11.01.2022
Год без стеснения
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Дмитрий Стефанович

Научный сотрудник Центра международной безопасности, Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН (ИМЭМО РАН).

AUTHOR IDs
SPIN-RSCI: 6548-4619
ORCID: 0000-0002-8694-8040 
Scopus Author ID: 57218529321
Web of Science ResearcherID: AAN-8207-2020
Google Scholar ID: jvjInrEAAAAJ
Контакты
Адрес: 117997, Москва, ул. Профсоюзная, 23

2021 г. вновь подтвердил справедливость известного тезиса о преимуществах поддержки добрых слов заряженными стволами. Желательно – больших калибров, а лучше самими «Калибрами». В целом же в сфере стратегических (и не очень) вооружений продолжился поиск серебряных пуль, причём не только в гиперзвуковом изводе, но и в виде банальных «Джавелинов» и «Байрактаров».

Наиболее общее наблюдение заключается в том, что стесняться окончательно перестали, в том числе и в Москве. Касается это и самых тонких, стратегических вопросов. Например, прямое указание на необходимость обеспечить для «обновлённой системы воздушно-космической обороны» возможность обнаружения и уничтожения «гиперзвуковых и баллистических целей всех типов», причём «на всей траектории полёта», в определённой мере сближает наши противоракетные устремления с американскими партнёрами. Возможно, так будет проще решать то самое «уравнение безопасности», хотя пока оптимизма не очень много. В ту же корзину поместим и разной степени случайности упоминания очень специфических изделий, будь то некая новая зенитная ракетная система С-550 с ярко выраженным, так сказать, противоракетным оттенком или командная баллистическая ракета «Сирена-М». Сюда же можно отнести и уничтожение старого советского спутника «Целина-Д» под индексом «Космос-1408».

Что именно таким образом было испытано – неизвестно, степень реальной опасности для космонавтов, астронавтов и тайконавтов на соответствующих космических станциях остаётся предметом ожесточённых споров официальных лиц, а вот факт создания довольно впечатляющего поля космического мусора подтверждается в том числе и независимыми организациями и экспертами. Конечно, не выдерживают критики тезисы западных ораторов на тему российского «лицемерия» в контексте сопровождения дипломатических инициатив о предотвращении размещения оружия в космосе и недопущении угрозы космическим аппаратам очевидным наращиванием противокосмического потенциала. Напротив, здесь имеет место вполне цельная картина. В России обеспокоены потенциалом милитаризации космического пространства и возможной роли космической инфраструктуры в подрыве потенциала ответного удара отечественных стратегических ядерных сил, что заставляет искать решение этой проблемы – либо дипломатическое, либо военно-техническое. К слову, такой дуализм, как прямо и неоднократно заявлено в последние недели и месяцы 2021 г., характерен для российских подходов и к региональным, и к стратегическим угрозам безопасности.

Вечно сегодняшние
Дмитрий Стефанович
За три десятилетия тренд на снижение напряжённости в Европе развернулся в противоположную сторону. Остаётся надежда на диалог военных, прежде всего российско-американский.
Подробнее

В части самих военно-технических решений местами наблюдаются определённые проблемы, которые можно увязать и с пандемией коронавируса, и с санкционным давлением, и с общим отставанием отечественной науки и техники, несмотря на отдельные прорывы. В прошедшем году мы так и не дождались начала лётных испытаний перспективной тяжелой МБР «Сармат», давно ничего не слышно про крылатую ракету неограниченной дальности «Буревестник» (возможно, и к лучшему), не поднят флаг на атомной подводной лодке специального назначения «Белгород», которая должна стать носителем «океанской многоцелевой системы» под названием «Посейдон», чаще именуемой «торпедой Судного дня». Тишина и по поводу перспективного тяжёлого бомбардировщика в рамках программы ПАК ДА. На более приземлённом уровне откладывается приём в эксплуатацию бронетехники нового поколения – «Армата», «Коалиция-СВ», «Бумеранг», «Курганец» всё ещё проходят испытания, в то время как в войска поступают неплохо модернизированные, но всё же устаревающие машины на базе платформ предыдущих поколений. И опасения вызваны не столько самим фактом, что перед конструкторскими бюро и производителями встают неожиданные проблемы, это как раз нормальное явление при разработке новой, а во многом и революционной техники. Странно, что официальные лица не считают необходимым комментировать невыполнение планов, ими же заявленных.

