25.04.2022
Космические развилки санкционной политики
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Валентин Уваров

Член Экспертного совета по совершенствованию законодательного регулирования космической отрасли при Комитете СФ по экономической политике, член Комитета ТПП РФ по природопользованию и экологии, член Международного института космического права (Париж).

В результате космических санкций против России пострадали прежде всего европейцы. И поскольку в ближайшее время наши «заклятые партнёры» вряд ли придут на поклон к России за пусковыми услугами, нам было бы разумно посмотреть и на другие стороны света. 25 апреля в Найроби (Кения) начинает работу Конференция NewSpace Africa. Как раздвинуть границы российского космоса?

Несколько событий навели меня на мысль написать свой комментарий. Это – выступление бывшего посла Бенина в России Габриэля Кочофы на одном из мероприятий, посвящённом Дню космонавтики, планы послать в космос белорусского космонавта, а также карта российского влияния в Африке по версии Жоаны де Деус Перейры, работающей инструктором Центра передового опыта НАТО по защите от терроризма и старшим научным сотрудником в Королевском объединённом институте оборонных исследований (RUSI).

В текущем санкционном контексте любые обсуждения перспектив российской космонавтики неизбежно сталкиваются с двумя неразрывно связанными вопросами: что будет дальше с международным сотрудничеством России в космосе и что может стать стимулом для развития космонавтики внутри страны. Своё видение по этим сюжетам я изложу в эссе, посвящённом потерям в космической «санкционной войне», открывающемуся окну возможностей, а также прогнозам, кто и что через это окно может предложить.

 

Запускать или не запускать – в этом ли вопрос?

В медийном пространстве тема санкций против российского космоса стала сегодня такой же популярной, как санкции против российских энергоносителей. Поскольку обсуждать, кто прав, кто виноват, уже бессмысленно, лучше сосредоточиться на поиске ответа на другой извечный русский вопрос: что делать.

Россия и условный Запад произвели ряд молниеносных обменов ударами на «космическом фронте». Но после первого раунда (очевидно, что будут и новые) пока трудно определить реальные потери и будущие выигрыши для каждой из сторон.

Очевидно, что отказ «Роскосмоса» работать недорогим «извозчиком» для вывода на орбиту космических аппаратов других стран создал ряд неудобств прежним партнёрам. Об этом, в частности, пишет Джефф Фуст в статье для “The Space Review” «Кризис на стартовом рынке».

Так, например, компания OneWeb” со штаб-квартирой в Великобритании не смогла провести шесть запланированных запусков своих космических аппаратов на ракете серии «Союз-2.1б» с Байконура по 36 спутников каждый. При этом «Роскосмос» уже отправил 428 КА OneWeb, а полная группировка должна была составить порядка 630 аппаратов.

В санкционной перестрелке с OneWeb рикошетом досталось и Казахстану. Планировалось, что на сборочно-испытательном комплексе космических аппаратов при Национальном космическом центре в Нур-Султане будут собирать спутники для OneWeb. Поскольку низкоорбитальную группировку пришлось бы постоянно пополнять, то собирать эти аппараты логистически выгодно вблизи от места их запуска – рядом с космодромом Байконур. Собственно, и производственные мощности в Нур-Султане создавались при помощи одного из инвесторов OneWeb французского Airbus D&S, который является разработчиком спутников для этой группировки.

В ответ на демарш «Роскосмоса» компания OneWeb провела молниеносную операцию по «импортозамещению» и подписала соглашение о запуске своих спутников на ракетах SpaceX. Альянс состоялся, несмотря на то, что OneWeb и SpaceX являются конкурентами на рынке мегагруппировок широкополосного спутникового интернета. Возможно, в этом случае главную роль сыграла не капиталистическая взаимовыручка, а желание Илона Маска насолить лично Дмитрию Рогозину, с которым у главы SpaceX до сих пор имеет место неоконченная коммуникационная дуэль.

Если оставить в стороне неочевидную «помощь» Маска, то можно сказать, что в результате космических санкций пострадали прежде всего европейцы.

