Мы сейчас находимся в самой опасной геополитической ситуации со времён Второй мировой войны. Каковы примечательные особенности этой фазы, начавшейся в первом или втором десятилетии XXI века? Мне думается, что четыре момента заслуживают особого внимания.
Первый. Возникновение и укрепление многополярного мира: знаменательная примета нашего времени – быстрое развитие Китая и других стран Восточной Азии.
Второй. Относительный упадок Запада, который ускорился вследствие крайне проблематичного стратегического выбора Соединённых Штатов – открытия тройного фронта против России, Китая и Ирана – а также беспрецедентная раздробленность Запада, особенно после 2025 года.
Третий. Прямой отказ Запада принять свой относительный упадок – вплоть до готовности нарушить все принципы, договоры и правила, а также открыто практиковать все виды насилия и пиратства. США и их союзники готовы, как мы видим воочию, осуществлять военные операции и даже начать войну в отчаянной попытке сохранить и, возможно, обратить вспять процесс утраты ими доминирующего положения в мире.
Четвёртый. Несмотря на упадок, не следует недооценивать Запад и особенно Соединённые Штаты как сверхдержаву, поскольку он может причинить большой ущерб отдельным городам, странам и всему миру и фактически это делает.
То, что было предано огласке в связи с нашумевшими файлами могущественного Джеффри Эпштейна, сеть которого глубоко проникла в элитные круги известных лидеров, включая политиков, бизнесменов и интеллектуалов, открыло миру глаза на развращённость и педофилию, процветающую среди сильных мира сего. Мало кто мог представить себе, каких масштабов достигла эта преступная сеть.
Усиление расизма на Западе и его геополитические последствия
Всё это хорошо известно (или должно быть известно) в общих чертах. Менее известны расовые предубеждения, присутствующие в этой напряжённой геополитической ситуации. Существование повсеместного, пустившего глубокие корни структурного расизма далеко не всегда принимается во внимание, хотя это вносит оттенок особо извращённого менталитета в общую неутешительную геополитическую картину.
Мир можно условно разделить на две части в целях анализа: коллективный Запад и Глобальный Юг. Коллективный Запад обычно определяют как страны с высокими доходами населения; во главе его стоят Соединённые Штаты, но к нему также относятся Канада, Евросоюз, Великобритания, Австралия, Израиль, Япония, Южная Корея и некоторые другие страны с высокими доходами жителей. Если не считать государства Азии с высокими доходами (Япония, Южная Корея и Сингапур), то население Запада составляет всего 12 процентов от мирового, и его доля постоянно снижается. Обычно под Глобальным Югом понимается весь остальной мир, то есть растущие и развивающиеся страны Евразии, Азии, Африки и Латинской Америки. На самом деле у нас есть «Запад и остальной мир», если вспомнить весьма точный заголовок книги Найла Фергюсона. Усиление «остального мира», где проживает не менее 86 процентов человечества, оказывает давление на Запад.
Ключевая мысль: примерно три четверти населения стран Запада принадлежат к белой расе, а цветные меньшинства занимаются там в основном низкоквалифицированным трудом, которым не желает заниматься белое население. Расовый состав Глобального Юга совершенно иной. Подавляющее большинство населения там – чернокожие, мулаты, метисы и жёлтая раса. Белое население является меньшинством в Африке, Азии и даже Латинской Америке, где европейские колонизаторы оставили более заметный след.
На белом Западе пустил корни структурный расизм, основывающийся на убеждении, будто более развитая и изощрённая западная цивилизация создана людьми высшей расы. Однако более древние цивилизации, такие как Китай, Индия и Иран, лишь посмеиваются над подобными притязаниями.
Однажды Махатму Ганди спросили, что он думает о западной цивилизации и как он её оценивает. В ответ он сказал: «Она могла бы быть хорошей идеей». Западный расизм – не новое явление. Во второй половине ХХ столетия расизм был всё ещё замаскирован многослойным лицемерием, но такое длилось недолго. Сегодня чувство превосходства над цветным населением проявляется более явно.
С другой стороны, народы, ранее колонизированные или наполовину колонизированные, больше не признают превосходство белой расы. Они больше не принимают колониальные или неоколониальные схемы эксплуатации, навязываемые европейцами и американцами. Они хотят признания своих прав не только в теории, но и на практике. Как сказал Владимир Путин, «западным людям нужно признать, что бал вампиров подходит к концу».
