10.03.2006
«Проблема-2007»: что дальше?
№1 2006 Январь/Февраль

30 ноября 2007 года истекает срок действия Соглашения о
партнерстве и сотрудничестве (СПС) – документа, лежащего в основе
взаимоотношений России и Европейского союза. СПС, подписанное
Российской Федерацией и Европейскими сообществами на греческом
острове Корфу, а также их государствами-членами 24 июня 1994-го,
вступило в силу 1 декабря 1997 года. Заключенное на 10 лет,
Соглашение предполагало последующую автоматическую ежегодную
пролонгацию в случае, если ни одна из сторон не будет заявлять о
его денонсации.
СПС сыграло важнейшую роль в установлении, расширении и развитии
качественно новых отношений между Россией и ЕС. Об эффективности
документа красноречиво говорит достигнутый на сегодняшний день
объем реального сотрудничества во всех сферах деятельности. Однако
в последнее время становится все более очевидным, что по сравнению
с началом 1990-х, периодом подготовки СПС, ситуация изменилась
коренным образом. Преобразились и Россия, и Евросоюз, и характер
взаимоотношений между ними, да и весь мир. Отношения партнерства и
сотрудничества стали повседневной практикой, а политическое
взаимодействие давно перешагнуло рамки Соглашения. Совместная
инициатива по созданию в будущем четырех общих пространств,
одобренная на саммите Россия – Евросоюз в мае 2005 года, выводит
отношения на качественно новый – стратегический – уровень
взаимодействия.

Тесное «продвинутое партнерство» (cohesion/advanced partnership)
требует адекватного оформления не в виде политических
договоренностей, каковыми при всей их авторитетности являются
совместные заявления саммитов Россия – ЕС, а в полноценном,
юридически обязательном договоре. Возможность разработки подобного
документа впервые обсуждалась на высшем уровне в апреле 2005-го
президентом России Владимиром Путиным и председателем Европейской
комиссии Жозе Мануэлом Дурао Баррозу. К обновлению правовой базы
российский президент призывал и на саммите Россия – ЕС в Лондоне
(октябрь 2005).

КОНСЕРВАТОРЫ И ПРОГРЕССИСТЫ

Различные политические силы и в Евросоюзе, и в России по-разному
видят решение «проблемы-2007».
Европейские консерваторы не считают нужным что-либо менять в СПС.
Их традиционная позиция – держать Россию на расстоянии вытянутой
руки и не обременять европейскую внутреннюю повестку дня
дополнительными проблемами. Число сторонников подобного подхода
выросло после вступления в Европейский союз новых стран-членов,
прежде всего государств Балтии и нескольких стран Центральной и
Восточной Европы, обремененных «комплексом жертвы» по отношению к
СССР и ставящих Советский Союз и Российскую Федерацию на одну
доску.
В нашей стране оживились приверженцы ориентации на Азию (в первую
очередь на Китай) и откровенные националисты, прикрывающие комплекс
неполноценности в связи с утратой Россией статуса сверхдержавы
идеями о том, что она, дескать, самодостаточна и должна оставаться
самостоятельным «центром силы» в международных отношениях.

Разумеется, наша страна заинтересована в развитии добрососедских
отношений, торговли и взаимовыгодного сотрудничества со всеми
соседями. Не очень, правда, понятно, как углубление связей с ЕС
помешает ей торговать, скажем, с азиатскими партнерами. Речь,
однако, не только о торговле и сотрудничестве, а о выборе модели
будущего политического и социально-экономического развития
страны.
Как показал российский опыт, китайская модель – авторитаризм плюс
НЭП – не дает желаемого результата на нашей национальной почве.
Кроме того, несбалансированное сближение с КНР чревато тем, что в
результате демографической экспансии Россия может фактически
потерять Дальний Восток и Сибирь, а также превратиться в сырьевой
придаток Китая и в свалку для отходов его растущей экономики. Что
же касается идеи «народа-богоносца», то всерьез об этом невозможно
говорить в ситуации, когда 70 % населения России живет беднее, чем
10 % наименее обеспеченных граждан США. А самоутешительное
утверждение «мы бедные, зато самые духовные» не выдерживает критики
в условиях чудовищной чиновничьей коррупции и организованной
преступности, разъедающих все российское общество.
Вместе с тем и в Москве, и в западноевропейских столицах есть силы,
убежденные в том, что откладывать поиски решения «проблемы-2007»
нельзя.

