17.12.2013
Согласие на экономию
№6 2013 Ноябрь/Декабрь
Синди Уильямс

Синди Уильямс – старший научный сотрудник Программы исследований в области безопасности в Массачусетском технологическом институте.

Правильный способ сократить расходы на оборону

Статья опубликована в журнале Foreign Affairs, № 6, 2013 год.

1 марта 2013 г. Министерство обороны США в одночасье лишилось 37 млрд долл. из-за секвестра бюджета. Это ознаменовало первую волну планового уменьшения расходов федерального правительства, которое за девять лет должно составить около 1 трлн долларов.

Сокращения начались в 2011 г., когда специальный суперкомитет, созданный в соответствии с Актом по контролю над бюджетом (АКБ), не смог достичь соглашения по уменьшению дефицита, что стало спусковым механизмом для автоматических сокращений, призванных «наказать» обе партии. В отличие от других бюджетных сокращений, секвестру подвергаются все статьи бюджета, то есть определенные средства отбираются у каждого министерства и ведомства. У Пентагона не было иных способов урезать бюджет-2013, кроме как за счет снижения зарплат американцам, носящим военную форму. Таким образом, за семь месяцев до окончания финансового года секвестр лишил оборонное ведомство 8% всех бюджетных средств, отпускаемых на год.

Неудивительно, что это привело в ярость чиновников из Пентагона. 1 августа 2013 г., когда начался новый финансовый год, заместитель министра обороны Эштон Картер и заместитель председателя Комитета начальников штабов Джеймс Уиннефельд заявили, что еще один год секвестра приведет к хаосу, выброшенным на ветер деньгам и длительному сбою в работе.

Этого могло и не произойти. В августе 2011 г. президент Барак Обама подписал АКБ. К концу года суперкомитет, учрежденный для выработки финансового соглашения, призванного заменить предусмотренные в законопроекте автоматически осуществляемые на протяжении следующих девяти лет бюджетные сокращения, распался. Это запустило механизм бюджетных сокращений на следующие девять лет. Программа секвестра начала действовать в марте 2013 года.

Итак, у Белого дома и Министерства обороны было два года на разработку государственной стратегии безопасности, совместимой с новыми бюджетными ограничениями, на то, чтобы подумать, какие силы и программы будут лучше соответствовать этой стратегии, чтобы указать Пентагону путь менее резких бюджетных сокращений и принять меры по смягчению жесткой посадки при резком снижении финансирования. Вместо этого администрация Обамы и Министерство обороны сыграли с Конгрессом в игру «Кто струсит первым?». Два года потрачены впустую.

Что еще хуже, чиновники, похоже, не извлекли никаких выводов из своих неудач. Вместо того чтобы разработать собственный план с учетом необходимых сокращений, они позволили механической и произвольной системе секвестра выполнить за них всю работу. АКБ требует, чтобы в 2014 г. оборонный бюджет был урезан, но политики сами могут определить, что именно следует скорректировать в сторону уменьшения; он не требует, чтобы все статьи расходов на оборону «рубились» одинаково. Нужно сократить лишь ту часть оборонного бюджета, которая превышает потолок, определенный в АКБ.

Если бы Пентагон представил на утверждение в Конгресс бюджет, совместимый с этим лимитом (верхним потолком расходов), и Конгресс утвердил бы его, не было бы необходимости прибегать к секвестру на 2014 год. Но официальные лица из оборонного ведомства решили не укладываться в определенный лимит, и по состоянию на сентябрь 2013 г. Конгрессу, похоже, придется согласиться с превышением расходов над тем лимитом, который установлен им же принятым законом о контроле над бюджетными расходами. Если такое случится, то Пентагон обречет себя на еще один раунд механических сокращений бюджета 2014 года.

И все же руководители оборонного ведомства наивно мечтают о том, что президент и Конгресс найдут альтернативу. Летом 2013 г. Пентагон окончательно раскрыл данные Обзора стратегического выбора и управления (ОСВУ), из которых видно, как можно было распорядиться урезанным бюджетом. Однако, как следует из сопровождающего свидетельства Тома Картера, вместо того чтобы согласиться с бюджетными сокращениями, Министерство обороны ведет себя так, как будто ему удастся полностью предотвратить или по крайней мере отсрочить урезание расходов, если оно сможет объяснить, насколько это подрывает его планы. «Мы надеемся, что нам никогда не придется делать самый трудный выбор, который будет неизбежен при сохранении верхнего предела расходов, как того требует план бюджетного секвестра, – сказал Картер. – Стратегическое сокращение расходов возможно лишь в том случае, если будет отодвинуто на несколько лет».

