Новые пути и новая геоэкономика

25 ноября 2019

А.М. Орешенков – кандидат юридических наук, эксперт по международно-правовым проблемам Арктики.

Резюме: На рубеже веков начал стремительно расти товарооборот между Европой и Азией. Увеличение грузопотока потребовало от логистической индустрии изыскания новых возможностей по доставке грузов, в частности, снижения транспортных издержек, а от политиков – решения проблем, связанных с реализацией разрабатываемых планов.

На рубеже веков начал стремительно расти товарооборот между Европой и Азией. Увеличение грузопотока потребовало от логистической индустрии изыскания новых возможностей по доставке грузов, в частности, снижения транспортных издержек, а от политиков – решения проблем, связанных с реализацией разрабатываемых планов. Примерами служит создаваемая инфраструктура транспортного коридора Север-Юг и китайский проект «Один пояс – один путь».

В связи с повышением уровня транспортно-логистического обеспечения между странами, расположенными на разных концах евразийского континента, растет потенциал их торгового и интеграционного взаимодействия. Например, Китай в 2012 г. заключил в Варшаве соглашение с 16 странами Центральной и Восточной Европы, основанное на торговом и инвестиционном сотрудничестве. В результате реализации данного соглашения значительно вырос объем взаимной торговли: в 2010 г. он составлял 43,9 млрд долларов, в 2017 г. уже 67,98 млрд долларов. По данным Eurostat, в
2017 г. внешнеторговый оборот между Европой и Китаем составил 573 млрд евро (Европой и США – 631 млрд евро). В конце марта с.г. председатель КНР Си Цзиньпин совершил турне по ряду стран Европейского союза, в результате которого во Франции были подписаны контракты на 40 млрд евро, а в Италии – на 2,52 млрд евро.

В настоящее время грузы между Китаем, Индией, другими азиатскими странами и Европой перевозятся, главным образом, по морю. Бутылочными горлышками на этом пути являются Малаккский пролив и Суэцкий канал. Далее контейнеры из Китая вынуждены идти мимо Испании и Франции в основные морские грузовые ворота Европы Роттердам и Гамбург, так как большинство европейских портов технически не способны принимать огромные китайские контейнеровозы.

Но возможность сократить путь азиатских товаров на рынки европейских стран существует. В связи с заключением новых контрактов с Францией Пекин получит доступ не только к ее высокотехнологичной промышленности, но и к средиземноморским портам. Не были обойдены вниманием во время турне Си Цзиньпина и итальянские порты, использование которых позволит сократить издержки при поставке китайских товаров на рынки Евросоюза. К примеру, порт в Триесте, где действует особый таможенный режим, имеет прямое железнодорожное сообщение с другими странами Европы. Во время визита Си Цзиньпина достигнута договоренность об инвестировании средств в портовую инфраструктуру Триеста, Генуи и Палермо; предусматривается также двустороннее сотрудничество с участием «Государственных железных дорог Италии».

Начались подвижки и на северном направлении. В январе Китай официально объявил о планах использования Северного морского пути в качестве дополнения к сухопутному «Шелковому пути» для доставки грузов в Европу.

На Международном арктическом форуме, прошедшем в Санкт-Петербурге 9-10 апреля с.г., Минвостокразвития и «Росатом» представили свое видение обновленной экономической модели развития Севморпути. По словам замминистра Минвостокразвития Александра Крутикова, в ближайшие 10 лет СМП будет использоваться для вывоза российских углеводородов из Арктики. Это обеспечит развитие инфраструктуры, создание группировки ледоколов, круглогодичное использование СМП.

В свою очередь, круглогодичное использование Севморпути повысит его привлекательность для транзитного грузопотока. Идея авторов обновленной экономической модели заключается в создании регулярной контейнерной линии между Мурманском и Петропавловском-Камчатским. До этих портов грузы будут доставляться фидерными судами из портов Европы и Азии, там консолидироваться на контейнеровозах арктического класса, а после арктической транспортировки фидерные суда доставят грузы до конечных портов назначения. Новая экономическая модель Севморпути была представлена на Восточном экономическом форуме, прошедшем 4-6 сентября с.г. во Владивостоке, где на презентации присутствовали представители судоходных компаний Германии, Швеции, Норвегии, Финляндии, Японии, Южной Кореи и ОАЭ.