Так, после решения «Роскосмоса» не проводить запуски ракет-носителей «Союз-СТБ» с космодрома Куру во Французской Гвиане под вопросом оказались целых пять европейских миссий. Заказчикам придётся искать возможности для запуска двух навигационных спутников Galileo, миссии ЕКА по изучению тёмной материи и тёмной энергии Euclid, а также космического аппарата EarthCARE для наблюдения и изучения облаков и аэрозолей (совместный проект по изучению земной атмосферы европейского и японского космических агентств). А Франции придётся думать, как теперь запустить военный разведывательный спутник.

Европа на российские космические санкции ответила выходом из ExoMars – совместного проекта ЕКА и «Роскосмоса». Эта миссия стоимостью более 3 млрд долларов, должна была дать человечеству новые уникальные данные о Красной планете.

Кроме того, ЕС начал ограничивать для российских пользователей доступ к данным метеорологических наблюдений с европейских спутников дистанционного зондирования Земли. В частности, уже закрыта база данных реанализа Европейского центра среднесрочных прогнозов (ECMWF), которая использовалась российскими специалистами для прогностических и климатических расчётов, в задачах мониторинга геофизической обстановки и в научных целях. Также больше нет доступа к данным с Sentinel-5 Precursor (Sentinel-5P) ― космического спутника, запущенного ЕКА в 2017 г. для ежедневного глобального наблюдения за химическим составом атмосферы Земли, содержанием и распространением в ней основных загрязнителей и парниковых газов.

Не отстают в запретах и американцы: российские пользователи перестали получать ряд оперативных сведений со спутника TIMED (NASA). А если будут введены ограничения по использованию данных с американской Орбитальной карбоновой обсерватории – ОКО (OCO – Orbiting Carbon Observatory), то выражение «око за око» может стать буквальным.

Поскольку, по экспертным оценкам, до 80 процентов информации в области метеорологии в нашей стране готовятся с использованием данных от зарубежных спутников (в том числе когда-то выведенных на орбиту на российских ракетах), то, представляется, что отказ в доступе к данным со спутников может оказаться более чувствительным ударом, чем отказ в пусках.

В целом, если не брать во внимание коммерческие интересы OneWeb и временное ослабление разведывательных возможностей Франции, в результате «космической санкционной перестрелки» пострадали в основном народное хозяйство, наука и климатические наблюдения.

Впрочем, из-за ухода с рынка пусковых услуг ракеты «Союз» с проблемами могут столкнуться не только Европейское космическое агентство и OneWeb, но и, к примеру, Европейское агентство метеорологических спутников Еврометсат (EUMETSAT), – межправительственная организация, цель которой создание и эксплуатация европейской метеорологической спутниковой системы для предоставления цифровых данных о погоде конечным потребителям. Возможно, планы по запуску своего спутника CAS500-2 придётся корректировать и Южной Корее (пуск планировался с Байконура в 2022 году).

Принято говорить об избытке пусковых возможностей. Однако необходимо принимать во внимание долгий горизонт планирования на рынке космических запусков, а также необходимость учёта многих факторов, включая соотношение грузоподъёмности ракеты и массогабаритных характеристик космического аппарата. Поэтому, несмотря на так называемый избыток пусковых возможностей, «временный» уход с рынка «Роскосмоса» и продолжающиеся ограничения на использование китайских ракет-носителей для западных спутников могут привести к перераспределению сил и средств в этом сегменте космических услуг.

Как известно, активное использование зарубежными заказчиками пусковых возможностей «Роскосмоса» было, помимо прочего, связано с затянувшимся переходом в Европе, США и Японии на новое поколение ракет-носителей. Очевидно, что отказ «Роскосмоса» «возить» зарубежные спутники, ускорит ввод в эксплуатацию как минимум четырёх новых больших ракет-носителей – европейской Ariane 6, японской H3 и американской пары в составе New Glenn и Vulcan Centaur.

На высококонкурентном рынке пусковых услуг больше всего ценится надёжность, и поэтому с уходом «Роскосмоса» в выигрыше на данный оказывается момент Илон Маск. Видимо, именно ему будет предоставлена от лица американского бизнеса почётная обязанность «задушить в своих объятиях» европейских партнёров. «Политика привязки» космических программ, во главу угла которой заложен принцип американского лидерства в космосе наиболее чётко сформулированы при Трампе.