Но АКБ никто не отменял. Быть может, сокращение оборонных расходов – не первый выбор при решении финансовых проблем правительства, но и не последний выбор для политика. Какую бы острую ненависть республиканцы ни питали к сокращению военных расходов, увеличение налогов нравится им еще меньше. И как бы сильно демократы ни желали избежать репутации скряг, когда речь идет о затратах на нужды безопасности, они еще больше боятся сокращать финансирование социального обеспечения и медицины. Более того, политические издержки сохранения АКБ невелики: поскольку закон принят, никому не нужно снова голосовать за урезание бюджетных расходов. Добавьте к этим политическим реалиям финансовые соображения, и вероятность того, что стрелки часов повернут назад, в случае с АКБ становится еще ниже: если не считать нескольких лет во время Второй мировой войны и сразу после нее, задолженность федерального бюджета сегодня составляет большую долю ВВП Соединенных Штатов и их экономики, чем когда-либо прежде. Таким образом, даже если бы закон был решительно отвергнут, любая грандиозная сделка между республиканцами и демократами, безусловно, включала бы как минимум такое же уменьшение расходов на оборону, как то, на которое Пентагону придется пойти сегодня.

Следовательно, американским военным необходимо принять очевидное: бюджетные сокращения неизбежны. Время планировать уменьшение трат и начинать перестройку армии настало еще два года назад, когда роковые слова были начертаны на стене. Поскольку этого никто не сделал, сегодня правительству приходится наверстывать упущенное. Со своей стороны, Конгресс должен позволить Пентагону остановить рост расходов на персонал. Министерству обороны и Белому дому следует предложить такую стратегию национальной безопасности, которую страна может себе позволить, перестроив вооруженные силы так, чтобы они соответствовали этой стратегии и чтобы сохранить лучшую армию в мире.Развитие персонала

В 2014-м финансовом году АКБ сократит невоенный оборонный бюджет примерно на 10% по сравнению с планом, который президент представил Конгрессу в апреле 2013 г., возвращая его в реальном выражении на уровень, близкий к 2007 г., и сохраняя его на этом уровне до 2021 года.

Но Пентагон не может содержать вооруженные силы, какими он располагал в 2007 г., с бюджетом 2007 г., потому что несколько расходных статей растут быстрее инфляции. Среди них выделяются траты на здравоохранение военных и оклады военного и гражданского персонала армии – гигантские расходы, дальнейший рост которых правительству предстоит теперь сдерживать. С 1998 по 2013 гг. зарплата военных увеличилась более чем на 60% в реальном выражении. Заработок почти 800 тыс. гражданских лиц, принятых на работу Министерством обороны, вырос почти столь же значительно. В течение того же периода расходы на здравоохранение военного персонала, а также вышедших на пенсию военных и их семей и членов семей погибших военнослужащих возросли более чем вдвое в реальном выражении. Если не произойдет изменений в медицинском страховании, эти затраты значительно опередят инфляцию и в следующем десятилетии. Зарплаты и расходы на медицину лишат военное ведомство значительной части бюджетных средств.

Поначалу Пентагон поддерживал рост окладов для улучшения военного набора и удержания людей в армии, что в конце 1990-х гг. было не так легко. Военных также беспокоило, что рост их заработной платы почти 15 лет отставал от роста зарплат в частном секторе. Отреагировав на эту озабоченность, Конгресс решил увеличивать выплаты военному и гражданскому персоналу, нанимаемому Пентагоном, опережающими темпами по сравнению с частным сектором – до 2006 года. К 2007 г. рост заработной платы и пособий более чем компенсировал сравнительно более низкий рост прежних лет, и Пентагон попросил Конгресс снизить годовые темпы роста заработной платы. Но под давлением объединений ветеранов и военных и не желая экономить на армии в военное время Конгресс последовательно одобрял более высокие темпы роста зарплат, чем того требовал Пентагон. В результате сегодня боевые офицеры имеют более высокое жалование, чем восемь из 10 гражданских лиц, получивших образование в колледже. С точки зрения доходов рядовой и сержантский состав ничем не отличается от 90% гражданских лиц с сопоставимым уровнем образования и опыта работы.

