Россия в глобальной политике

В США Трамп и Ко – вероятно, максимум «понимания», которого можно ожидать, более «понимающих» сил там нет и не будет. «Дух» переговоров ведущих стран воплощается в конкретные результаты, когда на кону вопросы, способные определить характер мироздания. Такого восприятия сейчас нет, «дух Анкориджа» приобретает оттенок сарказма. И хотя риски растут, эскалация считается допустимой.

Дихотомия «добро – зло» понятна и морально привлекательна, но в большинстве случаев не имеет отношения к реальному международному процессу. И попытки «Большой семёрки» вовлечь в свою орбиту Индию, Бразилию и других именно на такой основе результативными не будут.

Поскольку страны «Большой семёрки» стремятся дестабилизировать ситуацию, саммит «Большой двадцатки» вполне может свестись к фотосессии в Дели после аналогичной фотосессии на Бали.

Неделю назад казалось, что тема восстановления "большой восьмерки", всколыхнувшаяся в связи с переговорами президента Владимира Путина во Франции и высказыванием Дональда Трампа, станет однократным информационным поводом. Свое мнение автор этих строк тогда высказал: "восьмерка" - явление минувшей эпохи, смысла к ней возвращаться нет.

Во Франции ждут "Группу семи", и вдруг возродилась, казалось бы, закрытая уже тема "восьмерки". Судя по галантному общению президентов Франции и России в летней резиденции Макрона, Париж решил взять на себя роль флагмана в окончательной нормализации отношений с Москвой.

Белый дом отчаянно сражается на всех фронтах: внутреннем – против многочисленных оппонентов, внешнем – против союзников, партнеров, противников, но продолжает свой «рейс 93». Свое место в истории Трамп видит так: он – лидер, не позволивший свершиться чудовищному злодейству (глобальному торжеству леволиберального Левиафана).

Подавляющее большинство тех, кто наблюдает за внешней политикой (за исключением самой зрелой категории 80+), привыкли к наличию неизменной точки отсчета - единого политического Запада.

Многополюсный мир не должен быть миром антиамериканским (равно как антикитайским, антироссийским и анти- любым другим). В противном случае он станет прелюдией к большой войне, по сравнению с которой конфликты XX века покажутся играми расшалившихся детей.

Сможет ли Россия достичь своих внешнеполитических целей и в каком объеме, зависит прежде всего от успеха или провала перезапуска экономики страны. И в ближайшие пять лет мы получим ответ на этот вопрос.