12.07.2022
Движение санкционного неприсоединения: Сербия и Турция
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Дамир Исламов

Аспирант Института международных отношений Казанского федерального университета.

Школа авторов «Учи учёного» – 6

Сербия и Турция имеют официальный статус кандидата на вступление в Евросоюз. Оба государства не стали присоединяться к санкционному режиму против России с целью сохранения баланса в отношениях как с Москвой, так и с Западом. В то же время они демонстрируют совершенно разные модели противодействия западному давлению. Если Белград надеется отсидеться и переждать политическую бурю, то Анкара, наоборот, рассчитывает получить максимальные для себя выгоды.

 

Сербия между брюссельским молотом и санкционной наковальней

С самого начала специальной военной операции (СВО) Сербия находится под давлением молота Евросоюза, который пытается припечатать её к санкционной наковальне. Сербская политика последних лет, в эпоху правления Александра Вучича, направлена на выстраивание системы балансирования между Россией и ЕС. С одной стороны, провозглашается неизменность проевропейского пути и вступления в Евросоюз, а с другой – поддержка дружественных отношений с РФ.

Ещё 25 февраля 2022 г. после заседания Совета национальной безопасности президент Сербии отметил, что Россия была «единственной страной, не вводившей санкций против нас в 1990-е годы». Более принципиально высказался министр внутренних дел Александр Вулин. По его мнению, страны, которые бомбили Сербию, не имеют морального права просить Белград следовать их линии и вводить санкции против Москвы. 

Казалось бы, всё просто. Будучи страной-кандидатом на вступление в ЕС, приняв условия санкций, Сербия «жила бы в десять раз лучше». Но Вучич и правящая Сербская прогрессивная партия (SNS), несмотря на путешествие из Брюсселя в Белград Шарля Мишеля в мае 2022 г. и призывы иных представителей брюссельской бюрократии, продолжают политику санкционного неприсоединения. Мы не будем говорить о глубоких историко-культурных связях между Сербией и РФ, предопределившую подобную позицию сербских властей, это очевидно. Попробуем выделить несколько прагматических причин.

Во-первых, третьеапрельские досрочные президентские, парламентские и муниципальные выборы. Брюссель упрекал Вучича в отсутствии политического плюрализма и широкого представительства оппозиции. Ради удовлетворения желаний ЕС президент Сербии пошёл на проведение выборов раньше запланированного срока, предполагая свою победу и успех SNS

Тактика политика-центриста в Сербии предполагает игру за интересы прозападного, националистически настроенного и русофильского электората. Для первых важным является необходимость движения в ЕС, для вторых – идеи «Сербского мира», для третьих – тесные отношения с Россией. Не складывай яйца в одну корзину – можно назвать политическим девизом Вучича. Исходя из этого, отсутствие санкций против Москвы – это электоральные очки в рейтинг Вучича и его партии, что привело к его переизбранию в первом туре и получению большинства мест в парламенте.

Во-вторых, поставки газа. Зависимость Сербии от российского газа составляет почти 90 процентов, а с января 2021 г. начались поставки газа на сербский рынок по «Турецкому потоку». Более того, компании «Газпром нефть» и «Газпром» совокупно владеют 56,15 процента долей в сербской NIS («Нефтяная индустрия Сербии»). При этом Сербия имела одну из наиболее низких цен на газ в Европе – 270 долларов за 1000 м3 газа по контракту, продлённому до 31 мая 2022 года. Помимо этого, после телефонного разговора с Владимиром Путиным 29 мая 2022 г. Вучич заверил всех, что новый контракт подарит Сербии очень выгодную цену на газ. 

В-третьих, признание со стороны России территориальной целостности Сербии в вопросе Косово. Ещё в 2015 г. при активной деятельности РФ и Сербии частично признанному Косово не хватило голосов для членства в ЮНЕСКО. К тому же Россия наложила вето на британский проект резолюции СБ ООН о событиях в Сребренице 1995 года. Можно отметить, что без российской поддержки Сербия оказывается один на один с Брюсселем и Вашингтоном, де-факто требующих признания независимости Косово для вступления в ЕС.

А давление на сербскую сторону только усиливается. В частности, своё балканское турне в июне 2022 г. канцлер ФРГ Олаф Шольц символично начал именно с Косово. Находясь в Приштине, он заявил, что «немыслимо, когда две страны (Сербия и Косово), которые не признают друг друга, стали бы членами ЕС». Следовательно, канцлер Германии решил ударить по наиболее уязвимым местам для Сербии, чтобы сподвигнуть её руководство, наконец, солидаризироваться с Евросоюзом по вопросу санкционного давления на Россию. Если ранее лозунги о необходимости «признания Косово» были завуалированы дипломатическими фразами о важности переговорного процесса между Сербией и Косово, то теперь требования о признании в устах Шольца стали политически явными.

 

Постучись в мою дверь: санкции на пороге Турции

Название одного из популярных в РФ турецких сериалов как нельзя лучше описывает ситуацию, сложившуюся между Турцией и условным западным миром. Западные лидеры пытаются уговорить Турцию присоединиться к санкционному движению против Москвы, но пока вынуждены стоять на крыльце и постоянно стучаться в турецкую дверь, которая заперта.