Расходы военного ведомства на медицину также растут, и не только потому, что в США подорожало здравоохранение. Пентагон принял ныне действующий план охраны здоровья под названием Tricare в середине 1990-х годов. Он устанавливал взносы для отставных военных, желающих пользоваться этой системой, но не предусмотрел мер корректировки взносов в связи с повышением стоимости медицинских услуг. В итоге доля расходов на здравоохранение отставников, пользовавшихся планом, с годами снижалась несмотря на то, что страховые взносы и доплаты, которые им пришлось бы выплачивать в случае трудоустройства в гражданском секторе, взлетели до небес. В итоге большинство отставников сегодня выбирают Tricare, о чем красноречиво свидетельствует рост правительственных расходов.

С 2006 г. Министерство обороны неоднократно просило разрешения поднять страховые отчисления на здравоохранение для военных пенсионеров. Изменение плана распределения расходов, конечно, поможет государству снизить нагрузку на бюджет, но важно понимать, что при этом государственный план медицинского страхования станет менее привлекательным в глазах бывших военных, которые могут тогда воспользоваться другими интересными вариантами медицинского страхования. Тем не менее Конгресс, находясь под тем же давлением, что и в вопросе о заработной плате, одобрил лишь ничтожно малое повышение страховых взносов. В ОСВУ предложены новые механизмы перевода отставных военных на медицинское страхование в частном секторе, если оно им доступно, и в подобных изменениях есть большой смысл. После 15 лет роста заработной платы и льгот рядовой и сержантский состав, гражданские сотрудники Министерства обороны и отставники получают хорошее финансовое вознаграждение за свою преданность и готовность к самопожертвованию. Более того, в связи с тем что война в Афганистане близится к концу, а уровень безработицы в частном секторе превышает 7%, все еще немало людей изъявляют желание служить в армии достаточно длительное время.

Пока оборонный бюджет рос из года в год, Конгрессу не составляло труда отказывать Пентагону в просьбах притормозить рост заработных плат и льгот. Но теперь, когда войны заканчиваются, а бюджет резко сокращен, законодатели могут наконец-то согласиться с рекомендациями министерства. В этом случае появится возможность высвобождать десятки миллиардов долларов ежегодно в течение предстоящего десятилетия, что эквивалентно содержанию трех армейских бригад, 30 кораблей ВМС и четырех эскадрилий ВВС.

Выбор стратегии

Тем временем Белому дому и Пентагону нужно сформулировать стратегию, соответствующию тем ресурсам, которые предусмотрены по АКБ, чтобы адаптироваться к неизбежному сокращению финансирования. Последний документ, составленный в январе 2012 г., – «Стратегическое руководство по оборонным приоритетам», в котором содержится призыв меньше внимания уделять долгосрочной стабильности и операциям против повстанцев и мятежников и сосредоточиться на Азиатско-Тихоокеанском регионе. Хотя в этом документе предлагается не столь экспансионистская глобальная политика, как в предыдущей редакции времен завершения холодной войны, авторы по-прежнему призывают вооруженные силы США выступать гарантом поддержания мирового порядка, основанного на четких правилах, «противодействовать агрессии в любой части мира и подавлять ее», а также расширять и без того обширные военные партнерства с другими странами. Но эта стратегия, как признал министр обороны Чак Хейгел, невозможна при уровне финансирования, предусмотренном АКБ.

Какая стратегия окажется доступной, отчасти зависит от того, что случится с зарплатами и льготами. Сухопутная армия Соединенных Штатов и подразделение морских пехотинцев уже планируют сократить большинство армейских частей, специально созданных для войн в Афганистане и Ираке. Если Конгресс одобрит замедление темпов роста заработной платы и согласится с предложениями Пентагона снизить расходы на медицинское обслуживание военных, то армия, чтобы вписаться в бюджетный лимит АКБ, возможно, вынуждена будет расстаться еще с 10–15% воинских частей и подразделений. При такой численности вооруженных сил придется довольствоваться менее амбициозной версией стратегии переориентации на Азиатско-Тихоокеанский регион, чем та, что сформулирована в январе 2012 года.

