28.09.2021
«Идя в Сибирь, мы идём и в будущее, и к истокам нас как державы»
Колонка издателя
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Сергей Караганов

Учёный-международник, почётный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала «Россия в глобальной политике». Декан, научный руководитель Факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ.

Двигаясь в Сибирь, мы не только завершаем принесший много полезного, но объективно выдохшийся европейский, петровский проект – нам больше почти нечего брать у Европы, но «возвращаемся домой», в Большую Евразию, обретаем новых и старых себя.

Много раз говорил и писал о том, что без ведущих вперёд идей великие державы не создаются, а потеряв их, вырождаются. Как это и произошло, в частности, с нами, когда в 1970-е гг. на скудость потребления наложился износ коммунистической идеи, на которую был нанизан СССР. Это же на глазах происходит в Европе, где в прошлом великие державы от великих идей отказались, а европейская идея, лежавшая в основании создания ЕЭС, – ЕС выработалась и зашла в тупик.

В последние года два волна требований со стороны растущего большинства интеллектуального класса ведёт, хотя и очень медленно, к осознанию руководством необходимости активизации поиска новой идеологии.

Прагматизм и технократизм полезен, особенно после провала коммунистической идеологии, а затем и российского варианта либерал-демократизма. Но эта полезность ограничена во времени и явно исчерпана.

Большая семья, патриотизм и тем более – солженицынское сохранение народа, безусловно, должны быть составными частями большой идеи. Если в поиске смысла существования страны или народа забывают об этой простой истине, случается беда.

Часто вспоминаю стихотворение чудесного советского поэта Михаила Светлова «Гренада». Оно вело вперёд поколения мечтателей. Но в нём был и приговор идее интернационализма за счёт своего народа. Не удалось узнать, понимал ли это сам поэт: «Я хату покинул,/ Пошёл воевать,/ Чтоб землю в Гренаде/ Крестьянам отдать./ Прощайте, родные!/ Прощайте семья!/ «Гренада, Гренада, Гренада моя!» А у нас ещё немало людей в политическом классе, призывающих к безусловной поддержке обнищавших и обескровивших себя соседей по ушедшему СССР.

Мы, хотя и медленно, начинаем наступать в идейной сфере или по крайней мере презрительно насмехаться в ответ на бесконечные нападки противников по геополитической борьбе.

Уходит, хотя и медленнее, чем хотелось бы, и порождённое бытовой бедностью по сравнению с казавшимся богатым Западом ощущение неправоты, желание оправдываться или в лучшем случае отплёвываться.

Ощущение моральной и политической правоты перестают скрывать даже дипломаты. Было приятно, когда В.В. Путин шутливо попенял С.В. Лаврову за «излишне» задиристый тон.

Даже в близкой к теме нашего обсуждения замечательной статье советника министра обороны А.М. Ильницкого о «ментальной войне», опубликованной в августовском номере за 2021 год «Военной мысли», виден и оборонительный мотив. Он предлагает обороняться от навязываемых нам с Запада псевдоидеологий и этических кодексов, которые ведут к деградации общества и человека. Речь идёт об ЛГБТизме, демократизме, ультрафеминизме, чёрном расизме, отрицании истории и корней. Далее по списку.

Право на безумие
Александр Лукин
Традиционный авторитаризм в какой-то мере менее опасен, чем «проснувшееся» западное общество. Риск пути под знаменем новой идеологии плохо понятен тем, кто им следует. Они считают, что движутся вперёд, а мы – что назад, к нашему трагическому прошлому.
Подробнее

Опасность налицо. Но велика она в первую очередь тем, что эти явления рождаются в силу ряда причин – в них надо разобраться – внутри благополучных и развитых цифровизированных обществ и только потом поддерживаются политическими элитами, стремящимися раздробить общества и лишить людей воли к сопротивлению несправедливости и неэффективности управления ими. Экспорт этих псевдоидеологий в том числе и к нам – это вторичная и побочная цель.

Считая, что эта зараза приходит исключительно с Запада, мы упрощаем проблему и можем стратегически промахнуться. Бороться нужно, не только оттесняя или отгораживаясь, но предлагая альтернативу, имеющую корни в обществе и привлекательную для других стран, нормальных людей, стремящихся остаться ими, а не роботами или манкуртами. А людей, исповедующих нормальные ценности, в мире подавляющее большинство. Себе и миру можно и нужно, выработав, предложить привлекательную новую – старую русскую идею.

У России есть изначальное конкурентное преимущество в продвижении своего видения того, каким должны быть человек и человечество. Это – открытость нашей культуры, её всемирность и всечеловечность, о которой говорил Ф.М. Достоевский в своей легендарной речи об А.С. Пушкине.

