04.06.2020
Российская ядерная доктрина: необходимая прозрачность
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Василий Кашин

Кандидат политических наук, старший научный сотрудник Центра комплексных европейских и международных исследований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН.

Аффилиация

SPIN РИНЦ: 3480-3664
ORCID: 0000-0001-9283-4528
Researcher ID: A-9102-2017

Контакты
Вероятной причиной публикации Основ ядерной политики России является признание Москвой неизбежности распада существующих механизмов контроля над вооружениями и возвращения мировой политики в этой сфере к временам анархии 1950–1960-х годов. Фактически ситуация может быть ещё хуже, чем в первые десятилетия холодной войны.

Журнал «Россия в глобальной политике» совместно с Центром комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики» продолжает серию статей об изменениях на международной арене.

Указ об Основах государственной политики России в сфере ядерного сдерживания, подписанный Владимиром Путиным 2 июня, содержит несколько принципиальных новшеств для российской ядерной политики.

Прежде всего, новым является сам факт публикации отдельного доктринального документа, специально посвящённого ядерному сдерживанию. До этого соответствующие вопросы затрагивались в Военной доктрине России. Однако вышедший документ рассматривает их отдельно и гораздо более подробно.

Например, в российской военной доктрине (п.22) говорится, что «Российская Федерация оставляет за собой право применить ядерное оружие в ответ на применение против неё и (или) её союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в случае агрессии против Российской Федерации с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства».

Подобная формулировка повторялась в военных доктринах в практически неизменном виде с 2000 года. В пункте 19 Основ политики в сфере ядерного сдерживания добавлены два новых условиях для применения ядерного оружия: «поступление достоверной информации о старте баллистических ракет, атакующих территории Российской Федерации и её союзников», а также «воздействие противника на критически важные военные и государственные объекты, вывод которых из строя приведёт к срыву ответных действий ядерных сил».

Возможность применения ядерного оружия по данным системы предупреждения о ракетном нападении упоминалась ранее в заявлениях российского руководства, в том числе Владимира Путина. Возможность применения ядерного оружия в ответ на некое «воздействие», очевидно, на систему управления, суть которого не раскрывается (следовательно, теоретически речь может идти о кибератаке, постановке помех и диверсионных действиях) является новшеством.

Среди опасностей, которые влияют на российскую политику в сфере ядерного сдерживания указывается развёртывание на сопредельных территориях сил потенциального противника, имеющих в своём составе средства доставки ядерного оружия, а также развёртывание потенциальным противником ракет средней и меньшей дальности, гиперзвукового и высокоточного неядерного оружия, ударных беспилотников и оружия направленной энергии.

В обоих случаях упомянуты государства, рассматривающие Российскую Федерацию в качестве потенциального противника, что – как минимум на уровне риторики – выводит из списка стран, в отношении которых осуществляется ядерное сдерживание, Китай.

При этом принимается во внимание размещение потенциальным противником ударных вооружений на территориях других стран. Это, очевидно, призвано служить предупреждением государствам, которые позволят размещение на своей территории американских ракет средней и меньшей дальности, систем ПРО и других видов оружия, вызывающих озабоченность у Москвы. Важным задекларированным принципом является неопределённость для вероятного противника времени, масштаба и места применения сил ядерного сдерживания.

Отдельного рассмотрения требует вопрос о выбранном Россией времени для публикации своего первого отдельного документа в ядерной сфере. Россия не обнародовала подобных документов в первые годы после начала украинского кризиса, когда отношения с США катились под откос. Да, тогда пересматривалась военная доктрина, но её «ядерные» параграфы не претерпевали серьёзных изменений.

Сейчас отношения с Соединёнными Штатами уже прошли период резкого ухудшения. Они стабилизировались, пусть и на крайне низком уровне и, по преобладающим прогнозам, останутся на этом уровне надолго. Серьёзных новостей в них не ожидается.

Вероятной причиной публикации документа является признание Москвой неизбежности распада существующих механизмов контроля над вооружениями и возвращения мировой политики в сфере стратегических вооружений к временам анархии 1950–1960-х годов.

Фактически ситуация может быть ещё хуже, чем в первые десятилетия холодной войны. В ту эпоху существовало две ядерных сверхдержавы, а теперь к ним имеет шансы добавиться третья – Китай. По американским оценкам, китайские ядерные силы (которые сейчас, по большинству оценок, примерно равны французским – в районе 300 боеголовок) по меньшей мере удвоятся до 2030 г., но реальный рост китайского потенциала может быть куда более значительным. США способны ответить на новую ситуацию резким наращиванием своих ядерных сил, используя собственные уникальные экономические и технические преимущества.

В отсутствие перспектив сохранения контроля над вооружениями внесение максимальной прозрачности в собственные взгляды на роль ядерного оружия в обеспечении национальной безопасности становится необходимым. Это позволяет снизить уровень неопределённости сейчас и задать рамку для диалога по данной тематике в будущем.

Сохранится ли запрет на ядерные испытания?
Иван Сафранчук
В США активно заговорили о возможности возобновления ядерных испытаний: вот уже две недели утечка за утечкой, что якобы идут такие дискуссии. Мы в этой связи вспомнили статью из нашего давнего архива – очень в тему и совсем не устаревшую.
Подробнее