Если, с другой стороны, Конгресс откажется снижать темпы роста заработной платы и льгот, на чем настаивает Пентагон, армию нужно будет сокращать лишь через несколько лет действия лимитированных бюджетных расходов по АКБ, но сразу на 25% по сравнению с той численностью, которую Пентагон сегодня надеется сохранить. На этом уровне финансирования понадобится гораздо более сдержанная стратегия. Придется отказаться от попыток реформировать правительства остального мира по американскому образу и подобию и ограничиться защитой более узкого круга интересов, связанных с национальной безопасностью, включая защиту суверенитета и территориальной целостности страны, безопасности ее жителей и позицию относительной силы. Сдержанность будет означать вступление в войну лишь в том случае, когда под угрозой окажется узко определенный круг интересов национальной безопасности или возникнет угроза безопасности американских союзников. Возможно, это не тот курс, который предпочли бы в администрации Обамы, но это стратегия, которую они вынуждены будут принять, если не договорятся с Конгрессом об отказе от обязательных бюджетных сокращений.

Восстановление равновесия

Как только правительство согласует оптимальную для страны стратегию, ему придется перестроить армию в соответствии с избранным курсом. Оборонное ведомство окажется перед важным выбором: от чего отказаться, что сохранить и что добавить. Ограниченность ресурсов вынудит пойти на компромисс и пересмотреть соотношение действующих и резервных подразделений и структуру вооруженных сил, сделав акцент на модернизации и повышении боеготовности.

Если Белый дом и Пентагон действительно хотят, чтобы Соединенные Штаты уделяли больше внимания Азиатско-Тихоокеанскому региону, как они утверждают, имеет смысл больше средств выделять военно-морским силам, поскольку войны в этом регионе, скорее всего, будут вестись не на суше, а на море. Более того, американской армии понадобится существенно меньше сухопутных подразделений, если США планируют избегать операций по стабилизации обстановки и подавлению мятежей наподобие тех, что проводятся в Афганистане и Ираке и требуют значительного контингента сухопутных войск на ротационной основе. Именно это имел в виду Хейгел, когда докладывал об ОСВУ в июле 2013 года. Однако Хейгелу будет трудно выполнить эту рекомендацию на практике. По крайней мере с 1970-х гг. Пентагон распределял бюджетное финансирование между разными родами войск по одной и той же формуле. В процентном отношении средства, выделяемые сухопутным силам, ВМС, ВВС, морским пехотинцам, редко менялись более чем на один процент в разные годы. Изменение соотношения разных родов войск будет политически трудно осуществимой задачей. Например, в 2001 г. министр обороны Дональд Рамсфельд дал обширное внутреннее интервью о стратегии Пентагона. После распространения слухов о том, что он хотел сократить силы наземного базирования, чтобы высвободить средства для ВВС, космических систем и ракетной обороны, армия и видные конгрессмены дали ему отпор. В письме Рамсфельду 82 конгрессмена предостерегли его от сокращения сухопутных сил, и распределение бюджетных средств между разными родами войск не изменилось.

Но с учетом грядущего сокращения и заявленной стратегии политикам придется смириться с меньшей по размеру армией. Если же Пентагон и дальше будет распределять средства по прежней схеме, ему будет трудно убедить американцев, что он действительно намерен изменить баланс сил, отказавшись от длительных наземных операций и сместив акцент в направлении Азии.

Приводя наземные силы в соответствие с финансовыми реалиями, официальные лица поступят мудро, если отнесутся более чем благосклонно к резервному компоненту, который включает Национальную гвардию и резервистов. При развертывании резервные силы стоят не меньше действующей армии, но в мирное время они обходятся на порядок дешевле. И при этом они могут быть не менее эффективны. До 2001 г. резервные американские части были не так хорошо оснащены и хуже готовы к выполнению боевых задач, чем регулярные войска, но все изменилось в Афганистане и Ираке. Армия инвестировала немалые средства в резервистов, снабдив их новой боевой техникой, а также укомплектовав и обучив резервные части для многократного развертывания на театре военных действий. В результате сегодня части национальной гвардии и армейского резерва лучше экипированы и готовы к боевым действиям, чем в любое другое время со времен Второй мировой войны.