Подобные проблемы стоят и перед заокеанскими визави – их «зоопарк» гиперзвуковых вооружений сталкивается с несколько неожиданными проблемами. И, несмотря на организационные мероприятия по подготовке к развёртыванию систем наземного, воздушного и морского базирования, успешных испытаний готовых изделий всё ещё нет. На этом фоне китайские достижения в гиперзвуковой и в целом стратегической сфере, многократно усиленные истерическими комментариями в американской прессе, выглядят как нечто уникальное – и потому сомнительное.

Новый китайский кошмар
Фарид Закария
Китай вряд ли можно считать смертельной угрозой для этого несовершенного порядка. Сравните его действия с поведением России, которая часто поступает как вредитель, стараясь разрушить западный демократический мир.
Подробнее

Любопытным элементом всё более сложной архитектуры безопасности на региональном уровне являются выдающиеся ракетные успехи прочих стран, например, Южной Кореи. При этом Сеул, насколько можно судить, столь поглощён «неядерным сдерживанием» КНДР, что совершенно не задумывается о том, как качественное и количественное наращивание потенциала воспринимается соседями по региону. Тут нельзя не вспомнить российский извод двойного подхода: с одной стороны, с Сеулом заключено соглашение о сотрудничестве в области обороны, а с другой – Россия и Китай именно в этом регионе осуществляют уже не только совместные воздушные, но и морские патрули.

Вообще, о ВМФ России можно писать долго и сурово. Однако в прошедшем году удалось исполнить вполне себе стратегическое упражнение – отряд сил Тихоокеанского флота во взаимодействии с Дальней авиацией «продемонстрировал флаг» практически у Гавайских островов, напомнив об океанских устремлениях отечественных флотоводцев, подкреплённых пусть и ограниченным, но вполне осязаемым потенциалом.

И всё же Россия остаётся в первую очередь сухопутной державой (а во вторую – ракетной), поэтому наибольшее впечатление на всех производит развёртывание на западном направлении батальонных тактических групп со средствами усиления и без чётко очерченных временных рамок. Благо, при современном уровне санитарно-медицинского и прочего всестороннего обеспечения осуществлять такие упражнения даже в условиях пандемии можно без излишней нагрузки на личный состав (и военный бюджет). Правда, в условиях выхода России вслед за США из Договора по открытому небу любоваться на аккуратные полевые лагеря остаётся лишь с помощью спутниковых снимков.

Пожалуй, наибольшей угрозой является тень нового «евроракетного» кризиса. Российские предложения о неразмещении ракет средней и меньшей дальности независимо от их ядерного или неядерного оснащения (а также траекторий и скоростей полёта) находятся в подвешенном состоянии. Оглашённые без малого два года назад планы по созданию полноценного сухопутного «Калибра» и гиперзвукового ракетного комплекса средней дальности наземного базирования публично не материализованы, что, с одной стороны, не позволяет развернуть маховик антироссийской пропаганды. Правда, с другой стороны, все разговоры с западными партнёрами по этой теме в итоге сводятся к «виртуальной» ракете 9М729, которая послужила формальным поводом выхода США из ДРСМД, и при этом порой даже наиболее компетентные из собеседников не утруждают себя прочтением текстов российских предложений, охватывающих в том числе и это изделие и предлагающих верификацию соответствующих договорённостей.

Нельзя не упомянуть белорусский вектор отечественной военной политики. За прошедший год не без активного участия официального Минска (при максимальном вовлечении Варшавы) в текущий кризис втянулась и НАТО. На стратегическом уровне мы увидели активизацию полётов российской дальней авиации в районе западных рубежей Союзного государства и не удивимся возможному символическому развёртыванию, скажем, нескольких единиц Ту-22М3 с соответствующими запасами авиационных средств поражения на территории Белоруссии. Осталось только опубликовать-таки Военную доктрину Союзного государства, по официальным сообщениям утверждённую ещё в ноябре. Судя по происходившему в 2021-м, 2022-й скучать не даст. Никому.

США – Россия: спорить о том, кто в кого первый выстрелил, бесполезно – надо решать, что делать дальше
Кевин Райан, Фёдор Лукьянов
Можно ли снизить международную напряжённость усилиями военных? Фёдор Лукьянов побеседовал об этом для программы «Международное обозрение» с американским бригадным генералом в отставке Кевином Райаном, ныне научным сотрудником Белферовского центра по вопросам безопасности в школе имени Кеннеди Гарвардского университета.
Подробнее