Однако Запад упорно отказывается признавать, что этот бал заканчивается. Белое меньшинство нашего мира отрицает это. Ему категорически не нравится постепенная утрата мировой гегемонии и связанных с ней привилегий. Это так по-человечески, сказал бы Ницше. Не так-то легко забыть о многовековом доминировании в мире и отказаться от него.
Усиливающееся неприятие иммиграции и упадка цивилизации
В этой напряжённой, наэлектризованной обстановке на передний план выходит ещё одно критически важное явление: массовая иммиграция в США и Европу людей из Латинской Америки, Африки и Западной Азии, которые либо бегут от войн (многие из них развязаны Западом), либо ищут лучшие условия жизни для себя и своих детей. По мере нарастания миграционных волн на Западе растёт отвращение к иммигрантам, особенно мусульманам. Политика ограничения потока иммигрантов находит широкую поддержку среди белых европейцев и американцев. Эти барьеры и зачастую антигуманные методы пограничного контроля, а также борьба с иммигрантами – не только нелегальными, но и легальными – способствуют процессу, который без преувеличения можно описать как регресс цивилизации в Америке и Европе.
Популярность борьбы против иммиграции по обе стороны Северной Атлантики отражает в какой-то степени понятное желание защитить западную культуру от наплыва чужестранцев, принадлежащих к иным культурам и религиям. Однако это законное желание перемешивается с глубоко укоренившимся расизмом, о котором упоминалось выше, и верой в превосходство белой расы. В этой связи весьма показателен тот факт, что белые мигранты из Украины не сталкиваются с таким количеством препон в Европе, как арабы или чернокожие африканцы. На украинского иммигранта или беженца там смотрят как на «одного из нас».
Новые правые переживают бурный рост, в основном потому что их политический курс на недопущение новых волн иммигрантов находит отклик у масс трудящихся США и Европы, а также потому, что традиционные партии не могут взять на вооружение аналогичную повестку, так как она противоречит их базовым принципам.
Подобно евреям в нацистской Германии, мусульмане и прочее цветное население стало удобным козлом отпущения, на которого сегодня сваливают неблагоприятные социальные последствия упадка, переживаемого странами Запада, не способными дальше эксплуатировать остальной мир ради собственной выгоды. На цветных мигрантов возлагают ответственность за любые преступления и насилие. Их также обвиняют в замещении белых рабочих и безработицу среди последних, тогда как в действительности иммигранты соглашаются выполнять низкооплачиваемую работу, которую не желает выполнять белое население и которую едва ли возможно автоматизировать.
«Новые правые» в Америке и Европе – условный термин. Их повестка не нова, поскольку фактически она представляет собой возврат к идеям и чувствам, преобладавшим до начала эпохи Просвещения. Их можно назвать современными фашистами или нацистами, поскольку они во многом разделяют идеи нацистов с той лишь разницей, что козлом отпущения для них становятся не евреи, а мусульмане. Цивилизационный упадок приобрёл такие пропорции, что впору говорить о наступлении «века обскурантизма или Затемнения». В какую другую эпоху такой неотёсанный мужик, как Дональд Трамп, смог бы стать центром мировой геополитики? Трамп – это, конечно, экстремальный случай, но правда в том, что мало кто из современных западных лидеров соответствует занимаемой должности.
Европа и США, которые раньше находились на передовой линии фронта Просвещения, энергично спонсируют движение в противоположном направлении. Если XVIII век прославился как «Век Просвещения», то XXI век, судя по его первым десятилетиям, войдёт в историю как «Век Затемнения» или «Век Затмения».
Геноцид в Палестине
Израиль, возможно, являет самый явный симптом краха западной цивилизации. Величайший гуманитарный кризис XXI века – это геноцид палестинцев, осуществляемый евреями Израиля. Его можно считать главной составляющей нашего «Века Затмения». Поддержка Израиля Евросоюзом и прежде всего Соединёнными Штатами, по-видимому, необратимо компрометирует те нравственные ценности, которых Запад якобы придерживается.
Стоит отметить, что Израиль – отнюдь не изолированный случай. В действительности колониализм израильских поселенцев и геноцид в Палестине имеет многочисленные прецеденты. Криминальное поведение Израиля – на самом деле часть многовековой европейской традиции.
