21.08.2007
Преодолевая стереотипы
№4 2007 Июль/Август

Контакты между Россией и Индией завязались еще в
Средние века. Одну из первых страниц в этих взаимоотношениях открыл
в XV столетии тверской купец и путешественник Афанасий Никитин,
автор путевых записок «Хождение за три моря», содержавших
достоверные описания политического устройства, культуры, обычаев и
природы Индии.

Дипломатические отношения между Москвой и Дели были
установлены в апреле 1947 года, сразу после достижения Индией
независимости, а уже с середины 1950-х начинается бурное развитие
советско-индийских связей. В 1971 году оба государства подписали
Договор о мире, дружбе и сотрудничестве, который установил правовую
основу «особых отношений» между ними. Впоследствии в совместной
советско-индийской декларации (1982) Советский Союз и Индия
«выражают глубокое удовлетворение эффективностью их многогранного
сотрудничества, которое представляет собой ценное достояние двух
стран».

Однако в 1990-х все изменилось. Развал Советского
Союза, курс на либерализацию экономики, взятый в обеих странах,
критически понизили уровень взаимодействия. Как Индия, так и Россия
стали больше склоняться к контактам с Западом, а в последнее время
и с Китаем.

Стереотипы, унаследованные из прошлого и давно не
соответствующие действительности, продолжают жить самостоятельной
жизнью. Даже такие заядлые путешественники, как бенгальцы, в
основном полагают, что у нас в России до сих пор стоят в очередях
за хлебом. Россияне же по-прежнему думают об Индии (в частности, о
Западной Бенгалии и Калькутте) как стране чрезвычайной бедности и
безысходности. Между тем современная Индия – это уже совсем не та
страна, какой она была 20 лет назад…

ИНДИЯ: СОВРЕМЕННЫЙ ПОРТРЕТ

Экономика. Еще Джавахарлал Неру
предсказывал, что Индия утвердится среди великих держав благодаря
своей древней истории и цивилизации, размеру и стратегическому
положению. Судя по всему, прогноз оправдается: по мнению
большинства экономистов, в ближайшие десятилетия Индия будет
стремительно увеличивать свою долю в мировой экономике.

Как утверждает историк всемирной экономики Ангус
Мэддисон (автор The World Economy: The Millennial Perspective),
индийская экономика была крупнейшей на планете с I века н. э.
(когда ее доля составляла 32,9 % мирового валового продукта) по XV
столетие (24,5 %). Даже в начале XVIII века на Индию приходилась
почти четверть мирового валового продукта (24,4 %), и пальму
первенства она уступала лишь Китаю. Беспрестанные войны,
стремительный рост населения, ускоренное развитие экономик западных
стран (начиная с XIX столетия) и прежде всего британское
колониальное владычество снизили долю Индии в мировой экономике до
3,8 % к середине прошлого века.

После обретения страной независимости правительства
Джавахарлала Неру, а затем и Индиры Ганди взяли на вооружение
реализацию пятилетних планов по образцу советских, осуществление
централизованных инвестиций и проведение сельскохозяйственных
реформ. Эти меры принесли свои плоды: первоочередные задачи,
стоявшие перед страной (выйти на уровень самообеспечения
продовольствием и заложить основы промышленного развития), были
решены.

Со времени премьерства Раджива Ганди Индия совершила
прорыв в области информационных технологий. С 1991 года
правительство резко снизило уровень своего вмешательства в
экономику, оставив за собой вопросы макроэкономической стабильности
и установления общих правил игры. В результате реформ и
либерализации внешнеэкономических связей экономика Индии стала
расти ускоренными темпами – в среднем на 6 % в год (последние годы
рост ВВП был выше 9 %).

Однако, поскольку в ходе либерализации предприятия
обрели бЧльшую свободу в выборе объектов для инвестиций, возникли
болезненные дисбалансы в региональном развитии. Некоторые штаты,
такие, как Бихар и Мадхья-Прадеш, впали в хроническую депрессию
из-за оттока капитала и недостатка государственных инвестиций, в то
время как приморские южные районы оказались поближе к источникам
сырья и рынкам сбыта, а потому и в более выгодном положении.

Интеграция Индии в глобальную экономику пока еще
далека от завершения. Объем индийской внешней торговли остается
низким (на уровне 3,5 % глобальных потоков товаров и услуг),
индийская валюта – рупия – даже формально еще не стала полностью
конвертируемой, имеются ограничения на вывоз капитала и прямые
портфельные инвестиции, поток прямых иностранных инвестиций был
скромен по сравнению с Китаем. Чтобы занять позиции регионального
лидера, Индии придется много потрудиться над региональной
интеграцией в рамках (Ассоциации регионального сотрудничества стран
Южной Азии (СААРК) и улучшением связей со странами Юго-Восточной
Азии (АСЕАН) и Китаем.