Если американское правительство серьезно настроено избегать долгих войн, требующих многочисленных призывов резервистов, резервные силы окажутся экономичной альтернативой поддержанию высокой готовности регулярных частей. Даже если после того как забудется опыт, накопленный в Афганистане и Ираке, готовность резервистов снизится до уровня 11 сентября, все равно их можно будет подготовить к войне за год или меньше. И если бюджетные ассигнования на сухопутные войска будут снижены более радикально, чем финансирование других родов войск, то перенесение акцента на резервистов позволит армии избежать резкого уменьшения количественного состава, чего так опасаются противники сокращения сухопутных сил. Если резервные части сохранятся в нынешнем составе, армия сможет сохранить на 150 тыс. солдат больше, нежели в том случае, если резервы будут сокращены так же резко, как и регулярные части.

Благосклонное отношение к резервистам не должно вызывать каких-то проблем или нареканий, в отличие от смещения акцента на военно-морские силы. Если министр обороны предложит сохранить части Национальной гвардии и резерва за счет регулярных войск, то командующие регулярными войсками, вне всякого сомнения, начнут громко возмущаться. Но Конгресс, скорее всего, встанет на сторону министра. У Национальной гвардии есть влиятельные защитники в обеих палатах, заседающих на Капитолийском холме, и история подсказывает, что регулярные войска проиграют, если дело дойдет до выяснения отношений. Даже умеренное прошлогоднее предложение сократить 5 тыс. должностей в Национальной гвардии ВВС встретило ожесточенное сопротивление: в итоге законодатели позволили сократить только тысячу военнослужащих.Степень готовности

Если говорить в более общем плане, то Пентагону предстоит принять важные компромиссные решения относительно структуры вооруженных сил, их модернизации и боеготовности. В ОСВУ Министерство обороны исследовало два варианта: сохранение более многочисленного общего состава при снижении расходов на переоснащение армии новой техникой или сокращение общего состава для высвобождения средств на модернизацию. При первом варианте численность вооруженных сил и их присутствие сохраняются для выполнения текущих задач; второй вариант предполагает меньшую численность вооруженных сил, но их более качественное оснащение.

С учетом резких бюджетных сокращений по АКБ лучший выбор – это поэтапный подход: поначалу диспропорциональное снижение расходов на модернизацию при одновременном сокращении численности вооруженных сил до уровня, который можно реально поддерживать на протяжении длительного срока, а затем увеличение закупок техники до уровней, необходимых для переоснащения оставшихся частей. К сожалению, в ОСВУ боеготовность не рассматривалась как компромиссный элемент, который можно сознательно обменивать на численность регулярных частей или уровень модернизации. Вместе с тем целенаправленная корректировка боеготовности могла бы высвободить денежные средства для разных родов войск и их оснащения, не нанося ущерба эффективному выполнению армией ее миссии.

Поэтапный подход к численности и модернизации вооруженных сил имеет смысл в современном мире, где войны между крупными державами маловероятны, а Соединенные Штаты по-прежнему имеют подавляющее военное превосходство. Замедление темпов развития и закупок в течение двух-трех лет также даст руководителям разных родов войск время для обдумывания более дешевых альтернатив нынешним планам модернизации – например, увеличение срока службы имеющейся техники или выбор в пользу материально-технического обеспечения по хорошо понятным технологиям. Политики часто ассоциируют любое падение боеготовности с 1970-ми гг., когда солдаты были вынуждены сами покупать себе тренировочные ботинки, потому что армейские запасы закончились, а самолеты приходилось сажать из-за отсутствия запасных болтов на борту. Они боятся, что снижение боеготовности может означать необходимость пережить первые месяцы после секвестра оборонного бюджета в 2013 г., когда пришлось резко отменять приказы по развертыванию боевых кораблей, в последний момент сажать на землю эскадрильи истребителей и отменять намеченные боевые учения. Но поддержание полной боеготовности армии стоит немалых денег, которые могут быть потрачены на другие безотлагательные нужды, и имеются веские основания для отказа от сиюминутной готовности к выполнению военной миссии в обмен на сохранение большей численности войск или их оснащение современной техникой. Тщательно спланированное и целенаправленное снижение боеготовности позволило бы избежать серьезных сбоев и послужить стратегическим целям.