Космическое наследие Дональда Трампа
Валентин Уваров
Пакет инициатив Трампа относительно экспансии в космосе и создания условий для доминирования на этом потенциальном рынке отражает взгляды, ещё до него сложившиеся в американских профессиональных и экспертных кругах.
Подробнее

Комментируя европейские санкции в отношении «Роскосмоса», Дмитрий Рогозин заявил, что после периода ограничений обязательно наступит период восстановления отношений, но Западу придётся договариваться уже на российских условиях. Насколько верно это предсказание, покажет время. А пока европейцы постараются резко ускориться в замещении «Роскосмоса» и перевести свои застрявшие полезные нагрузки на две новые ракеты – Ariane 6 и Vega C, первые полёты которых запланированы на текущий год.

Кстати, компания OneWeb тоже не складывает все яйца в одну корзину – недавно она заключила соглашение о сотрудничестве с индийской New Space India, чтобы продолжить запуск своих спутников с космодрома имени Сатиша Дхавана, расположенного на острове Шрихарикота в Бенгальском заливе.

Таким образом, несмотря на временные трудности, рынок пусков продолжает жить – свято место пусто не бывает. Но поскольку в ближайшее время наши «заклятые партнёры» вряд ли придут на поклон к России за пусковыми услугами, нам было бы разумно посмотреть и на другие стороны света.

Где теперь границы российского космоса?

 

Белоруссия дошла до «Восточного»

Даже если Запад и придёт к нам снова договариваться, то прежде надо будет оценить, насколько эти предложения соответствуют российским интересам в космосе и на Земле по самым разным вопросам – от удаления космического мусора до решения задач климатической повестки.

А тем временем Белоруссия дошла до «Восточного». В День космонавтики в ходе встречи на космодроме «Восточный» президента России Владимира Путина с президентом Белоруссии Александром Лукашенко была начертана новая граница российского космоса на западном направлении. Лидеры двух стран договорились, что белорусские строители примут участие в строительстве космодрома, а гражданин Белоруссии отправится в космос на российском корабле

От этого решения выигрывают обе стороны. Традиции ударных комсомольских строек, которые по-прежнему живы в Белоруссии, помогут ускорить завершение работ на Восточном. А поскольку с вводом в эксплуатацию модуля «Наука» на российском сегменте МКС появилось больше места для размещения людей и проведения космических экспериментов, это поможет Белоруссии получить вполне осязаемую полезную отдачу от запуска своего космонавта.

Ещё западнее находится наш основной партнёр по МКС – США. И хотя американцы постоянно заверяют в желании как можно дольше сохранять МКС, NASA одновременно говорит о планах передать пилотируемую космонавтку на низкой околоземной орбите в частные руки. Очевидно, что интерес партнеров к МКС может быть потерян, как только американские компании создадут свою частную космическую станцию. Над таким проектом активно работает компания Axiom, в которой это направление возглавляет бывший руководитель программы МКС в NASA Майкл Саффредини.

Кстати, начиная с 9 апреля в репортажах с МКС наблюдалась необычная скученность участников – иногда вместе собирались одиннадцать человек, из которых четверо представляли экипаж полностью коммерческой миссии Ax-1 компании Axiom, доставленной на станцию Space. А из семи человек штатного экипажа только двое были российскими космонавтами, а пятеро находились по программе NASA. Кстати, стоимость полёта каждого члена миссии Axiom-1 оценивается в 55 млн долларов, а по срокам и характеру такой полёт очень похож на десятидневную «экспедицию посещения» (в терминологии российской пилотируемой программы), в формате которой обычно летают на российских кораблях космические туристы.

В 2016 г. тогдашний руководитель «Роскосмоса» Игорь Комаров говорил телеканалу CNBC, что стоимость полёта для одного туриста на низкую околоземную орбиту может составить 30-40 млн долларов. Если сделать поправку на рост цен с учётом инфляции, то можно сказать, что сегодняшние расценки Axiom аналогичны российским. И хотя в условиях возрастающего интереса к космонавтике, богатые люди готовы платить огромные деньги за возможность побывать в космосе, вряд ли они выстроятся в очередь на посадку на российский корабль.

