Россия в глобальной политике

Дипломатия в разгар боевых действий определяется их результативностью, и, если соотношение сил меняется, «понимания» предыдущего этапа теряют силу. Российская сторона не отказывается от предположения, что Вашингтон способен сыграть полезную роль в украинском урегулировании. И это правильно. Но прежде нужно вернуть Белый дом к «пониманию», что военная победа противников России невозможна.

В Кремле готовы принять риски, которые несёт перемирие, в обмен на легитимацию промежуточных итогов СВО и вывод Вашингтона из конфликта. Но без этого – вряд ли, только если мы начнём выдыхаться совсем. Скорее, в случае нарастания внутриполитических и экономических проблем, следует ожидать «прикручивания краника» СВО, которая продолжится с меньшей интенсивностью. Перспектива малоприятная, но вполне реальная.

Раньше атмосфера переговоров в Женеве была другая. Люди притирались друг к другу, смотрели, какие возможны варианты, результат рано или поздно выкристаллизовывался. Всегда достигали какого-то компромисса, более-менее устраивающего. Обсуждали многосторонние вещи, и переговоры шли сравнительно длительное время. Сейчас всё по-другому – в переговорах с украинской стороной нужен абсолютно чёткий результат.

После встречи президентов России и США на Аляске в прошлом августе в обиход вошло понятие «дух Анкориджа». Содержание переговоров не раскрывалось, о нём можно судить разве что по части утечек. Но о том, что два президента относятся друг к другу с интересом и уважением, было известно и раньше, ещё с первого срока Дональда Трампа. Что же за особый дух установился после августовского блиц-визита Владимира Путина в США?

Главное достижение нашей дипломатии на западном направлении в уходящем году – отказ Трампа от требования о прекращении огня. Теперь мирный процесс идёт, как ему и положено, параллельно боевым действиям. Условия для начала мирных переговоров обеспечены на поле боя, там же должны быть обеспечены предпосылки для их успешного завершения и достижения прочного мира.

Встреча Дональда Трампа с европейскими руководителями в Белом доме – чрезвычайно яркий спектакль, который можно рассматривать именно с театральной точки зрения: кто в каком амплуа выступил и насколько справился с выбранной ролью. Но это антураж.

Украинская тема слишком сложна, чтобы отделаться имитацией. Имеющиеся варианты поведения Трампа не устраивают. Либо фактический возврат к курсу Байдена, то есть принять «чужую» войну в качестве своей, либо выйти из процесса, оставив его другим. Первое заведомо не годится, второе требует революционного разворота, на который Трамп не способен.

Выступления Дональда Трампа по украинскому вопросу ждали с максимальным интересом и даже ажитацией. Однако заявление американского президента, сделанное 14 июля в присутствии генсека НАТО Марка Рютте, оставило у многих ощущение недосказанности. Прямого воздействия на военно-политическую ситуацию объявленные меры не возымеют. Но переговорный этап России и США, начавшийся звонком Трампа Путину в феврале, вероятно, можно считать завершённым.

На кого Трамп может возложить вину за возможный провал переговоров по Украине? На сколько могут затянуться боевые действия, если договорённости не будут достигнуты? Как России реагировать на проект США в сфере обороны – «Золотой купол»? Как изменилось отношение к Израилю в мире? Чем примечательны выборы в Румынии и в Польше? Смотрите сегодня, 23 мая, в 23:00 новый выпуск передачи «Международное обозрение» с Фёдором Лукьяновым.