Политическая система. В Индии, где
принята федеративная система правления, львиная доля власти
принадлежит не кабинету министров, а региональным правительствам.
Во многом это обусловлено сложным конфессиональным, кастовым и
этническим составом населения, а также ослаблением в 1990-х позиций
Индийского национального конгресса (ИНК) – партии Джавахарлала Неру
и Индиры Ганди, доминировавшей на политическом олимпе в течение 40
лет после достижения страной независимости.

Сегодня на первый план вышли региональные и кастовые
партии, определяющие состав неустойчивых правительственных
коалиций. Правящий ныне Объединенный прогрессивный альянс (ОПА) во
главе с партией ИНК состоял в 2004-м не менее чем из 12 партий (2
партии – Маруламарчи дравида мунетра кажагам из штата Тамилнаду и
Теленгана раштра самити из штата Андхра Прадеш – с тех пор покинули
ОПА). ОПА контролирует 218 мест в 545-местной нижней палате
парламента (Лок Сабха); для формирования правительства ему
необходима поддержка альянса пяти левых партий, имеющих 60 мест.
Оппозиционный Национальный демократический альянс (НДА) под
руководством политиков из правой партии Бхаратия Джаната парти
(БДП) состоит из 10 партий (187 мандатов); еще 11 региональных
партий и 4 независимых парламентария (74 места) не присоединились
ни к одной из трех коалиций.

Влияние региональных властей на
общественно-политическую и экономическую жизнь Индии очень велико.
Так как вопросы налогообложения являются предметом совместного
ведения центра и регионов, правительства Атала Бихари Ваджпаи и
Манмохана Сингха пока не смогли убедить все штаты заменить налог на
оборот более прогрессивным НДС. Северо-восточные штаты Индии
(населенные монголоидными народностями) и штат Джамму и Кашмир (где
доминируют мусульмане) имеют особый статус, закрепленный в
Конституции Индии и особых соглашениях. Обитатели равнинных
регионов не вправе переехать в малонаселенные горные штаты и купить
там собственность, жители северо-восточных штатов, а также штат
Джамму и Кашмир имеют налоговые льготы (в частности, сиккимцы,
обитатели штата Сикким, не платят подоходный налог).

Штаты передают в ведение центра лишь четко
ограниченные полномочия и имеют различное законодательство. Неся
ответственность за социально-экономическое развитие своих регионов
и создание благоприятного климата для инвестиций, региональные
власти поддерживают тесные связи с крупными финансово-промышленными
группами Индии и в последнее десятилетие играют активную роль в
сфере коммерческой дипломатии.

Местное самоуправление. Нынешние
институты управления индийской общины – панчаяты – зародились в
глубокой древности. Такая живучесть объясняется их эффективностью и
опорой на демократические принципы, а не закоснелостью индийской
экономики и социальной сферы. Уже в первом тысячелетии н. э.
панчаяты вместе с общественными корпорациями более высокого уровня
(в частности, районными) сложились в эффективную систему местного
самоуправления.

Со времени мусульманского завоевания Индии в XII веке
эта система начала сдавать свои позиции, а в результате порабощения
страны британскими колонизаторами в XVIII столетии она практически
исчезла, будучи заменена неуклюжей бюрократической машиной на
западный манер. После обретения Индией независимости идею панчаятов
стали продвигать левые партии, и сейчас эта система делает большие
успехи.

Местные органы самоуправления несут ответственность
за благосостояние и нравственность в своем округе, они имеют право
определять размер и вид наказаний (обычно это штраф, или порицание,
или лишение религиозных, общественных привилегий). Они также могут
устанавливать местные налоги, с тем чтобы использовать эти
поступления для финансирования общественно полезных работ – от
строительства и ремонта храмов до богослужений.

Согласно индийской системе поступенчатых выборов,
жители небольших территориальных образований выбирают из своей
среды самых честных людей, которые будут руководить ими и станут
выборщиками, формирующими органы самоуправления более высокого
уровня. Важнейшим звеном пирамиды является самое нижнее: здесь
избранники не только известны своим избирателям в лицо, но и несут
перед ними ответственность за состав вышестоящего комитета. Поэтому
индийские политики всех уровней тесно связаны с народом, и не так
сильно зависят от влияния СМИ.