26-27 апреля с.г. в Пекине прошел форум «Один пояс – один путь». В день его открытия телеграмм-канал «Капитан Арктика» опубликовал сообщение о том, что ООО «Приморский универсально-перегрузочный комплекс» «начал выбор площадки под строительство порта перегрузки на Кольском полуострове в Мурманской области. Второй порт перегрузки компания собирается построить на Камчатке». Из сообщения следует, что речь идет о строительстве контейнерных терминалов. Проектировщики заявляют о будущей перевалке на линии (в перспективе 15-20 лет) 5 млн TEUs в год (примерно такой же объем контейнеров был обработан во всех российских портах в 2018 г.). В середине ноября с.г. заместитель министра Крутиков заявил, что доклад по проекту контейнерного оператора будет представлен в течение полугода, после чего будет приниматься решение о его создании.

7 мая 2018 г. президент России Владимир Путин подписал указ № 204, п.15«а» которого предписывает «правительству Российской Федерации на основе стратегии пространственного развития Российской Федерации разработать… и утвердить комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры, предусматривающий обеспечение в 2024 г. среди прочего развитие Северного морского пути и увеличения грузопотока по нему до 80 млн тонн».

Следует отметить, что Россия за счет Северного морского пути обеспечивает в первую очередь свои собственные транспортные потребности. На это, в частности, указывает стремительно возросший внутренний грузооборот СМП, который в 2016 г. составил 7,5 млн тонн, в 2017 г. – 9,7 млн тонн, а в 2018 г. достиг 20,18 млн тонн.

Дальнейший рост грузооборота планируется за счет поставок сжиженного природного газа с уже действующего завода «Ямал-СПГ» и с планируемого «Арктик СПГ-2». Свой вклад внесет и транспортировка жидких углеводородов, добываемых в Арктическом регионе НОВАТЭКом, Газпромнефтью и ЛУКОЙЛом – на долю всех этих проектов будет приходиться не менее 60 млн тонн. Большую долю оставшейся части могут составить уголь Таймыра, в частности, Сырадасайское месторождение и группа Лемберовских месторождений.

С добычей и вывозом угля с последнего возникли проблемы. Росприроднадзор выдвинул претензии к его владельцу – компании «ВостокУголь» в связи с самовольной (без проектной документации) добычей каменного угля. А Минприроды не согласовывало строительство порта Чайка, поскольку тот находится в охранной зоне участка «Бухта Медуза» государственного природного заповедника «Большой Арктический». По сообщению телеграмм-канала «Капитан Арктика» эти проблемы удалось урегулировать в июле с.г..

В 2018 г. подавляющий объем грузов пришелся на Ямальский полуостров, а транзит составил 491 тыс. тонн. Для сравнения: в 2013 г. объем транзитных грузов по Северному морскому пути составил 1,18 млн тонн, в 2014 г. – 274 тыс. тонн, а в 2015 г. упал до 39 тыс. тонн. Несколько лучшие результаты показал 2016 г. – 210 тыс. тонн, а 2017 г. – 194 тыс. тонн.

Таким образом, подавляющую часть грузопотока по Северному морскому пути формируют российские грузоотправители/получатели, а его основу составляют природные ресурсы, добываемые в российской Арктике. В настоящее время они являются главной и единственной причиной увеличения грузопотока по СМП. И объяснение этому – не только введение в эксплуатацию новых месторождений, но и то, что доставка потребителю добытых ресурсов не требует столь высокой временной логистической точности, как перевозка контейнерных грузов.

Контейнеровозы, перевозящие сельскохозяйственную и промышленную продукцию, должны строго соблюдать график транспортировки. А этому в высоких арктических широтах препятствует непредсказуемость ледовой обстановки и связанные с ней отклонения судов от намеченных курсов, что делает сроки доставки не прогнозируемыми. Кроме того, многие грузы не подлежат транспортировке при низких температурах.