Дам в очередной раз, с дополнениями последних лет, свой вариант набора лозунгов, которые могут стать основой российской идеологии для себя и мира.

Мы считаем, что миссией человека является служение не себе, но семье, обществу, стране, миру. И Богу, если он или она в него верит. Мы против обесчеловечивания людей через отрицание общественной сущности человека, его пола, родства, истории его и его страны, без которой он состояться не может.

Мы – народ очень сильных и женственных женщин, не раз спасавших страну в её тяжёлой истории. Мы не только уважаем, но почитаем их. Мы – за равенство прав и возможностей женщин и мужчин. Но не за ультрафеминизм, лишающий их коренной биологической сущности, а жизнь и культуру одной из её главных составляющих и движущих сил – любви между женщиной и мужчиной.

Мы – народ отважных мужчин, готовых защитить слабых.

Мы – за мир. Наши вооружённые силы не только обеспечивают наш суверенитет и безопасность, но и, сдерживая агрессоров и претендентов на гегемонию, обеспечивают мир во всём мире.

Мы – за суверенитет стран и народов, свободу выбора ими своего пути, в политике, экономике и, что не менее важно, в культуре. Разбив всех претендентов на мировое господство, а сейчас подорвав главную основу западного доминирования – военное превосходство, мы создали условия не только для своего суверенного развития, но и для свободы выбора другими странами и народами.

Мы – народ-освободитель. Но теперь не за счёт своего народа. А потому что это отвечает его коренным интересам.

Мы – народ победителей и народ-победитель.

Мы – народ-интернационалист. И другими, учитывая нашу историю, быть не можем. Нам чужд любой расизм.

Мы – за справедливый мир для всех стран и народов, за справедливый экономический порядок внутри страны.

Мы – близкий к природе народ и будем защищать окружающую среду и у себя, и во всём мире во имя будущих поколений.

Главное в миссии России – обустройство страны, воля и благоденствие наших граждан.

Мы – за сильное государство, способное, сотрудничая с другими странами, защищать жизнь и интересы своих граждан. Но и за волю, за суверенитет человека, его свободу мыслить и решать, как думать и жить без тоталитарного диктата хоть снизу, хоть сверху.

Естественен вопрос, а на кого должна ориентироваться новая – старая русская идея в условиях современного усложняющегося общества? Потенциальных ответов настолько много, что их обсуждение наверняка заведёт в тупик. Предлагаемый ответ прост – на патриотическое большинство, которое нужно расширять и новой идеологией, и новой политикой (см. ниже).

А как же быть с поколением Z, года три тому назад называвшимся «креативным классом»? Ответ – да никак. Молодёжь повзрослеет, а та её часть, которая не захочет этого сделать, побузив, выпадет в осадок, превратится не в творцов, строителей и защитников, а в обслугу последних. Будем надеяться – квалифицированную. Удовлетворив неясные запросы на новые ценности, мы просто растеряем старые, самих себя, народ, страну.

Так же философски стоит относиться к постоянно повторяемому тезису, что молодёжи (в том числе её нынешним привычкам и взглядам) принадлежит будущее. Молодость прекрасна и энергией, и поиском, и романтикой. Но историю стран и мира строят взрослые люди. Иногда, когда они теряют ориентиры или хотят не строить, а разрушать, пускают вперед молодёжь, не связанную обязательствами, знаниями, опытом, ещё не чувствующую ответственности за семью, Отечество.

Тем более что, похоже, значительная часть молодёжи, выросшая в суперцифровизированной среде, да ещё с новыми ценностями, никогда не повзрослеет. И делать ставку нужно на ту её часть, которая растёт в передовых корпорациях, университетах и, вероятно, в суворовских и нахимовских училищах, создаёт новые производства и технологии. Впрочем, многие из условного поколения Z, особенно если ему предложить ведущие вперёд идеи, пойдут за ними.

Запуск и продвижение новой идеологии, новой русской идеи, естественно, должны сопровождаться реальными изменениями в нашей политике. Похоже, этого и боятся многие тормозящие выдвижение новой идеологии для России. Не хотят менять ничего, пригрелись.

В числе этих изменений, безусловно, должно быть развитие наметившегося курса на большую социальную справедливость. Включая и переход к разумной прогрессивной шкале налогообложения. Это давно перезревшее, а теперь и работоспособное решение – благодаря высокому качеству нашей налоговой системы. За счёт этого – повышение инвестиций в здравоохранение, науку, образование, защиту нашей природы.