В России существуют две группы, стремящиеся к повышению уровня
отношений. Это прежде всего демократические круги политической
элиты и экспертное сообщество, которые считают, что европейская
модель, предполагающая страновые различия, но базирующаяся на общих
фундаментальных принципах, лучше всего отвечает потребностям
России, все еще находящейся в процессе системной трансформации.
Вторая группа – часть высшего российского руководства. По их
мнению, повышение планки в отношениях с ЕС символизирует важность
роли России в современном мире, ее принадлежность к ядру
государств, ответственных за международную безопасность и
стабильность.

Что касается Европейского союза, то после провальных
референдумов по Конституционному договору для Европы во Франции и в
Нидерландах многим европейским политикам стало очевидно: прежняя
стратегия Брюсселя, направленная на одновременное расширение и
углубление процесса европейской интеграции, потерпела поражение.
Выработка новой стратегии невозможна без стабильности по периметру
границ Евросоюза, и прежде всего на его восточных рубежах.
Повышение уровня отношений России и ЕС, сближение партнеров на
основе не только общих интересов, но и ценностей устранят или
значительно снизят возможность столкновения интересов на территории
таких стран СНГ, как Украина, Грузия, Молдавия и Белоруссия. Иными
словами, от решения «проблемы-2007» будут зависеть стабильность и
развитие «расширенной» Европы, а также степень эффективности
многостороннего сотрудничества по отражению новых угроз
международной безопасности.

ПАРТНЕРСТВО ИЛИ АССОЦИАЦИЯ?

Возможны три варианта договорного оформления отношений между ЕС
и Россией после 2007 года.

Первый. Продление действия СПС (в соответствии
с его статьей 106) до тех пор, пока стороны не сочтут
целесообразным заменить его новым документом.

Второй. Внесение изменений и дополнений в
существующий текст (с учетом современного уровня «продвинутого
партнерства» и реальных перспектив развития отношений на 10–15 лет)
вплоть до включения в него положения о создании ассоциации.

Третий. Подготовка и подписание нового
соглашения, которое, будучи ратифицировано Россией, Европейским
союзом и его государствами-членами, полностью заменит СПС.

Третий вариант нереалистичен, поскольку требует ратификации
принципиально нового документа. Это практически невозможно в
условиях, когда и без того весомый груз взаимных претензий, проблем
и недоверия еще более утяжелился после расширения Евросоюза за счет
стран Центральной и Восточной Европы.

Кроме того, отказ от пролонгации СПС, во-первых, чреват
возникновением вреЂменного правового вакуума, который неизбежно
затронет интересы и отдельных российских граждан, и РФ в целом.
Во-вторых, может серьезно пострадать цепочка торговых соглашений,
связанных с СПС (соглашения по текстилю и стали). В-третьих, будет
подорвана только что сложившаяся практика применения
Соглашения.
Имеется в виду право российских граждан, работающих в странах –
членах ЕС, напрямую ссылаться на статью 23 СПС в национальных судах
государств-членов в целях защиты своих трудовых прав от
дискриминации по признаку гражданства. (Прецедентом в данном случае
явилось решение Европейского суда по делу российского футболиста
Игоря Симутенкова. 12 апреля 2005-го суд постановил, что
футболисты, участвующие в национальных чемпионатах стран, входящих
в Европейский союз, не должны считаться легионерами, и указал на
недопустимость нарушения спортивными организациями Европы положений
специального двустороннего Соглашения о партнерстве и
сотрудничестве между Россией и Евросоюзом, согласно которому
российские работники в странах – членах ЕС имеют равное право на
труд с местными гражданами. – Ред.) Европейский суд предписал всем
национальным судам стран-членов применять СПС как имеющее
преимущественную силу в том случае, если их национальные законы не
обеспечивают россиянам таких же условий труда, как и
соотечественникам. В случае утраты подобных правил или их
повторного согласования граждане России и Европейского союза,
деловые круги обеих сторон рискуют многое потерять.

Конечно, аналогичные положения можно предусмотреть и в новом
соглашении, которое заменит СПС, но тогда Европейскому суду
придется снова подтвердить их прямое действие. А до тех пор
российские граждане будут пребывать бесправными.