Не способствуют популярности контейнерных перевозок по СМП и высокие страховые расходы, стоимость ледокольной проводки, малая скорость движения, строжайшие правила безопасности и экологические риски.

На большей части пути вдоль арктического побережья отсутствуют порты и населенные пункты. Сильные холода и оледенение создают угрозу работе палубных механизмов. Из-за высокой геомагнитной активности в полярных широтах отмечаются сбои в работе навигационных систем. Имеется нерешенная проблема с коммуникационной инфраструктурой – в полярных областях, расположенных выше 70-75° с.ш., не работают операторы спутниковой связи Inmarsat, Thuraya, GlobalStar. Зарубежных операторов волнует проблема: кто в случае необходимости сможет прийти на помощь, как выжить в экстремальных условиях при аварии на борту?

С учетом этих неблагоприятных условий, «российское государство, по мнению замминистра Минвостокразвития Александра Крутикова, как минимум, на ближайшие 20 лет должно взять на себя все риски, связанные с транзитом международных грузов по СМП. По-другому просто не получится, и опыт развития Суэцкого канала тому подтверждение». Госкорпорация «Росатом» во исполнение решений руководства страны завершила в середине ноября совместную с Минвостокразвития работу над планом развития инфраструктуры СМП и внесла его на рассмотрение в правительство.

В Токио также работают над вопросами безопасности плавания в северных водах и планируют создать собственную систему обеспечения навигации в Северном Ледовитом океане с прицелом на СМП. К концу 2020 г. японцы построят новый ледокол со специальными радарами для мониторинга водной поверхности и измерения толщины льда. На основе таких данных и информации со спутников будет вырабатываться наиболее оптимальный и безопасный маршрут для торговых судов. Решение о строительстве нового ледокола было принято после того, как Новатэк объявил о продаже консорциуму японских Mitsui & Co и Jogmec 10% доли в проекте строительства завода по сжижению природного газа «Арктик СПГ – 2».

В качестве очевидного экономического преимущества СМП по сравнению с Суэцким каналом при перевозке грузов из Европы в Азию большинство авторов называет экономию топлива, объясняемую более короткими расстояниями между портами отгрузки/назначения. Попутно следует отметить, что согласно статье 5.1 Кодекса торгового мореплавания РФ Северный морской путь простирается от Карских Ворот (пролива, соединяющего Баренцево и Карское моря) до мыса Дежнева в Беринговом проливе, а для перевозки транзитных грузов между западом и востоком Евразии используется Северо-Восточный проход, который включает в себя путь вдоль норвежского и российского арктических побережий. В СМИ зачастую ставится знак равенства между двумя этими понятиями.

Расстояния между портами, в частности, европейских и азиатских стран можно найти на сайтах https://sea-distances.org/, http://ru.toponavi.com/29772-653 и https://gotorn.ru/sp_rasstoyaniya_mezhdu_portami.html.

Роттердам – Йокогама – 7381 морских миль по СВП, 11180 М через Суэц

Роттердам – Шанхай – 8417 М по СВП, 10525 М через Суэц

Мурманск – Йокогама – 5781 М по СВП

Мурманск – Шанхай – 6817 М по СВП

Роттердам – Мурманск – 1627 М

Мурманск – Петропавловск-Камчатский – 4281 М по СВП

Петропавловск-Камчатский – Йокогама – приблизительно 1500 М

Петропавловск-Камчатский – Шанхай – приблизительно 2536 М

Очевидно, что, например, морской путь из Роттердама в Шанхай через Северо-Восточный проход на 20% короче маршрута через Суэцкий канал. В то же время авторы статьи «Разработка методов оценки проходных глубин на трассах северного морского пути в зависимости от подробности съемки рельефа дна» отмечают, что «протяженность трасс СМП колеблется от 2700 миль для околополюсных до 3500 миль для прибрежных трасс».