Для наполнения смыслом национальной жизни, мобилизации ищущих, честолюбивых и активных необходим и большой духоподъёмный геополитический проект. Ими были петровское окно в Европу, Транссиб. Напомню его лозунг: «Вперёд к Великому океану». Им была и мировая революция большевиков. Недавно ими были идеи поменьше – провалившееся «возвращение в Европу», достигнутое «вставание с колен».

Пока таких проектов нет.

Технократические «национальные проекты», безусловно, полезны, но не пробуждают творческую энергию.

«Поворот на Восток», призванный в числе прочего стать частью такой большой идеи, достигнув определённых успехов, выдыхается. Основных причин две.

Это была попытка ускоренного развития только Дальнего Востока с его ограниченным человеческим капиталом. Была разорвана Сибирь – единый исторический и экономический регион.

В проекте не было идейной основы, которой можно было бы увлечь. Он был по большей части технократическим. Не стал своим, народным, даже и для жителей Тихоокеанской Сибири.

Арктический проект при всей его полезности большим духоподъёмным, вовлекающим и привлекающим массы активных людей быть не может.

Таким проектом может и должно стать новое освоение, подъём всей Сибири с ориентацией на Азию и Тихий океан и, разумеется, Арктику.

Первоначально, более десяти лет тому назад, разрабатывавшаяся концепция «поворота на Восток» предусматривала ускоренное развитие с ориентацией на энергодефицитные, вододефицитные, быстрорастущие рынки Азии всей Сибири, а не только её восточной части.

Отрадно, что С.К. Шойгу возобновил продвижение этой идеи, которую он высказывал и десятилетие назад. В том числе о создании столичных городов в Сибири.

Но то, что пока предлагается, судя по печати, опять полезный, но технократический проект развития центральных регионов Сибири. В нём нет главного, того, что подъём Сибири – путь в новый мир для всей России. А сибиряки и те, кто к ним присоединится физически и ментально, – первопроходцы в новое будущее мощной и благоденствующей России.

Новый проект поможет вовлечь в ускоренное развитие не только самый богатый ресурсами и очень богатый интеллектуальным капиталом регион страны – Центральную Сибирь, воссоединит её с Сибирью Тихоокеанской. Он подтолкнёт заложенную в концепции «поворота на Восток», осуществляемую очень медленно цель переформатирования мышления российской элиты от отсталого европоцентризма к новому, устремлённому в будущее большому евразийству. Мы – культурно по большей части европейская страна. Может быть, скоро останемся среди последних культурно европейских держав, если Европа продолжит самоубийство своей цивилизации новыми ценностями. Но социально и политически мы ближе к Азии. И эта «азиатчина» теперь наше конкурентное преимущество.

Двигаясь в Сибирь, мы не только завершаем принесший много полезного, но объективно выдохшийся европейский, петровский проект – нам больше почти нечего брать у Европы, но «возвращаемся домой», в Большую Евразию, обретаем новых и старых себя.

Идя в Сибирь, мы идём и в будущее, и к истокам нас как великой державы, а не просто восточной окраины Европы.

Пришедшие из Азии монгольские орды не только войнами и сбором дани задержали наше развитие, но и сформировали безбрежность русского геополитического мышления, оставили нам веротерпимость и культурную открытость. И сформировали – в борьбе с ними – главный элемент культурного кода русских – стремление к независимости и суверенитету.

Выдающийся американский политический мыслитель З. Бжезинский был заведомо не прав, когда вбросил своё знаменитое и часто повторяемое, в том числе и у нас, изречение, что без Украины Россия не останется великой державой. Это не так – она не стала бы великой без Сибири, без её ресурсов, без «сибирского характера» части русских, без «сибирских полков», не выстояла бы против завоевателей на европейской равнине. В лучшем случае стала бы восточным аналогом Польши. Знаю, что для многих это звучит оскорбительно.

Можно и нужно строить новые научно-производственные центры, как предлагает С.К. Шойгу, многие учёные. Но не менее важно – перенести в сибирские города действительно значительную часть столичных функций, большую часть экономических ведомств, возможно, Госдуму и/или Совет Федерации. В том числе чтобы образованная и честолюбивая молодёжь потянулась туда, ускоряя процесс геоидеологического, духовного взросления российской элиты.

Российская газета
Сатанизации вопреки. О новой холодной войне и русской идее
Сергей Караганов
Первое и самое важное, что мы должны осознать: мы – народ-победитель, который побеждал всех великих завоевателей. И чингизидов, и шведского Карла, который завоевал пол-Европы, и Наполеона, и Гитлера. Другой такой нации в мире нет!
Подробнее