Таким образом, остается два реальных варианта: автоматическое
продление СПС и его модификация. Если, согласно первому сценарию,
Соглашение сохранится в неизменном виде, а реальные отношения будут
во все большей степени строиться на параллельно существующих новых
актах, то через какое-то время положения СПС просто фактически
утратят силу, продолжая, тем не менее, отягощать двусторонние
отношения, вызывать разногласия и раздражение, тянуть в
прошлое.

Сохранение в 2007 году действующего СПС, по сути, станет
признанием неготовности партнеров к более тесному сближению. Этот
факт, конечно, можно будет «подсластить» принятием ни к чему не
обязывающей политической декларации о «стратегическом партнерстве»
и ряда секторальных соглашений, которые и так время от времени
заключаются для решения тех или иных конкретных задач. Именно к
такому «малозатратному» варианту, который не потребует новой
ратификации Соглашения, склоняются большинство заинтересованных лиц
и в России, и в ЕС.

Однако с учетом курса на развитие стратегического «продвинутого
партнерства» и исходя из того, что бОльшая часть СПС нуждается в
коренной переработке, наиболее целесообразным и перспективным
представляется второй вариант. Модернизировать Соглашение возможно
посредством внесения поправок, коренным образом меняющих его
содержание и даже название, но сохраняющих правовую
преемственность. Целью модернизированного СПС может и должна стать
ассоциация России и Европейского союза.

Известны три типа соглашений об ассоциации: Европейские
соглашения (для стран Центральной и Восточной Европы), Соглашение
об ассоциации и стабилизации (для Западных Балкан),
Европейско-Средиземноморское соглашение (для государств Южного
Средиземноморья). С юридической точки зрения ассоциацией – самой
зрелой ее формой – являются и отношения между ЕС и Европейской
ассоциацией свободной торговли (ЕАСТ), в которую входят Исландия,
Лихтенштейн, Норвегия и Швейцария. Любопытно, что сторонники
«российской самодостаточности», предостерегающие от излишней
зависимости России от Евросоюза, зачастую предлагают швейцарскую
или норвежскую модель отношений как возможный пример для
подражания. Они, видимо, не отдают себе отчета в том, что тем самым
призывают к наиболее высокому и обязывающему уровню ассоциационного
объединения.

Бытует ошибочное мнение, будто ассоциация, в отличие от СПС,
предусматривает в качестве конечной цели обязательное членство в
ЕС, что сегодня не актуально ни для Брюсселя, ни для Москвы.
Действительно, и в преамбулах, и в первых статьях Европейских
соглашений упоминается о перспективе членства в Европейском союзе.
А вот в первых статьях соглашений об ассоциации и стабилизации с
Македонией и Хорватией ничего не сказано об их возможном вступлении
в Евросоюз, хотя в преамбулах они всё же названы потенциальными
кандидатами. Что касается соглашений об ассоциации со
средиземноморскими странами, то перспектива их членства не
рассматривается вообще.
На самом деле главным отличием СПС от соглашений об ассоциации
является отсутствие в нем положений о либерализации движения
товаров, лиц, услуг и капиталов. Нынешний российско-европейский
документ в большинстве случаев предлагает вместо этого режим
наиболее благоприятствуемой нации. Положения о практических шагах в
нем отсутствуют, хотя в качестве конечной цели партнерства
упоминается создание зоны свободной торговли. Ассоциация же
изначально зиждется на зоне свободной торговли.

Соглашения об ассоциации, как правило, предусматривают
план-график постепенного (в течение 10–12 лет) снижения таможенных
пошлин и эквивалентных сборов вплоть до их полного устранения,
отмену как количественных ограничений на импорт и экспорт, так и
других равнозначных мер, а также запрет дискриминационного
налогообложения в зависимости от места происхождения товаров.
Отсутствие в СПС подобного рода положений создает значительные
трудности для полной реализации его целей. По мнению чиновников из
Минэкономразвития РФ, Россия готова приступить к переговорам о
создании зоны свободной торговли с ЕС сразу после ее вступления в
ВТО. При этом хорошо продуманный поступательный процесс по созданию
такой зоны будет не противоречить, а соответствовать экономическим
и торговым интересам России.