Тариф Северного морского пути 20-30 долларов за тонну (для сравнения, 5 долларов через Суэцкий канал) позволял получать прибыль при высокой цене на нефть до 2014 года. Когда же цены упали на 51%, даже сокращение сроков доставки на 10-15 суток и соответствующая экономия топлива перестали приносить экономическую выгоду. По словам Крутикова, сейчас перевозка грузов по Севморпути обходится на 36% дороже, чем их транспортировка через Суэцкий канал. Для того, чтобы СМП полноценно заработал, стоимость перевозок на нем должна быть ниже, чем при маршруте через Суэцкий канал (по крайней мере, на начальном этапе).

Подтверждением этому служит приведенная выше статистика транзита по СМП, а также сравнение стоимости грузоперевозок в статье «Создание Арктической контейнерной линии Москва – Мурманск – Петропавловск» вице-президента Международной академии транспорта Виталия Збаращенко.

Сегодня 75% грузопотока между Азией и Европой идет южным транспортным коридором через Суэцкий канал и Средиземное море в порты Северного и Балтийского морей. По Суэцкому каналу
в 2017 г. перевезено 1,041 млрд тонн грузов – примерно 10% всех мировых перевозок, а транзитом по СМП – 194 тыс. тонн. Полагать, что Северо-Восточный проход сможет конкурировать с Суэцким каналом в ближайшем будущем, по крайней мере, преждевременно. Пока что о Севморпути можно говорить не как об альтернативе, а как о потенциальном дополнении к традиционным путям доставки продукции на крупнейшие мировые рынки.

Западная часть Северо-Восточного прохода от устья Енисея до Мурманска (где заканчивается одно из ответвлений Гольфстрима) с более легкой ледовой обстановкой была освоена еще во времена СССР. Но восточная часть арктического маршрута, от Енисея до Берингова пролива, доступна для прохода лишь несколько месяцев в году – летом и в начале осени. Для обеспечения круглогодичной навигации необходимо строительство новых мощных атомных ледоколов типа Лидер (ледопроходимость 4,3 м, осадка 13,0 м), превосходящих по характеристикам вводимые в строй ледоколы серии Арктика (ледопроходимость 2,8 – 2,9 м, осадка (по КВЛ/минимальная рабочая) – 10,5/8,5 м), способные работать круглогодично только в западной части Арктики. Предусматривается, что создание первого судна серии Лидер будет начато уже в 2020 г..

В августе 2017 г. газовоз «Кристоф де Маржери» выполнил первый коммерческий рейс, доставив партию СПГ из Норвегии в Южную Корею. Рейс продолжительностью 19 суток (из них 6,5 в арктических водах) был совершен без ледокольного сопровождения за рекордно короткое время. «Кристоф де Маржери» – судно ледового класса Arc-7, предназначенное для работы на трассе СМП. Во время рейса ему пришлось преодолевать на отдельных участках ледовые поля толщиной 1,2 метра. Самостоятельное движение судов обычной конструкции в таких условиях технически невозможно. Реализация проекта как раз и предполагает создание флота контейнерных судов аналогичного ледового класса, а также фидерного флота на базе судов типа КонРо.

21 ноября с.г. российским СМИ стало известно о презентации, подготовленной «Росатомом» для ВТБ, Сбербанка, Газпромбанка и Промсвязьбанка. В ней госкорпорация заявляет о своем намерении стать одним из 15 крупнейших морских перевозчиков в мире за счет организации доставки грузов по СМП из Юго-Восточной Азии в Европу. На реализацию планов будет потрачено $6,97 млрд, из них $5,76 млрд будет вложено в строительство современных грузовых судов, остальное – в модернизацию портовой инфраструктуры, ремонт флота и плавдоки. Каким должен быть флот, в презентации не говорится, но для перевозки только контейнерных грузов понадобится свыше 55 контейнеровозов ледового класса.

Предварительные расчеты конструкции арктических контейнеровозов выполнялись еще в начале 80-х гг. по заказам Главфлота ММФ СССР в ЦНИИМФе. Один из вариантов: длина судна около 250 м, ширина – 34 м, осадка 10–11 м, мощность энергетической установки около 60 тыс. л. с., толщина самостоятельно преодолеваемого льда?– до 1,9 м, дедвейт около 40 тыс. т при вместимости 2000 TEU.