Все эти обстоятельства заставляют согласиться с недавним заявлением Дмитрия Рогозина, который считает, что «наши планы по борьбе с конкурентами на коммерческих рынках сейчас становятся менее актуальными. Никакого рынка больше нет. Он захлопнулся, практически перечёркнут западными конкурентами». К тому же на Востоке нам дышит в затылок Китай, который готов на равноправной основе использовать свою национальную орбитальную станцию вместе Россией и другими странами, невзирая на всё более сложную геополитическую ситуацию в мире.

Хотя сегодня за декларациями о сотрудничестве нередко кроются конъюнктурные интересы, идеи совместного освоения космоса без пресловутой гонки за лидерство имеют большой потенциал, в том числе для укрепления международных отношений. Почему бы России не возродить программу «Интеркосмос 2.0», предложив в оставшееся у МКС время работы программу полётов на станцию для космонавтов из Африки, Латинской Америки и стран Тихоокеанского региона?

О ком заботится Билл Нельсон? Послевкусие
Валентин Уваров
Заявление руководителя НАСА Билла Нельсона о том, что сотрудничество Соединённых Штатов и России в космосе является уникальным и исключительным и не должно прекращаться, вызвало достаточно много комментариев. Конечно, на фоне усталости от российско-американских отношений, перешедших в категорию «хуже некуда», это как глоток чистого воздуха без примеси углерода. В чём подвох?
Подробнее

 

Дойдёт ли Россия до Бенина?

Пока мы бьёмся на космическом фронте на западном направлении и воодушевлением стремимся к укреплению позиций на Востоке, неожиданно или может быть вполне логично пришёл сигнал с Юга. В этой связи мне хотелось бы привести пространную цитату из доклада Габриэля Кочофы, бывшего Чрезвычайного и Полномочного посла Республики Бенин в Российской̆ Федерации и в странах СНГ (2012–2016), прозвучавшем 12 апреля 2022 г. на фестивале «Пора в космос!»:

«Россия может предложить африканским странам сотрудничество в освоении различных технологий и реализации космических программ стран-партнёров. Например, в создании комплекса дистанционного зондирования земли, то есть съёмки поверхности Земли из космоса, который включал бы малые спутники для съёмки поверхности Земли с высоким разрешением, а также наземное оборудование как для управления спутниками на орбите, так и для приёма и обработки данных.

Подобный комплекс дистанционного зондирования земли, позволит решать различные хозяйственные задачи, актуальные для стран Африки, в частности:

  • экологический мониторинг и мониторинг ресурсов, в том числе в труднодоступных районах, где решение данных задач невозможно другими способами и средствами, кроме съёмки из космоса;
  • мониторинг водных ресурсов;
  • мониторинг сельскохозяйственных угодий;
  • картография и геодезия, задачи, связанные с делимитацией границы;
  • мониторинг чрезвычайных ситуаций;
  • метеорология;
  • телекоммуникация;
  • задачи безопасности;
  • научно-исследовательские работы и многие другие задачи.

Сотрудничество с Россией обеспечило бы африканским странам создание наземных и космических компонентов комплекса дистанционного зондирования земли, надёжное выведение космических компонентов на орбиту российскими ракетами-носителями, а также передачу технологий».

Кстати, в 2021 г. мероприятие фестиваля «Пора в космос!» стало импульсом к созданию Экспертного совета при Комитете СФ по экономической политике. А в текущем году в День космонавтики благодаря докладу Габриэля Кочофы мы услышали, чего ждёт Африка от России в рамках партнёрства в сфере космической деятельности. Предлагаемые проекты могут решить насущные проблемы континента, а нашей стране – нарастить экспортный потенциал. Уверен, что сегодня есть все условия, чтобы через год рассказать о первых конкретных результатах на африканском направлении.

