28.08.2019
Пусть решают без нас
Колонка редактора
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Фёдор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Контакты

Тел. +7 (495) 980-7353
[email protected]

Москве остро необходимо преодолеть дихотомию "Запад или Восток"

Однако ажиотаж захлестнул новостное пространство. На тему России высказались все руководители стран «Группы семи» кроме, кажется, премьера Японии Синдзо Абэ, российские официальные лица неоднократно ответили, комментаторы в подробностях обсудили. Дальше — хлеще. Выяснилось, что российский вопрос стал не только одним из основных на встрече в Биаррице, но и причиной ссоры Трампа с остальными. На итоговой пресс-конференции президент США публично заявил о желании пригласить на «семерку»-2020 Владимира Путина, хотя коллеги и возражают.

Тема настолько навязчивая, что к ней придется вернуться. Чтобы правильно относиться к происходящему, важно понять, зачем такая шумиха вообще понадобилась.

Почему так упорствует Дональд Трамп? Во-первых, он вообще человек упрямый и напористый, любит продавливать свою точку зрения, даже если она непопулярна. В данном случае — это способ показать европейским партнерам, что будет все равно так, как захочет президент США. И чем дружнее возражения, тем охотнее он их игнорирует, твердя свое. Иными словами, вопрос иерархии внутри клуба. А еще и в собственно американской политике — если все так против Путина, я из принципа буду «за», и ничего вы мне не сделаете. Во-вторых, Трамп расходится с большинством партнеров из «семерки» по многим вопросам, причем концептуально, в том, как надо решать те или иные международные проблемы. В частности, Трамп ближе к силовой логике «реальной политики», чем все прочие члены этого собрания, и по ряду сюжетов легче нашел бы общий язык с Путиным, чем с Меркель или премьером Канады Трюдо.

От разговоров о ценностях Трампа явно мутит. То есть американскому лидеру не помешала бы поддержка. Получается, что интерес будировать эту тему у президента сугубо своекорыстный.

А что Европа, которая довольно дружно возражает (с Трампом согласен только итальянский премьер Конте, который непонятно, как долго останется в должности)? Зачем ей все это вообще так активно обсуждать?

Континентальные державы от противостояния с Россией устали, это заметно уже некоторое время. Евросоюзу нужна нормализация, когда можно приглушить политические разногласия ради более продуктивного экономического взаимодействия. Тема восстановления «восьмерки» представляется удобной.

С одной стороны, вроде статусно и должно быть заманчиво. С другой — в качестве условия выдвигается украинское урегулирование, то есть маячит надежда, что Россия при наличии такого стимула будет посговорчивее. А если создать впечатление прогресса по Украине, то и взаимодействие можно со спокойной душой расширить. К тому же, как ни парадоксально, европейцам Путин был бы полезен для того же, что и Трампу, — расширить пространство для маневра и укрепить свои позиции в сложном перетягивании каната, прежде всего с американским президентом. Россия по некоторым темам ближе к ЕС, чем к США.

Наконец, и по одну, и по другую сторону Атлантики озабочены растущим сотрудничеством России и Китая. Макрон открыто говорит о необходимости вернуть фокус России на Запад, остальные склоняются к тому же. Тогда не грех и поманить возвращением в сообщество, которое еще недавно считалось самым элитарным и влиятельным на планете.

Стоит отметить еще один момент. Дела в «семерке» идут не блестяще, третий подряд саммит заканчивается в атмосфере все более глубокого взаимного неудовольствия. О кризисе формата уже говорят открыто, раскол идет по многим линиям. Но окончательно его предъявлять миру никто пока не хочет. Тема России удобна, потому что канализирует противоречия в предсказуемое, охотно обсуждаемое, но, в общем, второстепенное для участников русло. И отвлекает внимание от тупиков по другим направлениям, куда более существенным для западного клуба.

Короче, можно перечислить немало рациональных причин, почему участникам «семерки» выгодно и интересно обсуждать Россию. А вот зачем это самой России?

Решение острых международных проблем? Но в этой конфигурации государств практически ни одна из них не решается, их либо уже слишком мало, либо слишком много. Способность сыграть на противоречиях внутри Запада и использовать их в своих интересах? Не надо обольщаться. Все случаи, когда Россия пыталась это делать, заканчивались тем, что ее саму использовали как карту во внутренней западной игре (самый наглядный пример — иракский кризис 2003 года и решение Москвы поддержать Париж и Берлин). Баланс в отношениях с Китаем? Серьезная и долгосрочная задача, совершенно реальная, однако восстановление «восьмерки» — путь неверный. России нужен не очередной противоход маятника, а устойчивое развитие в кооперации и с Пекином, и с другими столицами, в первую очередь азиатскими, а затем и европейскими. Москве остро необходимо преодолеть дихотомию «Запад или Восток» в пользу «и Запад, и Восток». Участники «семерки» же заинтересованы как раз вернуть Россию в традиционную парадигму. Что с их точки зрения вполне объяснимо, вот только нам это совершенно не нужно. Пусть решают свои проблемы сами.

Российская Газета