Указанная осадка контейнеровозов, а также ледоколов типа «Арктика» позволяет этим судам безопасно проходить наиболее мелкую часть СМП через пролив Санникова, разделяющий Новосибирские острова. (Глубина этого пролива сопоставима с глубинами Панамского канала (12 м) и датских проливов (11,9 метра) при глубине Суэцкого канала 20 метров). Небольшие глубины, как в этом районе, так и на ряде других участков восточной части СМП, объясняются тем, что ранее эта часть нынешнего Севморпути была сухопутным пространством, а Новосибирские острова еще 8000 лет назад составляли единое целое с Евразией, представляя собой массив суши, который распался вследствие размыва морем слагавших его мёрзлых пород.

С учетом небольших глубин в восточной части СМП Министерство транспорта России и госкорпорация «Росатом» обратились недавно к правительству с просьбой о выделении дополнительных средств на навигационно-гидрографическое обеспечение Севморпути. Речь идет о 800 млн рублей в дополнение к уже утвержденным 400 млн рублей.

Понятие акватории Северного морского пути, который в России рассматривается как исторически сложившаяся национальная транспортная артерия, зафиксировано в статье 5.1 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, согласно которой трасса СМП проходит через внутренние морские воды, территориальное море, прилежащую зону и исключительную экономическую зону России, то есть пространства, подпадающие под ее суверенитет или юрисдикцию.

Международно-правовой основой режима плаваний по СМП, устанавливаемого ст. 5.1 КТМ РФ, служат положения ст. 234 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Сейчас наиболее оспариваемым моментом плавания иностранных судов по трассе СМП является необходимость их прохода через ряд проливов, которые представляют собой внутренние морские воды России, в силу чего на них не распространяется право мирного прохода через территориальное море, зафиксированное в части II раздела 3 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.

Между тем, США настаивают на том, что на трассе СМП в российской ИЭЗ должна действовать свобода судоходства; к акваториям территориального моря должно быть применено право мирного прохода, а в российских арктических проливах – соблюдаться конвенционное право транзитного прохода. Они объявляют проливы на трассе СМП международными, но четко сформулированного понятия международные проливы, признаваемого мировым сообществом, в международно-правовой практике нет.

6 марта с.г. в российских СМИ появилась информация о том, что правительство России разработало правила прохода иностранных военных кораблей через Севморпуть. Согласно этим правилам как военные корабли, так и суда других государств за 45 дней до прохода по СМП должны уведомить российскую сторону о намерении совершить проход, а после получения разрешения взять на борт российского лоцмана и совершать дальнейшее плавание с ним.

Незадолго до появления информации о новых правилах командующий Европейским командованием ВС США генерал Кертис Скапаротти заявил во время слушаний в сенате, что «Соединенные Штаты готовы сдерживать Россию в Арктике», так как имеют в СМП «ресурсную и коммерческую заинтересованность».

В начале мая с.г. министр военно-морского флота США Ричард Спенсер заявил, что Вашингтон изучает возможность отправки этим летом военного корабля ВМС Соединенных Штатов через Северо-Западный проход как часть операции по обеспечению свободы судоходства, чтобы отстоять право прохода через то, что считается международными водами.

Неделю спустя послание Спенсера было подкреплено госсекретарем США Майком Помпео, который на встрече министров иностранных дел стран Арктического совета в Рованиеми, заявил, что США не признают «незаконные» претензии Канады на Северо-Западный проход, который пересекает канадский Арктический архипелаг, или суверенитет России над Северным морским путем, проходящим вдоль ее арктического побережья.