 

Вернём Пушкина Африке

Давайте вернёмся во времена, когда интересы СССР (России) и США в сфере космической политики иногда совпадали. В 1975 г. с ракетного полигона в Заире (Центральная Африка) была запущена космическая ракета. Космодром и ракету запустила западногерманская компания OTRAG. Это стало возможным в результате проекта по производству недорогих ракет, начатого в 1972 г. министерством экономики ФРГ. Группа штутгартских студентов присоединилась к исследовательскому проекту в этой области и преуспела. Они разработали стратегию создания серии экономичных ракет со слоганом «Дешевизна вместо высоких технологий». Ракеты производили из дешёвых материалов, используя компоненты из автомобильной промышленности. В течение 1972–1973 гг. они получили значительные инвестиции, ими заинтересовалась Франция, с которой они стали сотрудничать. Но потом вдруг финансирование прекратилось. Возможно, что тогда позиции СССР и США в отношении коммерческого предприятия в третьей стране в области ракетостроения сошлись, и они начали мощную пропагандистскую работу в СМИ против OTRAG. В этой информационной атаке были использованы реальные факты о связях компании с учёными Третьего рейха: преподавателем Эйгеном Зенгером и Куртом Дебусом, создателем легендарной ракеты «Фау-2». Они оба в тот момент продолжали свою карьеру ракетостроителей и не были военными преступниками, однако это было удобной информацией для конкурентов.

Мне бы хотелось думать, что нелюбовь к частному космосу как наследие Советского Союза потеряла свою значимость в России. В нашей стране хватает людей, которые замахиваются на космос. В 2014–2021 гг. существовала компания «КосмоКурс», возглавляемая Павлом Пушкиным, выпускником МАИ и бывшим сотрудником одного из ведущих предприятий космической отрасли. В марте 2019 г. компания подписала соглашение с Нижегородской областью, которое в перспективе может привести к строительству в России первого частного космодрома. К тому времени была получена лицензия на космическую деятельность, планировалось создать ракетно-космический комплекс для отправки туристов в космос, и первый полёт должен был состояться в 2025 году. Причиной закрытия, по словам Павла Пушкина, стали непреодолимые трудности с согласованием требований к проекту космодрома с местными властями и невозможность получения от Минобороны необходимой нормативной документации для проектирования суборбитальной туристической ракеты. 

25 апреля в Найроби (Кения) начинает работу Конференция NewSpace Africa. Как сказано на сайте конференции, это встреча лидеров отрасли высокого уровня, коммерческих космических компаний, инвесторов и других ключевых заинтересованных сторон в африканской космической и спутниковой индустрии. Там же подчёркивается, что во всём мире наступает новая эра, характеризующаяся усилиями частного сектора по коммерциализации космоса, которые открывают глобальную космическую индустрию для инвестиций, новые рынки и демократизируют космические технологии за пределами традиционных космических геополитических регионов, включая возможности на развивающихся рынках.

Уже несколько лет слежу за информацией в бюллетенях NewSpace Africa и, если, конечно, не упустил, не могу припомнить упоминаний об участии «Роскосмоса» или российских компаний в проектах по космосу в Африке. Компании из США, Европы и Китая вижу, а из России не вижу. Равно как на сайте Конференции NewSpace Africa присутствуют МАХАR из США и китайская DFH SATELLITE CO. LTD. Очень бы хотелось увидеть название российской частной космической компании (ЧКК) на сайтах мероприятиях по космической тематике. Предлагаю «КосмоКурсу» взять новый курс на Африку, и, если когда-то мы получили великого русского поэта с корнями с этого континента, то почему не вернуть долг русским космосом?

Если на Западе так боятся усиления российского влияния в Африке, то, может быть, перестать бороться с их фобиями? Возможно, стоит сделать ровно наоборот и простимулировать российские частные компании с тем, чтобы они принесли в Африку немного российского космоса? Как говорится, ответить ассиметрично: если не насолим, так перца подсыпем, чтобы долго чихали.