ДРУЖБА НАВЕК?

Несмотря на недостаток информации, отношения между
народами России и Индии продолжают оставаться дружественными.
Индийцы помнят, как Москва протянула им руку помощи во время
индийско-пакистанских войн. Премьер-министр Индии и президент
России обмениваются ежегодными визитами, в последнее время министры
иностранных дел Индии, Китая и России стали проводить совместные
сессии. Президент партии Индийский национальный конгресс Соня Ганди
посетила Санкт-Петербург, главный министр союзной территории
Нью-Дели Шейла Дикшит – Москву, а главный министр штата Гуджарат
Нарендра Моди – Астрахань. В свою очередь ряд российских
региональных чиновников побывали в Индии. 2008 год объявлен Годом
России в Индии, а 2009-й – Годом Индии в России, что, безусловно,
поспособствует развитию и углублению дружественных отношений между
обеими странами.

Однако достаточно ли официальных визитов и помпезных
мероприятий для того, чтобы побороть инерцию и охлаждение отношений
1990-х годов? Что можно сделать, чтобы связи между нашими народами
и впредь оставались дружественными и союзническими?

Во-первых, необходимо взаимодействие
между российскими регионами и индийскими штатами. Речь идет о
важнейшем факторе, способствующем обмену делегациями бизнесменов,
общественных деятелей, представителей культурных и научных кругов.
Российско-индийские отношения не должны зависеть от
внутриполитической конъюнктуры в Дели, тем более что, по мнению
индийской стороны, экономическая активность региональных властей
никак не связана с их сепаратистскими устремлениями. Деятельность
федерального и регионального правительств в Индии основана на
прочной базе общих ценностей и единых представлений о внешней и
внутренней политике, образующих так называемую «коалиционную
дхарму» (система взглядов, которой должны руководствоваться
политики в своей работе).

Во-вторых, в приоритетную
российско-индийскую повестку дня следует также включить
стимулирование контактов российских общественных
неправительственных организаций, научно-исследовательских
институтов с ведущими общественными, религиозными деятелями Индии.
Например, такими, как Меда Паткар из штата Гуджарат – защитница
прав жителей, переселенных из-за строительства дамб на реке
Нармада, или профессор Наджундасмами из штата Карнатака – лидер
движения индийских крестьян против засилья западных монополий,
патентующих индийские семена, выведенные в результате многовековой
селекции, как свои собственные изобретения. Российской
общественности наверняка было бы интересно поближе познакомиться с
индийским опытом обеспечения мирного сосуществования различных
религий, организации общественных движений и местного
самоуправления.

О контактах в религиозной сфере говорить не
приходится, учитывая настороженное отношение российских религиозных
деятелей и политиков к разного рода сектантам. Это в первую очередь
связано с элементарной неосведомленностью наших властей о восточных
конфессиях, приведшей, в частности, к тому, что в число
экстремистских организаций записывается даже Общество сознания
Кришны, вероучение которого основано на идеях, выдвинутых еще в XVI
веке.

В отличие от западных религий различные направления
индуизма и буддизма не предполагают ведения целенаправленной
прозелитской деятельности. К сожалению, репутация восточных
духовных учений в России подорвана деятельностью доморощенных
псевдоучителей тантрических практик и таинств, которые не имеют
ничего общего с современным индуизмом или буддизмом.

В-третьих, российская пресса уделяет
основное внимание не политической и общественной жизни Индии, а
природным либо техногенным катастрофам, время от времени
случающимся здесь. Пока российские СМИ представлены в Индии всего
лишь одним агентством РИА «Новости».

Индийские журналисты практически не освещают ситуацию
в России, и, в частности, перемены, которые произошли в годы
президентства Владимира Путина. Лишь одна общеиндийская газета The
Hindu, выходящая в городе Ченнаи (штат Тамилнаду), имеет
корреспондента в России. Если в книжных магазинах Дели и можно
найти книги о России, то это несколько тенденциозных работ западных
авторов. Иными словами, Индия и Россия стали смотреть друг на друга
через призму западных средств массовой информации и
исследований.

В этой связи российским государственным СМИ
целесообразно было бы рассмотреть вопрос об открытии корпунктов в
Индии. Рост потоков информации обусловит адекватное восприятие этой
страны россиянами и послужит делу взаимопонимания между обеими
странами.

В-четвертых, безвизовый режим должен
стать реальностью для большинства путешественников, включая
бизнесменов и студентов. Пока стороны договорились о безвизовом
режиме только для лиц с дипломатическими паспортами, то есть для
самих себя.