Западные страны регулярно предпринимают попытки прохода по Севморпути и по его изучению. Достаточно вспомнить полет немецкого дирижабля «Граф Цеппелин» над советской Арктикой в начале 1930-х гг. или проход ледоколов американской Береговой охраны через арктические акватории СССР в 1964 году. В прошлом году по СМП в нарушение действующих правил прошел корабль тылового обеспечения ВМС Франции «Рона». Командир корабля заявил, что целью было «развитие наших знаний о регионе». Здесь следует учесть, что такое «развитие» связано, в частности, с тем, что Севморпуть является грузообразующим маршрутом в отличие от Северо-Западного прохода, который представляет интерес только с транзитной точки зрения.

Бóльшую свободу осуществления транспортных операций предоставляет ускоряющееся таяние арктического льда. В статье «Анализ потенциала арктического судоходства» говорится, что измерения толщины льда на отдельных участках Северного Ледовитого океана начались в 1958 году. Эти данные показывают, что средняя толщина зимнего льда снизилась с 3,64 м в 1980 г. до 1,89 м в 2008 году. До 1997 г. площадь летнего льда составляла 90% от зимнего максимума, но
к 2007 г. эта доля упала до 55%. Спутниковые данные за период с 1980 г. по 2011 г. показывают резкое сокращение льда с рекордно низким уровнем, зафиксированным в 2008 году.

Таяние арктических льдов открывает перспективы расширения транспортного использования не только Северо-Западного прохода и Северного морского пути, но и Трансполярного прохода, представляющего собой кратчайший путь из Европы в Азию (проходит от мыса Дежнева через Северный полюс мимо западной стороны Шпицбергена к Роттердаму и Гамбургу). Дальнейшее сокращение ледового покрова в Северном Ледовитом океане может привести к тому, что СМП будет становиться все более высокоширотным, сдвигаясь в направлении открытого моря и постепенно меняя свое качество на Трансполярный проход.

Схемы проходов с учетом изменения ледового покрова морской Арктики приводятся в статье кандидата экономических наук, доцента института экономики и менеджмента Харбинского инженерного университета (КНР) Василия Ерохина «Северный морской путь и арктические транспортные коридоры: проблемы использования и прогнозы коммерциализации грузоперевозок».

Если морская Арктика станет доступна для пересечения Трансполярного прохода контейнеровозами, то согласно исследованиям, проведенным в 2007 г. датскими учеными и администрацией порта Эсбьерг по заданию ЕС и правительства Дании, возникнет необходимость строительства контейнерного терминала на Лофотенских островах или Шпицбергене.

По информации телеграмм-канала «Сводки Арктики», уже сейчас «в интересах морского шелкового пути на территории Норвегии строится ряд крупнейших логистических объектов: новый морской порт в Киркенесе и модернизируется портовый комплекс Лонгйир на архипелаге Шпицберген. Данные объекты станут перевалочными пунктами китайских товаров в Европу».

Недавно министр иностранных дел Норвегии Ине Мари Эриксон Серейде заявила «Известиям», что «Норвегия не рассматривала возможность предоставить порты Шпицбергена для использования их в рамках СМП». Такая позиция вызывает ряд вопросов, поскольку согласно
ст. 3 договора о Шпицбергене: «Граждане всех Высоких Договаривающихся Сторон будут иметь одинаковый свободный доступ для любой цели и задачи в воды, фиорды и порты… (Шпицбергена, где); они могут заниматься в них без каких-либо препятствий… всякими судоходными, промышленными, горными и торговыми операциями на условиях полного равенства».

Модернизация и строительство норвежских портов могут быть связаны не только с логистикой, но и с предполагающимся усилением нефтегазовой активности в юго-западной Арктике. В южной части Баренцева моря может начаться разработка нефтяных месторождений на своде Федынского, площадь которого равна 38 000 кв. км. Согласно материалам Валдайского клуба, общий объем извлекаемых ресурсов свода равен 18,7 млрд баррелей нефтяного эквивалента. Первая разведочная скважина на нем должна быть пробурена до 2020 г., а вторая, в случае успеха, – до 2025 года. К своду Федынского с севера примыкает Центрально-Баренцевский блок, содержащий более 7 млрд баррелей нефтяного эквивалента. Первая скважина на нем должна быть пробурена к 2021 г., а вторая – к 2026 году.