С первого дня начала СВО президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о нежелании выбирать между Россией и Украиной. А министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу отметил, что Турция – страна, которая может наладить диалог, чтобы «положить конец войне». За этими декларативными высказываниями скрывается стремление турецких властей решить тактические задачи и выстроить свою позицию по стратегическим вызовам.

Естественный медиатор Турция
Фёдор Лукьянов
Хотите понять, как устроена мировая политика в новую эпоху? Тогда на юг, на противоположный берег Чёрного моря. Способность президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана извлекать геополитические дивиденды из всего происходящего давно производит сильное впечатление.
Подробнее

 

Выборы как головная боль для Эрдогана

В следующем году в Турции пройдут президентские и парламентские выборы. Эрдоган и Партия справедливости и развития (AKP) не желают уступать свои позиции, особенно на фоне празднования столетия Турецкой Республики в 2023 году. При этом состояние турецкой экономики оставляет желать лучшего: повышение безработицы, двузначный уровень инфляции в годовом выражении, стремящийся к трёхзначным показателям, продолжение девальвации турецкой лиры. По этой причине введение санкций против России может лишь ускорить ухудшение экономического развития страны и ударить по ключевым отраслям экономики. Под удар попадут поставки газа, сельское хозяйство, туризм. Например, в 2021 г. более 4 млн туристов из РФ посетили Турцию, что составляет почти 20 процентов от общего количества. Не так давно было объявлено о создании специальной чартерной компании Southwind для российских туристов, несколько турецких банков готовы принимать карту платёжной системы «Мир». Всё это подтверждает желание турецких властей действовать по принципу business as usual, но с учётом санкционной реальности.

 

Турция как энергетический и дипломатический хаб

События СВО открыли перед Турцией возможности по повышению значимости своего транзитного потенциала. Во-первых, Россия и Турция тесно переплетены газовыми проектами, в особенности «Турецким потоком». Наша страна покрывает 45 процентов потребностей Турции в природном газе. Это в три раза больше, чем от любого другого поставщика. К тому же через «Турецкий поток» идут поставки газа в страны Юго-Восточной Европы.

Не стоит забывать и о запуске Южного газотранспортного коридора через Азербайджан, Грузию, Турцию до стран Южной Европы. В контексте «освобождения» Евросоюза от российской газовой зависимости Брюсселю и здесь приходится договариваться с Эрдоганом.

Во-вторых, дипломатический хаб. Частые контакты Эрдогана и других турецких официальных лиц с представителями ЕС, США, России, Украины позволяют Турции быть посредником во взаимоотношениях между ними. Брюссель, несмотря на натянутые отношения, вынужден вести переговоры с Эрдоганом, так как это один из немногих политиков, которого готовы выслушать одновременно и Путин, и Зеленский. Даже решение проблемы по вывозу более 20 млн тонн зерна из Украины и созданию коридоров для экспорта сельскохозяйственной продукции не обходится без участия Турции. Попытки турецких властей в условиях турбулентности расширить свои транзитные возможности обретают более чёткие очертания.

В-третьих, для воплощения стратегических замыслов Турция стремится застолбить за собой статус значимой региональной державы, особенно после событий 24 февраля. Поэтому турецкие власти готовы продолжать диалог с Россией в отношении Сирии и Ирака, частично Южного Кавказа и Центральной Азии. Вероятно, наиболее уязвимым местом можно считать Нагорный Карабах. Потенциальный конфликт на этой территории невыгоден не только России, но и Турции. В таком случае идея о «всепоглощающем хабе» может быть похоронена.

 

***

Таким образом, Сербия и Турция демонстрируют две разные модели по уходу от санкционного нажима. В Белграде делается ставка на режим ожидания в надежде на скорое завершение СВО. Однако стоит учитывать, что доля Евросоюза во внешнеторговом обороте Сербии составляет более 60 процентов, а в сфере инвестиций – почти 70 процентов. Поэтому действенных рычагов воздействия у Сербии нет. Можно предположить, что чем дольше будет длиться СВО, тем меньше Сербия сможет сопротивляться и находиться вне санкционного блока.

Турцией апробируется проактивная модель. Анкара стремится выжать максимум из сложившейся ситуации, пытаясь навязать свои дипломатические и энергетические услуги и стать мостом между Россией и Западом. Проблемой для Турции может стать отсутствие желания со стороны США и дальше терпеть её своенравную политику. Грядёт выборный 2023 г., а значит – у американцев появляется люфт для расшатывания политической стабильности внутри Турции.

Статья подготовлена в рамках проекта Школа авторов «Учи учёного». Курс 2021–2022 гг. был посвящён теме «Поступь прогресса и анализ международных процессов: как новые веяния влияют на глобальную политику». Подробнее о проекте читайте по ссылке.

Турция – на пределе «жёсткой» силы
Денис Миргород
Успех «жёсткой политики» Эрдогана будет означать полный закат кемалистской Турции и появление на Ближнем Востоке принципиально нового постпостколониального государства. А крах этой модели вернёт Турцию в русло «мягкой», взвешенной политики и закрепит за страной статус одного из региональных центров принятия решений, но не «первого среди равных».
Подробнее