Фактически армия и ВМС уже негласно экспериментируют со степенью своей готовности. Например, армия планирует полностью укомплектовать и оснастить только те части, которые готовятся к развертыванию в ближайшее время, оставляя в состоянии меньшей готовности те, которые должны быть отправлены на передовую позже. По словам адмирала Джонатана Гринерта, начальника военно-морских операций, ВМС также рассматривают варианты «коррекции готовности сил, которые не планируют в ближайшее время выдвигаться на передовую». Подобные меры могли бы высвободить финансы для изменения структуры вооруженных сил и их модернизации. И армия способна пойти еще дальше, чем она уже сделала, пойдя на дополнительное сознательное и целенаправленное снижение уровня боеготовности. Например, ВМС могли бы перевести некоторые корабли в запас и присвоить им резервный статус. Можно резко сократить рядовой и сержантский состав в избранных боевых бригадах и частях, оставив лишь основных офицеров и персонал, нанимаемый для обучения бригад и руководства ими. В то же время при первой необходимости эти бригады могли бы быть полностью укомплектованы. При тщательном планировании подобные действия обеспечили бы более сильную и устойчивую армию, чем в случае вывода с боевого дежурства целых кораблей и бригад. Но чтобы санкционировать подобные действия, нужны официальные лица, которые перестанут подсознательно ассоциировать снижение боеготовности с недостаточно укомплектованными войсками в прошлые эпохи.

Более умное сокращение

Каким бы ни был выбор руководителей оборонного ведомства в отношении структуры вооруженных сил, их модернизации и боеготовности, чтобы вписаться в лимитированный бюджет АКБ, придется существенно ограничить военный и гражданский персонал армии. Самый быстрый и дешевый способ – это остановка нового набора, и Пентагон действительно распорядился заморозить наем гражданских лиц в армию.

Хейгел в письме к Конгрессу по поводу секвестра 2014 г., написанному в июле 2013 г., предрекает ту же судьбу воинскому призыву. Но «быстро и дешево» может означать серьезные проблемы в будущем, поэтому армии следует умно подходить к сокращению персонала, осуществив это равномерно по всем родам войск. В первые дни сокращения армии после окончания холодной войны ВВС урезали набор и подготовку новых летчиков примерно на две трети, а спустя несколько лет недоумевали, почему не хватает летчиков среднего офицерского состава. В тот же период сухопутные войска пошли на резкое сокращение ежегодного набора молодых офицеров, а затем страдали от нехватки капитанов. Еще через 10 лет оказалось, что в армии недостает майоров. Для восполнения этой нехватки в 2005 г. почти все капитаны были повышены в звании до майора. Военные высмеяли этот шаг, охарактеризовав его как программу «устранения капитанов». В то же время 90% всех майоров получили повышение и стали подполковниками.

Снижение требований к кандидатам на повышение в звании плохо сказывается на качестве офицерского корпуса. Армия может позволить себе непропорционально замедлить набор на год или два, но если набор будет сокращен на более длительный срок, это приведет к аналогичным проблемам. Чтобы избежать подобной перспективы, Пентагон должен сокращать персонал понемногу на всех уровнях воинской иерархии. Для гражданских лиц, работающих в военном ведомстве, это означает ликвидацию рабочих мест на среднем, старшем и младшем уровнях. Для служащих в погонах – жесткое навязывание системы стимулирования продвижения по службе типа «повышение или увольнение» вкупе с сокращениями и добровольными отступными. Поначалу избавление от «лишнего» персонала связано с большими издержками: побуждение сотрудников к добровольной отставке требует финансовых стимулов, а принудительное увольнение сопряжено с расходами на пособие по безработице и переквалификацию. Военное руководство справедливо указывает на то, что эти счета будут отбирать фонды, необходимые для структурной перестройки вооруженных сил, их модернизации и повышения боеготовности, которые они надеются сохранить.