То, что происходит в Палестине, – новейший колониальный геноцид, осуществляемый белыми европейцами в отношении цветного населения. С начала XVI века европейцы и их потомки уничтожали народы на американском континенте, в Африке, Азии и Океании, чтобы заселять их исконные земли иммигрантами из разных метрополий. В Европе осуществлялся холокост – геноцид, не получивший бы такой широкой огласки, если бы его жертвами были не белые люди, а цветное население. Жертвами разных геноцидов, осуществлённых европейцами в той части мира, которую мы сегодня называем Глобальным Югом, становились представители других рас вплоть до их полного или почти полного уничтожения, как это произошло в Австралии, Северной и Южной Америке.
Важным и часто обсуждаемым различием между геноцидом в Палестине и других странах является тот факт, что он широко и моментально освещается всеми СМИ, что оказывает влияние на население нашей планеты. Немцы могли делать вполне правдоподобные заявления, что они не знали о масштабах уничтожения людей в нацистских концентрационных лагерях. Израильтяне не могут делать подобные заявления, поэтому и не пытаются. Сионистские экстремисты в правительстве Нетаньяху и за его пределами даже гордятся тем, что убивают людей, оправдывая это борьбой с «терроризмом». Даже убийство тысяч детей представляется ими как уничтожение «будущих террористов».
Можно пойти ещё дальше. События в Газе иногда истолковываются как эксперимент загнивающей Западной империи – геноцид, транслируемый по всему миру в реальном времени как предупреждение для всех. Суть его такова: посмотрите, что может случиться с цветным народонаселением, если оно будет сопротивляться имперским притязаниям Запада.
Политическая, экономическая и военная поддержка Израиля Соединёнными Штатами и большей частью Европы дорого им обходится: никто больше не верит в существование каких-то принципов и ценностей на Западе. Этот имидж, некогда очень стойкий, был разрушен во имя упрямой защиты политики и приоритетов Израиля.
Вызовы для Бразилии
В заключение несколько слов о Бразилии, которые могут быть отчасти актуальны и для других стран Глобального Юга. Как нам подготовить Бразилию к новой международной эпохе, в корне отличающейся от той, к которой мы привыкли?
Первый вызов: бразильцам необходимо по возможности отказаться от мнения, будто международные разногласия могут разрешаться по доброй воле, с помощью дипломатии и мягкой силы. Тщательная психологическая, экономическая и военная подготовка абсолютно необходима, чтобы выдержать грядущую бурю. Это не дело выбора и не то, что можно отложить, но самый безотлагательный вопрос, стоящий перед страной.
В психологическом плане нам нужно определенно преодолеть комплексы неполноценности, принижающие нашу страну и затрудняющие выстраивание международных отношений. Другими словами, нам необходимо избавиться от атавизмов многовековой культурной колонизации. Важно также отказаться от присущего нам пацифизма – не нужно ни на кого нападать, но необходимо признать проверенный временем факт, что, если мы хотим жить в мире, требуется готовиться к войне. В точном соответствии с древнеримскими правилами.
Конечно, самодостаточность нередко приводит к снижению экономической эффективности, но прошло время, когда можно было уверенно полагаться на торговлю и финансовую открытость в качестве рычагов для внутреннего развития.
Второй вызов более позитивен по сути: в силу своих особенностей Бразилия – возможно, как никакая другая страна – может предложить миру новое слово, призыв к единению и примирению. Я пойду ещё дальше: быть может, наше историческое призвание – начать вместе с другими странами нечто вроде Второй эпохи Возрождения, чтобы освободиться от угроз и катастроф «Века затмения», в который мы вступили.
В силу своих размеров, а также того факта, что наша нация – плод смешения народов со всех уголков планеты – и нашей традиционной открытости миру, в том числе стойкой традиции пацифизма, бразильцы могут сыграть важную роль в спасении мира. Если надлежащим образом переформатировать наше ощущение собственной неполноценности и склонность к пацифизму, мы будем готовы выполнить именно такую функцию.
Автор: Пауло Ногейра Батиста, бразильский экономист, вице-президент Нового банка развития (2015–2017) и исполнительный директор Международного валютного фонда по Бразилии и другим странам (2007–2015).
