Россия в глобальной политике

Трамп рассматривает НАТО как инструмент проецирования американской мощи и обеспечения доминирования США, тогда как для Европы НАТО – гарант собственной безопасности. Итоговое заявление саммита НАТО в Анкаре подчёркивает единство, но на более глубоком уровне НАТО претерпела фундаментальные изменения, и пути назад уже нет.

Те, кто не понимает, как изменилась война, и по-прежнему стремится к сокрушительным победам и достижению военной силой амбициозных политических целей, окажутся втянуты в затяжной конфликт, истощены и без хороших вариантов выхода.

За последние две недели Россия дважды послала сигнал западным оппонентам. Сначала успешные испытания самой мощной в мире ракеты-носителя «Сармат», потом ядерные учения России и Белоруссии. Сигналы такого рода – часть политики, основанной на сдерживании. Но насколько она работает в современных условиях, которые значительно отличаются от эпохи холодной войны?

Нехватка американского оружия не станет препятствием для боевых действий в Иране. Запасы не безграничны, но их достаточно, чтобы воевать столько, сколько захочет Трамп. Однако в долгосрочной перспективе эта война нанесёт ущерб военной мощи США, создав длительный период уязвимости, который американцам будет трудно преодолеть.

Ни у России, ни у США нет стимулов развязывать гонку вооружений. Это дорого, а ведь у обеих стран есть очевидные ограничители, связанные с необходимостью вложений в другие сферы. Есть ограничения и по военно-промышленной части, поэтому и у США, и у России есть причины прийти к какому-то соглашению. Что-то в итоге возникнет. Но совсем не такое, как сейчас.

Природные инстинкты у Трампа очень жестокие и бесцеремонные. Пока их сдерживает американская система, но, будь Трамп римским императором в I–II веках нашей эры, он не стеснялся бы заливать улицы кровью, культивировать массовое поклонение и назначать лошадей министрами. Будем надеяться, что американская система достаточно эффективна, чтобы такого не допустить.

Гарантии безопасности, которые напоминали бы обязательства в соответствии с пятой статьёй Устава НАТО, исключены. США и другие союзники своими действиями уже ясно продемонстрировали, что не будут размещать свои силы для защиты Украины. И если за четыре года такой подход не изменился, нет оснований полагать, что он станет другим впредь.

Военная мощь – специализированный инструмент, который лучше использовать экономно и с осторожностью. В процессе милитаризации государств дипломатия становится всё более, а не менее важной.

Хегсет объявил, что время министерства обороны, когда ведомство было сосредоточено на обороне, и её понимали очень расширенно – и бесконечные кампании, и государственное строительство в других странах, и продвижение демократии – закончилось. Новое военное министерство не будет этого делать. Оно станет заботиться только о том, чтобы побеждать в военном противостоянии. Посмотрим, что получится.