Очередной поворот российско-американских отношений шокировал Киев, возмутил Европу, вызвал недовольство немалой части политиков в США, а многих в мире озадачил.
Внезапное решение администрации Дональда Трампа приостановить санкции на поставки российского дизельного топлива противоречит недавним шагам – принятию жёсткого санкционного закона и намерению через него давить на Москву. Некоторые списывают происходящее на самодурство американского президента, другие усматривают зачатки новой политики, третьи делают выводы относительно изменения подхода к украинскому сюжету.
Чтобы попробовать восстановить логику, надо очистить картину от наслоений, прежде всего особенностей публичного поведения хозяина Белого дома. Его экстравагантность на грани адекватности, как правило, – внешняя оболочка чёткого целеполагания. Его правильность или ошибочность всегда под вопросом.
Трамп, вероятно, понимает, что кардинально изменить экономическую, в частности, ценовую ситуацию к выборам не получится, но сейчас речь о психологическом эффекте.
Россия – не первая страна, которую американские власти просят расширить поставки топлива на мировой рынок. И чем больше будет договорённостей об этом, тем громче зазвучат фанфары, как неустанно Белый дом радеет о кошельке простого американца. Последний, соответственно, должен забыть, что радеть приходится во многом из-за того, что сам Трамп учинил в Персидском заливе.
Насколько трюк сработает, увидим совсем скоро. Но действие осознанное и рациональное. То, что это противоречит каким-то прежним установкам и заявлениям, Трампа нисколько не волнует. Он привык исходить из того, что слова имеют ценность только в момент их произнесения, потом уже нет.
Что это значит для России, помимо приятной возможности пополнить бюджет? Коллеги из проекта «Ватфор» отметили важное: впервые за время конфликта американский глава предпринял в отношении Москвы действие, логика которого не учитывает украинский фактор. До сих пор он всегда присутствовал во всём, что касалось России, сейчас его не просто не приняли во внимание, договорённость идёт с ним вразрез, если учесть тяжелое положение Киева. Отсюда и обида украинского начальства: так нечестно.
Причин небрежения, вероятно, несколько. Основное – нежелание Зеленского пойти навстречу пожеланиям Вашингтона прекратить удары по российской энергетической инфраструктуре. Для Украины это сейчас основной метод войны, и призывы из США там игнорируют. То, что Трамп зациклился именно на российском сырье, которое при всей важности едва ли фундаментально преобразит мировую конъюнктуру, – его специфика. Но Зеленский оказался крайним за рост цен на американских заправках, а разубедить Трампа в чём-то, что он думает, нереально. И желание Киева проигнорировано.
Дальше – самое главное. Чтобы прекратить или свести к минимуму украинские удары по российским целям, американцам надо прекратить передачу разведданных, по сути – целеуказания. Полтора года назад Трамп такое в воспитательных целях однажды провернул – на пару дней. Принять более долгосрочное решение на этот счёт – значит по-настоящему изменить подход Вашингтона к войне, фактически дистанцироваться от партнёра. Насколько Трамп способен, вопрос.
Если нет, тема сойдёт на нет сама собой. Тем более что после выборов важность пропаганды достижений президента на время уменьшится. Момент определяющий – снова тест на способность американского руководства направлять партнёров в нужную ему сторону. Если это произойдёт, приоткроется окно и для дальнейших разговоров об урегулировании.
Второй вывод, важный для России, – действия Вашингтона показывают модель, по которой предстоит строить отношения после завершения нынешней военной фазы конфликта. Отмены сонмища санкций, введённых против Москвы, не случится. Это очень сложно и процедурно, и политически. Все они останутся, но задействовать их или приостанавливать действие – это будет решаться по обстоятельствам. Если какие-то меры противоречат американскому интересу, подвесим их, временно заморозив. Интерес пропал – размораживаем обратно.
Американцев отличают больший по сравнению с европейцами прагматизм и готовность, провозглашая лозунги, легко отойти от них при необходимости. И возвратиться, когда необходимость исчерпана.
Противостояние вокруг Украины находится в фазе, когда исход, каким бы он ни был, определит гораздо больше, чем будущее именно этого сюжета. Геометрия политических отношений будущего, как минимум в плоскости Россия – неоднородный Запад, начинает обретать контуры. Но остаётся постоянно меняющейся.
Российская газета
Автор: Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике».