 

Раздвинуть границы российского космоса

На мой взгляд, в цитате из доклада Габриэля Кочофы выражена квинтэссенция стратегии, по которой можно в терминах наших министерств и ведомств писать план мероприятий. На примере этого кейса давайте разберёмся, как можно сделать так, чтобы российский космос дошёл до Бенина. Кто должен писать этот план, на первый взгляд, понятно – «Роскосмос». Согласно Закону о космической деятельности, за весь космос в нашей стране отвечает «Роскосмос», который, в частности, должен взаимодействовать с организациями других государств, а также с международными организациями по вопросам космической деятельности, заключать в установленном порядке соответствующие международные договоры. В Законе о Госкорпорации «Роскосмос» сказано, что Госкорпорация обеспечивает осуществление и координацию сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами в рамках соглашений о сотрудничестве в области исследования, освоения и использования космического пространства в мирных целях, а также заключает в установленном порядке с иностранными организациями соглашения (договоры), в том числе касающиеся реализации международных и коммерческих космических программ и проектов. Очень обтекаемо и неконкретно в законе говорится, что «Роскосмос» имеет право участвовать в государственных и коммерческих проектах и программах, предусматривающих разработку и экспорт высокотехнологичной промышленной продукции, а также осуществлять инвестиции в российские и иностранные организации.

В поставленных в законе целях нет того, что называется «коммерциализацией космической деятельности». Два года назад в статье «Почему российского космоса не видно за юридическим лесом» был дан анализ почему коммерциализация и получение страной каких-либо значимых доходов от коммерческой деятельности самим «Роскосмосом» при существующем законодательстве невозможно. «Роскосмос» юридически никак не обязан заниматься «коммерциализацией космической деятельности» и стимулировать развитие «частного сектора космической деятельности», а тем более «формировать благоприятную инвестиционную среду и развивать государственно-частного партнёрство», хотя это было зафиксировано в принятых в 2013 г. Основах государственной политики Российской Федерации в области космической деятельности на период до 2030 года.

В обобщённом виде меры, которые могли бы позволить российскому космосу занять достойное место в рамках новой экономической модели и обеспечить конкурентоспособность на мировом космическом рынке, в том числе за счёт частной инициативы, можно кратко сформулировать следующим образом:

  • оформление нового стратегического видения места российского космоса в социально-экономическом развитии страны;
  • выделение космического направления как самостоятельного в документах стратегического планирования в сфере научно-технологического развития страны;
  • создание благоприятных правовых условий для трансформации космической деятельности в космический сектор российской экономики.

Принимая во внимание, что это предполагает серьёзную и глубокую проработку большого массива нормативно-правовой базы, в сегодняшней ситуации можно было бы начать с точечного решения, чтобы в максимально короткое время достичь результата. Имеется ввиду принятие специального закона о содействии развитию частного космоса для решения наиболее актуальных и насущных задач: привлечения частных инвестиций, сохранения и привлечения молодых специалистов в высокотехнологичную отрасль и развития экспортного потенциала российского космоса. Тем более что работа над проектом такого закона была начата ещё в прошлом году.

Считаю, что именно разработка и приятие закона, который стимулировал бы предпринимателей инвестировать в частный российский космос является приоритетом.

Новый законопроект «О дистанционном зондировании Земли из космоса», внесённый «Роскосмосом» в правительство в декабре прошлого года, не отвечает в целом государственным интересам в части развития высоких технологий внутри страны и расширения экспортного потенциала России. Об этом неоднократно заявляли эксперты и те, кто занят развитием практической частной космонавтики. При этом подчёркивалось, что такой закон «может на корню убить системы обработки данных», а это как раз то, что может способствовать оттоку из нашей страны высококвалифицированных ИТ-специалистов.

На рабочей встрече с представителями экспертного совета в конце марта Дмитрий Рогозин обозначил задачи и подчеркнул, что «приоритетом для Госкорпорации в текущей обстановке становится производство аппаратов в интересах Минобороны РФ». Таким образом в этой логике совершенно разумно использовать потенциал частной инициативы для создания гражданской продукции и сервисов с космической составляющей, а также наращивания экспортных возможностей.

 

Как сделать российский космос «нормальным»

Выше был сделан некоторый анализ в части необходимых шагов для того, чтобы простимулировать развитие гражданского частного космоса и, в частности, реализовать мечту Габриэля Кочофы о приходе российских космических технологий в Африку.

Опять-таки, используя инструментарий французского экономиста Фредерика Бастиа, привести в соответствие нормативно-правовую базу – это о том, что не видно. То, что всегда видно – это деньги и инвестиции, которые являются кровью бизнеса. В этой связи мне понравились некоторые мысли, озвученные в интервью «Новая нормальность с Олегом Дерипаска», которые можно взять на вооружение, чтобы и российский космос стал нормальным.

