Россия в глобальной политике

Российскому руководству придётся выработать концептуальный подход, который сломает западную стратегию размывания «красных линий». Чтобы потерять желание устраивать «супер-провокации», противник сам должен почувствовать себя заложником.

Всем хочется, чтобы переход к миру, в котором будут жить наши дети и внуки, произошёл наименее кроваво. Это маловероятно. Мы ещё долго останемся на этапе, когда решает сила.

Грядущие годы будут годами перелома, временем поиска новых смыслов и ценностей. Миссией человечества станет создание новой социально- экономической системы, способной существовать в гармонии с природой. Для России это возможность вновь вернуться к своей исторической роли цивилизации-объединителя, стать проводником в новый мир.

Для России задача-минимум – сохранить суверенность при принятии решений, затрагивающих основные сферы национальной безопасности. Задача-максимум – создать собственную конкурентоспособную технологическую экосистему.

Сфера технологий стала одной из важнейших в борьбе за власть в XXI веке. К началу третьего десятилетия нового века очевидно оформление двух основных «технологических экосистем» – американской и китайской. В этой связи для России актуальна дилемма: подключаться к одной из существующих платформ или разрабатывать собственную?

Новая стратегия национальной безопасности администрации Трампа, независимо от того, насколько реальная политика будет ей следовать, декларирует отказ от принципов, на которых отношения Америки с окружающим миром строились на протяжении почти ста лет.

В России сформировалась определенная психология, готовность и умение действовать «от противного», постоянно «отбиваться». Однако мир меняется, и чтобы преуспеть, нужны уверенность в себе и способность предлагать остальным позитивную программу.

Если Россия устоит до 2020 г., если попытки ее противников не приведут к экономическому коллапсу, хаосу и распаду страны, можно будет с уверенностью сказать, что доминированию Запада пришел конец. А международные отношения вступили в новую эру.

В США сформировалась стратегия войны нового типа, нацеленной не на разгром, а на «удушение» противника. Это результат осознания неприемлемой цены традиционных боевых действий в условиях глобально интегрированной экономики и ядерного сдерживания.