Мы не знаем, что ждет нас в будущем. У противников возможного
членства России в Европейском союзе, составляющих большинство и в
России, и в Евросоюзе, есть масса аргументов, сводящихся к слову
«никогда». Никогда, мол, Россия с ее колоссальными географическими
размерами не вступит в ЕС (хотя фактор численности населения играет
более важную роль, чем география). Никогда Россия не поступится
даже частью своего суверенитета (но даже СССР шел на подобный шаг,
заключая с США широкомасштабные соглашения об ограничении и
сокращении стратегических вооружений). Никогда Европейский союз не
захочет выйти на границы с Китаем (и это при том, что через
членство Турции Евросоюз готов выйти на границы самой нестабильной
зоны в сегодняшнем мире – «расширенного» Ближнего Востока)…

Однако стремительная радикализация исламского мира в условиях
распространения оружия массового уничтожения и расползания
терроризма может привести к новому раскладу сил по линии Север –
Юг, к новым союзам и коалициям. Опасность, которую несет в себе
радикальный политический ислам, диктует необходимость
стратегического союза между всеми членами евро-атлантического
сообщества и их потенциальными единомышленниками за пределами
региона. Поэтому не столь важно, станет ли Россия формальным членом
ЕС, или будет заключен реальный, а не символический стратегический
союз, основанный на защите общих ценностей и интересов. Наиболее
крепкими и эффективными оказываются именно те союзы, которые
объединяют равных во всех смыслах партнеров. Формирование четырех
по-настоящему общих пространств между Россией и Европейским союзом
в рамках модернизированного СПС может стать стратегической
целью.

КАК ИЗМЕНИТЬ СПС?

Обновленное соглашение Россия – Евросоюз следует заключить на
неограниченный срок. Одна из первых статей будущего документа
должна содержать положение об изменении его названия с «Соглашения
о партнерстве и сотрудничестве» на, скажем, «Соглашение о
продвинутом партнерстве, учреждающее ассоциацию».

Необходимо существенно переработать преамбулу и четко заявить в
ней о том, что Россия – это развитая страна с основами рыночной
экономики и политической демократии. В тексте преамбулы следует
отразить такие факторы и процессы, как высокий уровень современного
партнерства, формирование четырех пространств, вступление России в
ВТО, а также упомянуть о новых угрозах, прежде всего о
международном терроризме и распространении оружия массового
уничтожения, и борьбе с ними.

Раздел I «Общие принципы» можно преобразовать в раздел «Общие
принципы и цели», включив в него нынешнюю статью 1 и дополнив рядом
положений с учетом накопленного опыта и новых задач «продвинутого
партнерства».

Раздел II «Политический диалог» следует преобразовать в раздел о
политическом диалоге и сотрудничестве. В него необходимо включить
статью, которая, по сути, юридически зафиксирует и закрепит
современный уровень политического взаимодействия, а также дополнит
его «развитием новых форм сотрудничества в целях решения общих
задач и противостояния новым угрозам, в частности проблем
обеспечения мира и безопасности, борьбы с международным терроризмом
и организованной преступностью, а также поддержкой демократии и
прав человека».

Затем должны следовать четыре раздела по вопросам формирования
того или иного общего пространства. Как вариант надо внести
изменения в раздел VII «Экономическое сотрудничество» и разбить его
на четыре главы, по одной на каждое пространство. Надлежит
сформулировать положения, отражающие содержание принятых в мае 2005
года «дорожных карт». В разделе об общем экономическом пространстве
нужно предусмотреть пункт о составлении плана-графика полной
либерализации торговли товарами в течение 10–12 лет.
В документе следует четко определить суть каждого из четырех
пространств, например, таким образом.

Общее европейское экономическое пространство
предполагает:

– свободное движение товаров, услуг, людей и капиталов;
– наличие единых правил и норм, обеспечивающих реализацию четырех
свобод и равенство условий конкуренции;
– гармонизацию законодательства и тесную кооперацию в других
областях экономической и социальной политики в той мере, в какой
это необходимо для функционирования общего экономического
пространства.