Таким образом, в то время, когда Норвегия уже занимается расширением портов, пригодных для трансполярных перевозок, Россия только озвучила замысел по строительству соответствующих терминалов и создания собственного флота контейнерных судов, сделав одновременно сильный ход в виде проекта создания контейнерной линии, которая, кстати, может быть использована также и для перевозок по Трансполярному проходу. Но Россия при этом пока что не принимает в расчет географическое положение и возможности Шпицбергена, основой присутствия на котором является деятельность ФГУП «Государственный трест «Арктикуголь», добывающего уголь, запасы которого на руднике Баренцбург скоро иссякнут.

В то время как Европа заявляет о необходимости уменьшить потребление угля и расширить использование возобновляемых источников энергии, а также природного газа, генеральный директор этой компании Александр Веселов делает ставку на развитие туризма в российских поселках архипелага. Эту линию поддерживает как правительство, так и МИД России.

Усиление морской активности возле Шпицберген и на нем может обострить международно-правовые проблемы, касающиеся наличия/отсутствия шельфа и исключительной экономической зоны у этого архипелага, а также права Норвегии распоряжаться так называемыми государственными землями Шпицбергена, на которых может быть построен контейнерный терминал или базы обслуживания нефтегазовой активности в прилегающих к нему районах. Соответствующие вопросы детально исследованы в работах российских ученых https://mgimo.ru/upload/2015/11/shpitzbergen-2006.pdf, http://www.dslib.net/pravo-evropy/mezhdunarodno-pravovoj-rezhim-suhoputnoj-territorii-shpicbergena.html.

Представители ЕС говорят о возможности рассмотрения первого вопроса в Международном суде в Гааге против Норвегии в рамках судебного дела по латвийскому судну-краболову «Сенатор». Подливает масла в огонь и недавнее заявление Трампа о перспективах приобретения Гренландии, что позволило бы США контролировать движение судов по Северо-Западному и Трансполярному проходам. В связи с отрицательным отношением Дании к этому заявлению и отменой визита американского президента в Копенгаген Госдеп США рассматривает возможность открытия в Гренландии своего консульства.

Однако ст. 4 Венской конвенции о консульских сношениях 1963 г. предусматривает, что: «Консульское учреждение может быть открыто на территории государства пребывания только с согласия этого государства». А какими должны быть американские обоснования открытия, если согласно ст. 5 Конвенции основными функциями консульского учреждения являются «защита в государстве пребывания интересов представляемого государства и его граждан … и содействие развитию торговых, экономических, культурных и научных связей». О развитии каких связей может идти речь, если на долю Дании приходится более 80% товарооборота с Гренландией, а на долю США порядка 1%, а по количеству граждан США на этом острове информация вообще отсутствует.

Еще одним связующим звеном между Азией и Европой, как это ни странно, может стать туннель между Хельсинки и Таллином. Проект находится на этапе проектирования с 2000-х годов. В 2008 г. Таллин и Хельсинки подписали соответствующее соглашение о намерениях. По состоянию на декабрь прошлого года существовало два проекта постройки туннеля: за одним стоит компания FinEst Bay Area (один из руководителей проекта Петер Вестербакка, бывший директор по развитию компании Rovio и один из создателей игры Angry Birds), за другим – финские власти в лице компании FinEstLink.

Последние уже подали заявку эстонским властям на проведение строительных работ, а FinEst Bay Area представил в марте с.г. документ о трансграничном воздействии на окружающую среду, практически одновременно подписав соглашение о намерениях по финансированию в размере 15 млрд евро с китайским фондом Touchstone Capital Partners, который получит миноритарную долю участия, а мажоритарный пакет останется в Финляндии: 1/3 средств будет предоставлена в виде собственного капитала, а 2/3 – в форме кредитов. К этому можно добавить, что в декабре прошлого года дубайская строительная корпорация ARJ Holding LLC объявила о намерении вложить 100 млн евро в проект Вестербакки.