Судя по всему, вопрос зашел в тупик из-за проблемы
реадмиссии – обязательства принять назад нелегальных эмигрантов и
оплатить их обратный проезд. Индия могла бы согласиться на
реадмиссию своих граждан. Опасения, что она будет ответственной за
репатриацию граждан соседних стран, с которыми у нее безвизовый
режим, на мой взгляд, неоправданны, поскольку приобретение
авиабилетов и пересечение российской границы возможно только по
паспортам. Можно было бы одновременно упростить чрезвычайно
усложненный порядок выдачи индийским гражданам российских виз и
принять меры по улучшению обслуживания индийских путешественников в
российских консульствах и аэропортах (индийская пресса часто
сообщает о проблемах, с которыми те сталкиваются в России).

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ РОССИЯ–ИНДИЯ

Состояние экономических отношений между Индией и
Россией нельзя назвать удовлетворительным. Уровень товарооборота
между обеими странами резко упал до 2,2 млрд долларов в год (2004).
Чем же обусловлена эта тревожная тенденция?

Во-первых, негативную роль сыграли
исчезновение централизованной политики взаимных закупок товаров,
разрыв связей между банковскими сферами обеих стран и затянувшийся
процесс урегулирования вопроса долга Индии Советскому Союзу
(согласно договоренности, достигнутой в феврале 2006-го, индийский
рупийный долг СССР, составляющий от 1 до 2 млрд долларов, будет
конвертирован в инвестиции. – Ред.).

Во-вторых, Россию и Индию связывают
не так много экономически выгодных транспортных коридоров. Основная
торговля идет транзитом через европейские страны, куда грузы
доставляются по морю через Суэцкий канал. Сейчас в связи с
налаживанием контактов между Дели и Пекином, открытием дороги через
перевал Нату Ла (штат Сикким) и строительством железной дороги
Голмуд–Лхаса появилась надежда использовать китайско-тибетский
коридор в Индию. Китайские товары уже наводнили Восточную Индию, за
ними могли бы проникнуть и наши.

Реализация программы развития Дальневосточного
региона, возможно, позволит использовать морские перевозки между
Владивостоком и индийскими портами (иная проблема, что кроме
углеводородов с сахалинских месторождений пока нечего возить).
Другой коридор – через Иран и Каспийское море (Северно-южный
транспортный коридор) – пока еще не выгоден для транспортировки
даже крупногабаритных товаров из-за неразумных цен, установленных
российскими монополиями, и индийцы надеются на открытие сухопутного
«шелкового пути» через Афганистан и Центральную Азию. Прямые
авиаперевозки между российскими регионами, в частности сибирскими и
уральскими, и индийскими городами могли бы решить проблему торговли
мелкими и легкими товарами, такими, например, как чай и изделия из
шелка.

Проблемы российско-индийских экономических
взаимоотношений коренятся и в элементарной нехватке знаний об
экономических потребностях и возможностях обеих стран, а также в
бюрократических препонах, установленных и с той, и с другой
стороны. Российское посольство ведет активную работу на этих
направлениях, но особого прогресса пока не достигнуто. Стороны
планируют к 2010 году вывести ежегодный товарооборот на уровень 10
млрд долларов, однако трудно прогнозировать, удастся ли им взять
эту планку.

Москве необходимо переходить от деклараций к
конкретным мерам – только такая тактика позволит увеличить
товарооборот между обеими странами и обеспечить России в будущем
одно из первых мест в списке внешнеполитических приоритетов
Индии.

Военно-техническое сотрудничество.
Торговля вооружениями между Россией и Индией имеет длительную
историю. За минувшие годы Индия приобрела оружие российского и
советского производства на сумму 30 млрд долларов.

Пришедшее к власти в Индии в 1998 году консервативное
правительство НДА взяло курс на перевооружение индийской армии,
продолженный кабинетом ОПА в 2004-м. В ближайшее десятилетие Дели
намерен истратить на эти цели 30 млрд долларов.

Индия видит свои приоритеты в импорте технологий, а
не техники, а также в научно-техническом сотрудничестве и в
совместной разработке новейших образцов вооружений. Россия и Индия
нашли в этом вопросе общий язык по геополитическим причинам (страны
не имеют общей границы, зато обе являются соседями Китая). Москва
получила гарантии индийской стороны о защите российской
интеллектуальной собственности. В 2003 году Индия арендовала четыре
ядерных бомбардировщика Ту-22М3, две атомные подводные лодки и
ввела в строй сверхзвуковые ракеты морского базирования BrahMos,
разработанные совместно с россиянами. В 2004-м индийцы приобрели
авианосец «Адмирал Горшков», который переименовали в INS
Vikamaditya, а также и целый флот истребителей МиГ-29 и
противолодочных вертолетов «Камов-31».

