрело столь всеобъемлющего характера, как в Европе. Опросы, проводимые в ЕС, в том числе и среди жителей новых стран-членов, подтверждают: европейцы осознают свою приверженность вышеуказанным принципам. Эта модель – символ, но она олицетворяет не «старую Европу», которую обгоняют успешные США, динамичный Китай или растущая Индия. Наоборот, европейский мир справедливости – это предтеча нового «нового мира», мира завтрашнего дня. Мира, в котором такая ценность, как права человека, станет несоизмеримо важнее принципа государственного суверенитета, рост производства будет ограничен во имя достижения устойчивого развития, а политика силы уступит место отношениям, построенным на идеалах безопасности и справедливости.

Политическая Европа необходима для того, чтобы защитить европейскую модель от угрозы исчезновения. Ведь в настоящее время эта модель пребывает в состоянии кризиса, обусловленного в первую очередь рядом внутренних причин.

Во-первых, Европа не готова приспособиться к экономическим изменениям. В отличие от США европейские страны не перешли от имитационной модели (основанной на заимствовании чужого опыта и технологий) к инновационной стратегии, к экономике знаний.

Во вторых, нет ответа на новые социальные требования европейцев, которым уже недостаточно чувствовать себя защищенными в случае личного неуспеха. Они хотят, чтобы общественные институты обеспечили их средствами для достижения успеха.

В-третьих, не удается остановить процесс старения населения.

В-четвертых, недостаточно усилий в сфере экологии.

В-пятых, растет недоверие к демократическим институтам и механизмам. Наименее успешные граждане, по сути, выпали из демократического процесса. А наиболее образованная часть населения проявляет всё меньший интерес к выборам, считая представительскую демократию довольно несовершенной формой. Граждане разочарованы неспособностью европейских демократий найти выход из современного кризиса.

Европейская модель подвергается угрозам и извне. Главный риск – это опасность не выдержать давления мондиализации. Мондиализация экономических потоков представляет собой серьезную проблему для европейской модели развития, которой свойственно активное использование регулирующих механизмов. Кроме того, существует опасность того, что Европа окажется бессильной в мире, который сформировался после событий 11 сентября 2001 года. «Кантовское» видение европейцев сталкивается с реальностью «мира Гоббса». И здесь возникает парадокс: Европа не может отказаться от права силы, если хочет распространить силу права.

 

Не возмещение, а предотвращение

Чтобы успешно развиваться, Европейский союз должен твердо усвоить: построение политической Европы вдохнет новую жизнь в европейскую модель. До сих пор европейская модель справедливости действовала следующим образом: возможность обогащаться – сначала, а меры по преодолению негативных последствий этого – потом. Так, государство благосостояния стремится скорректировать побочные эффекты функционирования рынка. Экологическая политика возмещает ущерб от деятельности человека. Помощь развивающимся странам призвана компенсировать экономическую отсталость Юга… Должен измениться сам принцип европейской справедливости: вместо борьбы с отрицательными последствиями жизнедеятельности общества – противодействие их появлению.

Каковы ориентиры для новой модели справедливости?

Европа экономических возможностей. Необходимо вновь ступить на путь развития. Речь идет, в первую очередь, о реализации «Лисабонской стратегии»: развитие инвестиций в исследования, в высшее образование, придание динамики внутреннему рынку.

Европа экологических возможностей. Необходимо руководствоваться принципом «экологической превентивности»; систематически бороться против деградации экосистем.

Европа социальных возможностей. Нужно добиваться реального равенства возможностей. Чтобы все обладали равными стартовыми условиями, общество должно вкладывать больше средств в тех граждан, чей собственный капитал невелик.

Европа социальной защиты. Требуется ликвидировать прорехи в сети социальной защиты европейцев. Необходим европейский социальный минимум, который рассчитывался бы в каждой стране исходя из ее среднего уровня.

Европа в мире. Мы должны распространять принципы справедливого международного устройства, защищать многосторонние институты, стремиться к тому, чтобы экономическая помощь Севера стала мотором развития Юга, выработать и проводить в жизнь общую иммиграционную политику.

Европа бюджетного федерализма. Политическая Европа не может функционировать при неизменно низких бюджетных средствах, составляющих примерно 1 % от европейского ВВП. Следует отменить нынешний потолок отчислений в союзный бюджет (1,24 % ВВП), а сам бюджет должен последовательно увеличиваться.

Европе нужны институты, призванные решать задачи исключительно политического характера. Вопрос создания таких органов уже обсуждается в связи с подготовкой Конституционного договора, но вступление в силу этого документа – не пункт прибытия, а точка отправления. Он должен содержать положения, предусматривающие его пересмотр.

Необходимо также, чтобы политические институты действовали открыто и формировались путем политического волеизъявления граждан. Жители Европы должны испытывать чувство принадлежности к ней. Европейская демократия невозможна без европейского демоса.

Строить политическую Европу – это значит и определить ее внешние границы. Ответ надо искать не в прошлом, а в будущем. Бессмысленно вспоминать о прежних европейских рубежах, но стоит задуматься о месте, которое Европейский союз сможет занять в мире в следующие десятилетия. Завтрашний баланс определят крупные зоны влияния, формирующиеся уже сегодня: это американский полюс, Китай, Индия. Чтобы найти достойное место, Европа должна обрести собственную зону влияния и воссоединиться с колыбелью своей цивилизации – Средиземноморьем.

Последнее обновление 24 июня 2004, 21:28

} Cтр. 1 из 5