Медведь без когтей?

18 октября 2014

Николас Гвоздев – пишущий редактор в журнале The National Interest, профессор национальной безопасности в Военно-морском военном колледже и соавтор книги «Российская внешняя политика: интересы, векторы и секторы» (издана в 2013 году).

Резюме: Амбиции России, десятилетний план модернизации и расширения ее военных возможностей под угрозой из-за нынешних тенденций в мировой экономике

Амбиции России, десятилетний план модернизации и расширения ее военных возможностей под угрозой из-за нынешних тенденций в мировой экономике. Замедление экономического роста в сочетании с расширением источников поставок углеводородов – особенно ввиду того, что ранее недоступные запасы начали разрабатываться с помощью новых технологий – приводит к избытку нефти и газа на мировых рынках и снижению цен. Соответственно уменьшаются налоговые поступления в российский бюджет, генерируемые за счет экспорта углеводородов. Помимо всего прочего, текущие расходы растут вследствие нынешней политики России в отношении Украины – появились новые расходы на абсорбцию Крыма (и потенциальные расходы на поддержку сепаратистских регионов юго-восточной Украины) плюс расходы, необходимые для смягчения последствий западных санкций. Санкции, вероятно, затормозят запланированный Россией рост экономики в 2014 году минимум на 1%, что будет означать рецессию. Министр финансов России Антон Силуанов прямо отметил, что правительству необходимо пересмотреть объем финансирования новой программы перевооружения российской армии, чтобы эти цифры были более реалистичными». В то же время заместитель премьер-министра Дмитрий Рогозин, осуществляющий надзор за военно-промышленным комплексом, пообещал, что план будет выполняться по намеченному графику.

Реализацию оборонной программы контролирует лично президент Владимир Путин, и министерство финансов не может изменять намеченные параметры, поэтому похоже, что заявление Силуанова задумано как предупредительный выстрел, чтобы начать дискуссию о том, какой выбор следует сделать. Теоретически Кремль мог бы снизить расходы на другие статьи бюджета, чтобы не менять планы финансирования оборонного ведомства. Но это может поставить под угрозу другие важные инициативы – среди прочего, щедрые дары Северному Кавказу, чтобы не допустить социальных волнений в этом регионе, а также честолюбивые планы по развитию Дальнего Востока. Конечно, на повестке дня снова вопрос о том, насколько быстрыми и всеобъемлющими должны быть последующие этапы приватизации государственных активов и предприятий. Однако подобная приватизация чревата другими неизбежными последствиями, такими как утрата Кремлем контроля над ключевыми отраслями. Возможно, главными бенефициарами станут китайские компании, которых в прошлом сознательно держали на почтительном расстоянии, чтобы ограничить степень их возможного влияния на российскую экономику. Дефицит бюджета, в какой-то мере, восполняем из тех 90 миллиардов долларов, которые накоплены в разных резервных фондах России, но это не будет долгосрочным и жизнеспособным решением.

Многое зависит от глубины падения цен на нефть. Русские могут утешаться тем, что главным стабилизирующим производителям, таким как Саудовская Аравия, которые способные влиять на цены путем быстрого вывода на рынок или изъятия с рынка существенных избыточных мощностей, нужна цена на нефть в районе 89 долларов за баррель, чтобы сводить свой бюджет без дефицита. К тому же Эр-Рияд в последнее время существенно увеличивал расходы бюджета для умиротворения своего все более беспокойного населения, а также для поддержки соседей и друзей. Согласно большинству оценок, Россия может поддерживать расходы федерального бюджета на нынешнем уровне до тех пор, пока цены на нефть не упадут ниже отметки в 85 долларов за баррель. Еще одно обнадеживающее обстоятельство заключается в том, что продолжительное падение цен на нефть сделает менее выгодной добычу сланцевой или нетрадиционной нефти, которая сейчас как раз и приводит к перенасыщению рынка и избыточному предложению. Поэтому Путин в обозримом будущем может быть готов смириться с более низкими ценами на энергоносители и в итоге пойти на покрытие дефицита бюджета за счет резервных фондов.

Однако снижение государственных доходов будет оказывать дополнительное давление, и заставлять изыскивать возможности более экономного оборонного строительства. И здесь свою ложку дегтя добавят санкции, наложенные Западом на Россию из-за ее действий на Украине. Ряд готовых технологий и оборонных платформ, которые русские рассчитывали приобрести на открытых рынках, в настоящее время им недоступны. Чтобы разработать полноценную отечественную замену, потребуется время и дополнительные расходы.

Это также увеличит давление на оборонную промышленность России, вынуждая ее активно продолжать поиски зарубежных заказчиков, готовых частично взять на себя расходы на исследование, разработку и производство. Индия остается ведущим заказчиком экспортируемых Москвой вооружений, но Соединенные Штаты также не прочь поживиться на индийских военных заказах. Российское оборонное ведомство обхаживает другие усиливающиеся державы, включая Бразилию, но на бразильском рынке русские вынуждены выдерживать бешеную конкуренцию с западными компаниями. Такие страны, как Вьетнам и Венесуэла, остаются надежными покупателями, но не имеют достаточно средств, чтобы наращивать закупки вооружений.

Реальный вопрос в том, смогут ли российские компании оборонного сектора стать более экономными и эффективными и гарантировать своевременное выполнение планов Рогозина с меньшими бюджетными затратами. Другими словами, смогут ли они изыскать способы сократить стоимость единицы продукции, поставляемой российским вооруженным силам. Учитывая тот факт, что данная отрасль экономики никогда не славилась эффективным использование средств, и в оборонной промышленности почти нет стимулов для серьезной борьбы с коррупцией (всегда легче потратить большие денежные средства и согласиться с тем, что, в конце концов, некоторые из них будут потрачены не по назначению), нереалистично ожидать существенной экономии посредством реформы.

В конечном итоге это может привести к 80-процентному решению. Коль скоро большинство целей перевооружения и модернизации вооруженных сил будет достигнуто, точное выполнение имеющегося графика становится не столь важным делом. Можно либо сократить закупки вооружений, либо растянуть программу на более длительный срок за пределы 2020 года, когда планируется ее завершение. Российское оборонное ведомство может также научиться довольствоваться малым и решить, что безопасность ядерных вооружений можно обеспечить меньшими средствами. Если европейские страны не начнут наращивать расходы на оборону и не запустят программу перевооружения, несмотря на украинский кризис, России не обязательно ставить перед собой непосильных задач.

В октябре прошлого года я отмечал, что «существенное падение цен на энергоносители ставит под угрозу» планы России по расходам на оборону, но даже если «эти планы не будут полностью осуществлены, российская армия станет сильнее». Эта оценка остается в силе, даже с учетом нынешних экономических неурядиц России.

В данной статье выражены исключительно взгляды автора. Опубликовано в журнале The National Interest.

} Cтр. 1 из 5