Россия надеется, что МиГ-35 выиграет тендер на
поставку Индии 126 многофункциональных истребителей. На заводе
Hindustan Aeronautics в Насике (штат Махараштра) уже началось
лицензионное производство двигателей РД-33 для истребителей МиГ-29,
что увеличивает шансы России получить этот крупный (на 2 млрд
долларов) заказ.

Энергетика. Индия потребляет почти 3
млн баррелей нефти в день и удовлетворяет свои потребности в
основном за счет экспорта энергоносителей из стран Персидского
залива (73 % от общего потребления нефти в 2004 году). Бурно
развивающаяся экономика требует поиска долгосрочных источников
энергии. Пока самым заметным событием было приобретение индийской
государственной компанией ONGC 20-процентной доли в проекте
«Сахалин-1» в 2001-м за 1,5 млрд долларов. Эта компания, создавшая
совместное с «Роснефтью» предприятие, планирует истратить до 5 млрд
долларов в различных проектах в России. Речь идет о самых крупных
инвестициях Индии за рубежом.

В прошлом году «Росатом» поставил 60 тонн ядерного
топлива для АЭС в Тарапуре, а в ходе январского визита в Индию
(2007) президента Путина Россия получила контракт на строительство
еще четырех энергоблоков АЭС в Куданкуламе (штат Тамилнаду). Стоит
отметить намерение концерна Reliance Industries, который
возглавляет Мукеш Амбани, построить нефтехимический завод в России,
а также интерес «Газпрома» к участию в строительстве газопровода из
Ирана в Индию через Пакистан.

Сотрудничество в области ядерной энергетики
осложняется тем, что Индия пока не урегулировала вопросы с Группой
поставщиков ядерных технологий (эта организация, в которую входят
45 государств, запрещает поставки ядерных технологий и топлива
странам, не подписавшим Договор о нераспространении ядерного
оружия, к которым относится и Индия. – Ред.) и не завершила
переговоры с МАГАТЭ о проверках ядерных объектов мирного
назначения.

Налицо также потенциал развития других направлений
экономического сотрудничества России и Индии. Индийцы обладают
давними традициями и авторитетом на международном ювелирном рынке –
например, в части огранки мелких бриллиантов. По данным на 2004
год, 9,25 % и 8,85 % индийского импорта составляют драгоценные,
полудрагоценные камни, золото и серебро. «Алроса» в связи с
истечением срока контракта с De Beers уже начала переговоры с
индийцами, другие гранильные и добывающие предприятия пока плетутся
в хвосте.

Индия экспортирует большое количество
фармацевтических и парфюмерных товаров (8,85 % от общего экспорта в
2004-м), а также текстиль (18,86 % от экспорта страны в том же
году). Число российских туристов в Индии растет из года в год (с 4
200 человек в 2002 году до 35 200 в 2005-м году).

Содержание номера
Ошибочная альтернатива в подходе к Пакистану
Даниел Марки
Сдерживание
России: назад в будущее?
Сергей Лавров
Новая эпоха противостояния
Сергей Караганов
Палестинский узел: ни развязать, ни разрубить
Георгий Мирский
Азербайджан: «без друзей и без врагов»
Сергей Маркедонов
Мнимое противоречие: территориальная целостность или право на самоопределение?
Тигран Торосян
Американская ПРО и альтернатива Путина
Филип Койл
Открытый код и национальная безопасность
Павел Житнюк, Виталий Кузьмичёв, Леонид Сомс
«Газовая ОПЕК» или другие формы взаимодействия?
Владимир Ревенков, Владимир Фейгин
Пакистанская рулетка
Владимир Овчинский
Мораль и конфронтация
Фёдор Лукьянов
Преодолевая стереотипы
Андрей Давыдов
Индийский марш
Сергей Лунёв
Николя Саркози: прагматизм и преемственность
Юрий Рубинский
Гордон Браун: моралист у власти
Александр Терентьев
«Не стесняться имперского прошлого»
Эмманюэль Тодд
Возвращение великих авторитарных держав
Азар Гат
Россия и Запад: наши разногласия
Константин Косачёв
Россия как «другая Европа»
Иван Крастев
Свобода от морали. Что ценит современная Россия?
Светлана Бабаева