27.12.2009
Сдерживание, кризис и идентичность
№6 2009 Ноябрь/Декабрь
Фёдор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Контакты

Тел. +7 (495) 980-7353
[email protected]

© «Россия в глобальной политике». № 6, Ноябрь
— Декабрь 2009

Возвращение в
мировую политику темы ядерного разоружения стало одним из
примечательных событий 2009 года. Барак Обама реанимировал идею
безъядерного мира, о которой на столь высоком уровне не вспоминали
около 20 лет. Переговорщики из России и США в поте лица трудились
над новым договором, призванным заменить СНВ-1, дабы
продемонстрировать действенность «перезагрузки». Все это
происходило на фоне роста напряженности вокруг Ирана, от позиции
которого, как полагают, зависит дальнейшая судьба Договора о
нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Кстати, президент Обама
видит в российско-американской договоренности о сокращении
стратегических наступательных вооружений необходимое условие для
сохранения и укрепления ДНЯО: две ядерные сверхдержавы обязаны
показать пример самоограничения.

Приверженцы антиядерного движения, как правило, искренне радеют
о всеобщем благе, но их пафос не у всех вызывает энтузиазм. Идея
отказа от ядерного оружия, выдвинутая Обамой с подачи ряда видных
американских политиков, не просто утопична, но и вредна, полагает
Амитай Этциони, поскольку отвлекает от насущных проблем в этой
сфере. К числу последних автор относит безопасность ядерных
материалов и урегулирование отношений с «безответственными»
режимами. Кейр Либер и Дэрел Пресс призывают крайне осторожно
сокращать американский ядерный потенциал. По их мнению, пойдя
слишком далеко по этому пути, Соединенные Штаты утратят способность
«устрашать» потенциальных врагов, что необходимо для эффективного
сдерживания.

Алексей Фененко подробно анализирует, как трансформировалось
понятие «сдерживание», которое всегда служило основой
взаимоотношений Москвы и Вашингтона в стратегической сфере. Автор
считает, что и в нынешних условиях, значительно отличающихся от
ситуации холодной войны, задача остается прежней – «разработка
стабилизирующих правил поведения на случай несанкционированного
военного столкновения или конфликта с третьими странами».

Дискуссия о стратегических ядерных силах неотделима от
обсуждения состояния и перспектив обычных вооружений. Именно от них
зависит, сколь критически важен ядерный компонент для обеспечения
национальной безопасности. Эндрю Крепиневич пишет, что, несмотря на
огромное военное преимущество над другими странами, США начинают
утрачивать потенциал доминирования. Эксперт призывает Соединенные
Штаты заняться совершенствованием технической базы, одновременно
умерив внешнеполитические амбиции. С ним спорят видные
представители американского военного истеблишмента Томас Доннели и
Филип Дюр.

Виталий Шлыков разбирает стремительную и не имеющую аналогов в
отечественной практике трансформацию, которая в течение года была
осуществлена в Вооруженных силах России. В его статье утверждается,
что на смену советской военной организации, не соответствующей
задачам XXI века, пришла современная армия, которая не уступает по
своей структуре передовым иностранным образцам. Правда, автор
признает, что «боеготовность, то есть степень укомплектованности
армии по штатам военного времени, нельзя путать с ее боевыми
возможностями», которые по-прежнему оставляют желать лучшего.

Военно-политическая обстановка в мире не в последнюю очередь
определяется глобальной экономической ситуацией, которую, как снова
выяснилось, очень трудно предсказать. Бессилие экономической науки
Максим Щербаков объясняет тем, что к качественно изменившейся
ситуации специалисты пытаются применить старые инструменты анализа,
предпочитают «привычные аксиомы» очевидной реальности. Фёдор
Шелов-Коведяев идет еще дальше, заявляя о банкротстве
экономоцентричного подхода, доминировавшего на протяжении двух
столетий. Потрясения последних лет доказывают культурную природу
глобального кризиса, уверен автор.

Влад Иваненко полагает, что масштаб и продолжительность
экономических проблем еще не осознаны в полной мере и это особенно
опасно для стран, ориентированных на экспортную модель развития, к
которым относится и Россия. Такой вывод подтверждает Эдвард Морзе.
На его взгляд, нет оснований ожидать скорого роста цен на нефть,
период «рынка производителя» закончился и потребители снова
получают возможность диктовать условия.

Примечательно замечание автора о том, что, как и в былые
времена, особую важность приобретают отношения США с Саудовской
Аравией, как страной, способной управлять мировой нефтяной
конъюнктурой. В Москве это наверняка вызовет неприятные
воспоминания о событиях середины 1980-х г., когда согласованное
Вашингтоном и Эр-Риядом резкое снижение цен на нефть низвергло
советскую экономику в глубокий спад. Согласно широко
распространенному мнению, это и привело к краху СССР спустя всего
несколько лет.

Тему посткоммунистического двадцатилетия, начатую в прошлом
номере, продолжает Святослав Каспэ. Он размышляет о ценностной
составляющей трансформации. Автор приходит к выводу о том, что
отсутствие самостоятельной системы ценностей в современной России
снова и снова возвращает ее к советской ментальности, которая не
способна стать основой для национального строительства. Об иных, но
не менее острых проблемах формирования украинской идентичности
пишет Виктор Мироненко. На его взгляд, проект создания
универсального «украинца» на основе культурных представлений,
которые разделяет лишь часть населения страны, чреват потенциальным
размежеванием региональных элит, что поставит под вопрос
устойчивость Украины как государства.