Россия в глобальной политике

Российское государство формировало свою политическую и стратегическую культуру на протяжении столетий, и важными факторами служило взаимодействие с внешними силами. Об этом - новая книга «Плуг и стремя. Как Восток стал частью политической культуры России». В новом выпуске подкаста «Мировой факультет» Фёдор Лукьянов побеседовал с автором книги — Тимофеем Бордачёвым.

Прогнозирование отношений России и ЕС выглядит крайне сложной задачей. Сейчас обе стороны находятся на полярных позициях относительно желаемых моделей завершения украинского конфликта, политический диалог по-прежнему отсутствует, а риски эскалации возрастают. Подобные тенденции создают уверенность, что параметры будущих отношений станут производными от военно-политических итогов конфликта.

На нынешнем этапе российско-индийского экономического сотрудничества разведка и эксперименты закончились, произошёл переход к устойчивому обмену товарами в больших масштабах. В практическом плане от состыковки правовых систем зависит, продолжится ли это расширение товарообмена гладко или столкнётся с ограничениями.

В мае будут много говорить о «стратегическом треугольнике» Россия – Китай – США. Сначала в КНР побывает американский президент Дональд Трамп, потом визит к Си Цзиньпину нанесёт Владимир Путин. Саммиты лидеров трёх самых влиятельных мировых держав всегда привлекают внимание. Подспудное ожидание: а вдруг договорятся о чём-то принципиальном и международные дела примут другой, более упорядоченный оборот?

Мировая энергетическая система вступает в период структурной трансформации. По мере того, как эскалация конфликта на Ближнем Востоке нарушает традиционные маршруты поставок, а более широкая геополитическая фрагментация переформатирует структуру торговли энергоносителями, вокруг трёх ключевых игроков – России, Китая и Индии – формируется новая евразийская энергетическая архитектура.

Избыточная демонизация Японии таит риски для российских национальных интересов. Иметь на дальневосточных границах враждебно настроенного соседа с достаточно мощным военным потенциалом означает отвлечение жизненно важных ресурсов.

В четверг истёк срок Договора о СНВ. На этом история двусторонних договоров такого рода, видимо, закончилась. Есть ли шанс возобновить диалог между ядерными державами? И возможна ли новая «гонка вооружений»? Настоящим оружием массового поражения последних дней стала переписка Джеффри Эпштейна. Смотрите эфир очередного выпуска программы «Международное обозрение» с Фёдором Лукьяновым.

Подход Трампа заключается в применении всех рычагов, имеющихся у США вследствие обретённой за последние десятилетия гегемонии, для реализации предельно конкретных интересов. Это не воссоздание «глобального лидерства» эпохи 1990–2010-х, когда целью было регулирование всей мировой политики. Трамписты нацелены на материальную выгоду и нисколько не стремятся закамуфлировать происходящее ценностным флёром.

Современную гонку стратегических вооружений остановить намного труднее, чем прежде, потому что контроль над вооружениями необходимо обеспечивать в рамках треугольной модели взаимодействия ключевых акторов, в разы усложнившей пути к достижению компромисса.