Общее пространство свободы, безопасности и правосудия
предполагает:

– свободу передвижения, проживания и занятий, в том числе
профессиональной деятельности, для граждан России и
государств-членов; причем и тем и другим предоставляются такие же
права (включая трудовые и социальные), какими пользуются граждане
стран, на территории которых те находятся;
– одинаковые гарантии обеспечения личной безопасности граждан
России и государств-членов, где бы они ни проживали в пределах
данного пространства;
– сближение законодательства и практик осуществления правосудия в
России и ЕС, а также тесное и постоянное сотрудничество органов
правосудия, в том числе в борьбе с трансграничной организованной
преступностью.

Общее пространство внешней безопасности
подразумевает:

– регулярный диалог по всем вопросам международных отношений,
внешней политики и безопасности (в первую очередь в Европе и
прилегающих к ней регионах), осуществляемый в рамках постоянно
действующих механизмов;
– совместные позиции и акции в области внешней политики и
безопасности, если и когда Россия и Европейский союз сочтут это
целесообразным или необходимым;
– теснейшее сотрудничество в деле предупреждения и противодействия
международному терроризму;
– сотрудничество в военной области, в том числе с целью проведения
совместных миротворческих, спасательных или гуманитарных
операций.

Общее пространство научных исследований, образования и
культуры подразумевает:

– тесное и систематическое сотрудничество в отраслях
фундаментальной и прикладной науки на основе совместных многолетних
рамочных программ и финансирования, а также гармонизированного
законодательства, гарантирующего, в частности, право
интеллектуальной собственности;
– формирование общеевропейского образовательного пространства на
основе Болонского процесса, включая сближение систем образования,
широкий обмен преподавателями, студентами и аспирантами, взаимное
признание дипломов о высшем образовании;
– создание максимально благоприятных условий для развития
культурных обменов, взаимного ознакомления с культурой европейских
народов, формирования в широких слоях населения сознания общности
европейской культуры при всем ее национальном многообразии.

Конкретизировать положения, посвященные четырем пространствам,
можно в специальных протоколах, прилагаемых к Соглашению, или в
отдельных соглашениях по этим пространствам, или в каких-то иных
документах, например в годовых программах первоочередных действий,
утверждаемых и контролируемых Постоянным советом сотрудничества.
Важно подумать и о таких институциональных изменениях, которые
отвечали бы цели создания четырех общих пространств. Сегодня
внешнеполитическое взаимодействие России и Евросоюза в основном
направлено на решение проблем в двусторонних отношениях, а не на
выработку совместных инициатив по актуальным вопросам международной
безопасности.

Отдельный протокол или декларацию в виде приложения к
обновленному Соглашению можно посвятить комплексу проблем,
возникших вокруг Калининграда. Статья 55 («Сотрудничество в области
законодательства») изменяется и дополняется положениями о
постепенном (в два этапа) сближении российского законодательства с
законодательством ЕС на основе специальной индикативной программы,
разрабатываемой совместно. Механизм гармонизации целесообразно
закрепить в специальном соглашении о применении статьи 55,
заключение которого в будущем должно быть предусмотрено Соглашением
о партнерстве и сотрудничестве.

Существенная модернизация СПС потребует ратификации измененного
Соглашения. Однако, поскольку его основу будут составлять совместно
принятые инициативы, вероятность ратификации высока.

Содержание номера
Битва за Черноморский флот
Юрий Дубинин
«Зона КТО» и ее окрестности
Иван Сухов
Гарантировать энергетическую безопасность
Дэниел Ергин
Последний суверен на распутье
Збигнев Бжезинский
Диктат некомпетентности
Константин Косачёв
Корпоративное управление в России и странах ЕС: пути совершенствования
Сергей Поршаков
На пути к стратегическому союзу
Тимофей Бордачёв
«Проблема-2007»: что дальше?
Надежда Арбатова
От желаемого к действительному
Леонид Заико
Война и глобальный мир
Фёдор Лукьянов
Косово: точка или многоточие?
Павел Кандель
Земля и воля
Сергей Маркедонов
К богатству – через собственность
Хосе Пиньера
Цены на нефть и демократия
Мохсен Массарат
Газ в Европе: есть ли альтернатива?
Аскар Губайдуллин, Надя Кампанер
Единство и борьба сырьевых противоположностей
Александр Арбатов, Мария Белова
Кто будет контролировать Интернет
Кеннет Нил Кукьер
Внешняя политика Ирана: между историей и религией
Махди Санаи