«Нужно вернуться к той модели, которую мы апробировали, и она уже рождалась – свободная рыночная конкурентная экономика, в которой основным приоритетом является частная собственность. Сейчас, видимо, все многосторонние схемы типа ВТО закрыты. Нужно налаживать двусторонние связи, нужно выходить на новые рынки», – так определяет Олег Дерипаска основной вектор, который вернёт нас в нормальное состояние. Татьяна Гурова, которая брала интервью, задала правильный вопрос: «А кто и как может организовать это масштабное промышленное инвестирование?». В ответ Олег Дерипаска сказал, что он может открыть секрет: у небольшой части населения очень много денег – по разным подсчётам, у состоятельной части населения порядка 100 трлн рублей. Инвестировать надо, по выражению Дерипаски, «не в “ГазМяс”, а желательно в частное предприятие». Нужно «проинвестировать авиастроительную компонентную базу … в судостроение нужно инвестировать. Нам же нужно везти товары, а для этого нужны суда».

Кто о чём, а я, со своей стороны, замечу, что космическую компонентную базу проинвестировать не менее актуально, так как и ракеты надёжной современной электронно-компонентной базе (ЭКБ) в ней нуждаются, и доставляемые этими ракетами в космос космические аппараты не меньше. Нуждаются в ЭКБ и космические аппараты дистанционного зондирования Земли всевозможного назначения, в том числе для мониторинга климатически-активных веществ и других задач в области наблюдения за климатом.

Раз Олег Дерипаска раскрыл секрет, где взять деньги для того, чтобы принвестировать высокотехнологичные отрасли нашей промышленности, то и я тоже позволю себе раскрыть небольшой секрет. Дело в том, что, если Олег Владимирович готов себя причислить к «состоятельной части населения», то у него есть возможность попробовать сделать российский космос нормальным. Дело в том, что с конца прошлого года соответствующие структуры EN+ вели переговоры по инвестированию в проект по отработке технологии по дистанционному зондированию в области экологического мониторинга.

Инвестиции первого этапа по отработке новой российской технологии дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) основных парниковых газов в интересах государства, бизнеса и общества составили бы примерно 0,3 процента годовой стоимости глинозёма, потребляемого заводами «Русала». Это было бы примером реального вклада в импортозамещение тех самых 80 процентов данных ДЗЗ, которые в лучшие времена мы брали с иностранных космических аппаратов. Однако с учётом «сложившейся ситуации» лица, принимающие решения в EN+, сочли такие инвестиции несвоевременными.

Я бы не написал об этом, так как понимаю, что, быть может, в «сложившейся ситуации» и Алишер Усманов вместе с ВТБ, и Владимир Евтушенков не приняли бы решения вложиться в «Мегафон 1440» и в «Спутникс» соответственно.

Олег Дерипаска высказал интересные мысли относительно того, как как простимулировать частные инициативы в сложившейся ситуации, чтобы решить стоящие перед страной задачи. Хотелось бы надеяться, что владелец «Русала» наряду с нормальными мыслями относительно того, как нам быстрее перейти к лучшей жизни, будет более раскован в отношении инвестиций в высокотехнологичные проекты.

 

* * *

 

Почти четыре года назад Дмитрий Олегович Рогозин заметил, что возрождение российского космоса возможно только с привлечением частных инвесторов. Сейчас пришло время перейти от слов к делу.

Чтобы расширить границы российского космоса внутри страны и за рубежом и обеспечить вхождение новых игроков в космический бизнес, прежде всего нужно менять нормативно-правовую и нормативно-техническую базу. Что нужно сделать на этом направлении написано выше, а где взять деньги – нам подсказал Олег Дерипаска.

Размежевание на орбите
Александр Бауров
Россия планирует создать собственную орбитальную станцию и предупредит партнёров по МКС о выходе из проекта с 2025 года. Тренд на создание страновых космических околоземных лабораторий является, с одной стороны, продолжением размежевания межгосударственных отношений на Земле, но с другой – фиксирует преодоление кризиса государственной неуверенности в целях освоения ближнего, среднего и дальнего космоса.
Подробнее