Финские, шведские и эстонские эксперты, изучившие возможности реализации проекта, пришли к выводу, что подводный туннель окупится, если через него будет проходить пересекающая страны Прибалтики европейская железнодорожная колея Rail Baltica. Эта магистраль длиной 730 км должна связать государства Западной Европы со странами Прибалтики через Варшаву, Вильнюс, Каунас, Ригу, Таллин и далее с Финляндией.

Стоимость проекта оценивается примерно в 5,8 млрд евро, из которых 85% должен предоставить Евросоюз. Для сравнения, Германия в ближайшие 10 лет планирует вложить в развитие своих железных дорог 86 млрд. евро. Начало строительства Rail Baltica предполагалось в 2020 г., а завершение – к 2025 году. Однако в феврале с.г. министр транспорта Латвии Талис Линкайтс сообщил, что строительство будет отложено как минимум на 2,5 года.

Не исключено, что, принимая во внимание предстоящие перспективы, правительство Эстонии решило подать заявку на получение статуса страны-наблюдателя в Арктическом совете. Надо полагать, что, подавая заявку, самая северная неарктическая страна рассчитывает на поддержку своих партнеров на Западе – Норвегию, Данию, США, – а также Финляндии. С учетом того, что Эстония перестала фигурировать в списке противников Северного потока – 2 возможна нейтральная позиция России.

Финны изучили возможность продления транспортного коридора до побережья Баренцева моря. Агентство транспорта Финляндии совместно с норвежской государственной компанией Bane NOR, отвечающей за железнодорожную инфраструктуру в своей стране, в декабре прошлого года подготовили доклад по проекту под названием «Арктический коридор».

Согласно проекту, предусматривалось соединить железнодорожной магистралью длиной около 450 км финский Рованиеми с норвежским Киркенесом при стоимости строительства в 2,9 млрд евро, из которых норвежская сторона брала на себя расходы в 0,9 млрд евро. По мнению авторов отчета, наилучшим вариантом была бы увязка Арктической железной дороги с планируемыми туннелем Хельсинки-Таллинн и железной дорогой Rail Baltica при ежегодной транспортной загрузке маршрута на территории Финляндии и Норвегии в объеме около 2,5 млн тонн. На момент завершения доклада такой объем не был реалистичным; в этой связи проект признан нерентабельным.

В 1939-1940 гг. в Советском Союзе была построена железная дорога Ручьи-Карельские-Алакуртти-Куолоярви, а одним из условий мирного договора, заключенного между СССР и Финляндией 10 сентября 1944 г., было строительство финской стороной железной дороги от Кемиярви через Салла к государственной границе с СССР (в направлении Куолоярви). Если финский участок в виде полноценной грузовой ветки от Кемиярви до Салла существует и в настоящее время, то на советском участке Алакуртти-Куолоярви протяжённостью 62 км в 1956 г. шпалы и рельсы были разобраны.

В начале 1990-х годов «Ленгипротранс» провел проектные работы для реконструкции железнодорожного участка Алакуртти-Салла протяженностью 72 км. А в начале двухтысячных появился проект строительства железнодорожной ветки Салла-Кандалакша с продлением маршрута до Мурманска, который в Финляндии был признан рентабельным, но до реализации дело так и не дошло, несмотря на то, что финны на средства ЕС реконструировали автодорогу Кандалакша-Алакуртти и КПП «Салла» на российской стороне. Переговоры между финской и российской сторонами активно шли в 2011-2012 гг., но в связи с тем, что Москва не предприняла никаких практических шагов, закончились ничем.

Расширение международной сети транспортных коридоров между Западом и Востоком Евразии позволяет предположить, что с учетом создания контейнерной линии между Петропавловском-Камчатским и Мурманском этот проект может обрести второе дыхание. Но перед принятием решения о его реализации Россия просчитает экономические и политические плюсы и минусы подключения транспортной сети северо-восточной Европы через Россию к северной части проекта «Один пояс – один путь». Как представляется, одной из значимых составляющих этих расчетов будут отношения между Россией и странами – участницами проекта Rail Baltica, касающиеся, в частности, газопровода «Северный поток-2».

} Cтр. 1 из 5