Тем не менее ради долгосрочного здоровья армии Пентагон должен пойти на некоторые краткосрочные компромиссы. Например, еще больше притормозить темпы плановой закупки военной техники и оборудования и на время понизить уровень готовности некоторых частей. Поскольку необходимо быстро уменьшить численность вооруженных сил, чтобы вписаться в лимит АКБ, увольнение персонала и компенсационные сокращения в других областях должны продлиться лишь несколько лет. Однако выгоды от этих сокращений во всех родах войск будут давать о себе знать несколько десятилетий.

Скуднее и скупее

Белому дому, Министерству обороны и Конгрессу предстоит сделать непростой выбор в отношении бюджетных сокращений. От их решений будет зависеть численность, состояние, оснащение и боеготовность армии в течение следующих десятилетий. Сокращения, требуемые по АКБ, уже изменили армию: достаточно упомянуть о предоставлении гражданским специалистам отпусков без сохранения содержания, замораживании набора в армию, обнулении бюджета на дорожные расходы, кораблях, не покидающих порт.

И все же официальные лица надеются, что политическое чудо спасет Пентагон от бюджетного топора. Но надежда на такой исход невелика. Даже если АКБ в конечном итоге спустят на тормозах или сделают более обтекаемым, министерству в будущем придется гораздо туже затянуть пояса в финансовом смысле, чем в предыдущие 15 лет. Чем раньше оно сделает жесткий выбор, тем лучше для него.

До недавнего времени перемены давались с трудом. Министру обороны и высокопоставленным чинам Пентагона легче отложить важные решения, чем оправдываться перед армией или вступать в полемику с начальниками действующих подразделений по поводу причитающейся каждому из них доли оборонного бюджета.

Руководителям разных родов войск будет трудно объяснить своим подчиненным – среднему и старшему офицерскому составу, – почему страна больше не нуждается в их услугах. Ведь в свое время эти люди откликнулись на призыв родины! Законодателям будет трудно следить за долгосрочным здоровьем армии как общественного института, когда группы ветеранов шлют массовые запросы по электронной почте о стоимости здравоохранения для военных в ближайшее время. Несколько месяцев секвестра продемонстрировали, как опасно все пускать на самотек. С учетом того, что война в Афганистане почти закончилась, пора принимать решения. Если правительство и дальше станет откладывать проблему в долгий ящик, страна получит армию, которая будет заметно сокращаться из года в год под бременем растущих расходов на персонал, будет способна моментально приступать к боевым действиям, но окажется слишком мала и неправильно организована для выполнения важных миссий, а также начнет страдать от нехватки офицеров среднего звена, способных обучать младший офицерский и сержантский состав.

Альтернативой этому может стать контроль над расходами на персонал, акцент на стратегическое планирование, перестройка вооруженных сил для выполнения будущей миссии в Азии, разумное соотношение между регулярными частями и резервистами, готовность к выполнению текущих задач и равномерное сокращение персонала на всех уровнях и в разных родах войск. Если все это будет сделано, американская армия останется могущественной силой, пусть и не такой многочисленной, как сегодня.

Содержание номера
Дипломатия и новые времена
Фёдор Лукьянов
Внешняя политика по-новому
Конец лицемерия
Генри Фаррелл, Марта Финнемор
Однобокая держава
Сергей Караганов
Всесильно, ибо верно?
Андрей Цыганков
Вместе или порознь?
Такие разные интеграции
Сергей Глазьев
Тупик XVII века
Андрей Никитченко
Хватит кормить кого?
Сергей Маркедонов
Старый добрый Свет?
Как сделать Европу надежным тылом
Тимофей Бордачёв, Татьяна Романова
Безопасность по сходной цене
Оборона на диете
Мелвин Леффлер
Согласие на экономию
Синди Уильямс
Вектор перемен
Извилистый путь в будущее
Леонид Григорьев
Производство возвращается домой
Пьера Маньятти
Народы и отношения
Размышления об общности
Майкл Рывкин
Как провожают пароходы
Дмитрий Стрельцов
Политическая биология
Как удержать науку в надёжных руках
Рональд Ноубл
Дивный новый мир биологии
Лори Гаррет