31.05.2020
Вакуум и самоуверенность
Колонка редактора
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Фёдор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Контакты

Тел. +7 (495) 980-7353
[email protected]

Вашингтон избавляется от соглашений, которые в своё время сам активно и продвигал

За три с половиной года президентства Дональд Трамп наконец сформировал целостный кабинет единомышленников в сфере национальной безопасности. Теперь его окружают люди лояльные и исполнительные, разделяющие взгляды президента либо как минимум не противоречащие им. Ну и к стилю американской дипломатии все уже привыкли – он безапелляционный в манере самого главы государства.

До определённого момента считалось, что, какая бы риторика ни звучала, есть область, где без изрядной доли осторожности никак. Это так называемая стратегическая стабильность, всё, что касается военно-политических отношений двух ядерных сверхдержав. В разные времена – от пика противостояния холодной войны до неразберихи после её окончания – дипломаты, военные и политики по обе стороны прежнего противостояния ответственно подходили к необходимости взаимопонимания. Но и здесь происходят перемены.

Новый замгоссекретаря по контролю над вооружениями и спецпредставитель президента США Маршалл Биллингсли пообещал довести Россию и Китай до состояния «забвения» в случае новой гонки вооружений. Судя по приводимой цитате, а она из его презентации для одного из вашингтонских аналитических центров, дипломат имел в виду всё-таки не «радиоактивную пыль», а финансовое разорение Москвы и Пекина за счёт раздувания оборонных трат. Среди республиканцев в Америке бытует легенда, что именно рейгановское взвинчивание оборонных расходов довело Советский Союз до разорения и заставило пойти на перестройку. На следующий день после этого яркого высказывания президент объявил о выходе Соединённых Штатов из Договора по открытому небу.

Чем на самом деле опасен выход США из Договора по открытому небу?
Андрей Бакланов
Решение США выйти из Договора по открытому небу описывается в многочисленных комментариях чрезвычайно образно. «Шаг в пропасть» и другие подобного рода оценки ставят этот договор на одну доску с ДРСМД и другими крупными договорённостями, затрагивающими ключевые аспекты обороноспособности наших стран и механизмов сдерживания гонки вооружений. Это, конечно, преувеличение.
Подробнее

Остаётся один пока ещё действующий документ – соглашение 2010 года о сокращении наступательных вооружений (СНВ), он официально истекает в начале следующего года.

Тот самый господин Биллингсли, назначенный две недели назад, хочет обсудить с российскими коллегами судьбу договора на предмет его продления. Но позиция администрации Трампа ещё с того времени, как помощником по национальной безопасности был Джон Болтон, последовательна: соглашения по контролю над вооружениями в том виде, как они готовились и подписывались с 60-х годов прошлого века, устарели. Мир изменился кардинально, обсуждать стратегические и ядерные вопросы на двоих нет смысла. Давайте привлекать Китай, можно и другие ядерные державы.

Трудно спорить с тем, что ситуация очень изменилась. И принципы, которые были заложены в предшествующую эпоху, нуждаются в корректировке. Вопрос в том, как это делать. В процессе экспертного обсуждения с вовлечением заинтересованных сторон либо посредством того, что договорённости аннулируются, а по поводу возможных новых сразу выдвигаются предварительные условия. В идеале следовало бы идти первым путём, однако на практике, признаём и это, так не бывает. Любая серьёзная сделка по взаимному сдерживанию – продукт определённого соотношения сил и чёткого восприятия угроз. Именно эти два фактора подвигли в свое время СССР и США начать переговоры в сфере контроля над вооружениями.

Российская сторона, как и немалая часть американских специалистов, исходит из того, что, несмотря на грандиозные изменения мирового ландшафта, российско-американский паритет и способность к взаимному ядерному уничтожению имеют место. А значит, прежнюю систему стоит поддерживать, хотя без учёта новых факторов и не обойтись. Но это следующий этап, пока же сохранить что есть. Однако администрация Трампа придерживается точки зрения, что, во-первых, вся эта тематика вообще не столь приоритетна, как когда-то (отпечаток личности самого президента, которому ракетно-ядерные дела малоинтересны), во-вторых, если уж этим заниматься, то, прежде всего, имея в качестве визави Китай.

Неважно, что у КНР пока кратно меньший арсенал, главное, что именно Пекин рассматривается как основной и долговременный соперник. И следующее противостояние будет именно с ним, а не с Россией.

Россия, которая действительно не собирается соперничать с США за мировое влияние, сохраняет при этом физическую способность уничтожить Америку. И не принимать это во внимание Вашингтон не может, хотя вся политическая, а постепенно и военная машина перенастраивается на противостояние Пекину. Отсюда и идея увязать всё вместе и вести переговоры с Россией и Китаем одновременно. Как замечают эксперты, такое могло бы иметь смысл, но это совершенно другие условия и переговоры, которые потребуют много сил и времени. И резонно пока сохранить остающееся (тем более что в случае СНВ для этого не нужно практически ничего), постепенно вырабатывая новые подходы. Но ждать Белый дом не хочет. На фоне нарастающей напряжённости с Пекином расширяется пространство вакуума и с Москвой. Вашингтон избавляется от соглашений, которые в своё время сам активно и продвигал – и РСМД, и ныне отменённый ДОН вызывали мало энтузиазма среди отечественных военных и части дипломатов в 1980-е – начале 1990-х годов, поскольку рассматривались как избыточные уступки. Но теперь в США настолько поверили в новую эпоху, что избавляются от собственных достижений эпохи предыдущей. Кажется, рановато.

Российская газета