16.08.2021
Орёл аварийно приземлился: коллапс американского превосходства и победное возвращение «Талибана»
Мнения
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Илья Фабричников

Член Совета по внешней и оборонной политике, коммуникационный консультант.

Как же так получилось, что державшаяся в течение двадцати лет на американских штыках центральная афганская власть «сточилась» буквально за два с половиной месяца? Как так получилось, что пять из семи корпусов афганской армии не явились на войну? Есть ли в этом чудовищном провале вклад американских военных и разведки?

Никаким другим эпитетом, кроме «триумфальный», реставрацию движения «Талибан»[1] во главе Афганистана описать невозможно. Строго как мы и говорили: стоило только американским частям свернуться и отправиться домой, афганская власть, силовые, административные и военные структуры начали стремительно осыпаться. Даже в наших самых смелых прогнозах мы не предполагали, что афганская центральная власть окончательно рухнет в середине августа. Если на первых порах Кабул хотя бы на словах демонстрировал способность к сопротивлению, отражению наступательных операций талибских отрядов, управлению подведомственными территориями, то с первых чисел июля, когда талибы стали ставить под свой контроль провинцию за провинцией, административный и силовой аппарат центральной власти начал испаряться, как дым. Талибы тем временем в рамках своих дипломатических гастролей последовательно провели переговоры с Москвой, Тегераном и Пекином. И, видимо, в каждой из столиц давали определенные гарантии соблюдения стратегических интересов ключевых региональных игроков. Можно лишь спекулировать, что это были за гарантии, но, к примеру, в случае с Москвой допустимо предположить, что это были обязательства не предпринимать попыток проникновения в среднеазиатские страны СНГ, а также бороться с наркотрафиком, Пекину могли пообещать неприкосновенность наземных транзитных маршрутов в сторону Ирана, Тегерану – спокойствие на ирано-афганской границе и борьбу с контрабандистами.

В Кабуле прекрасно понимали, что ключи от мирного урегулирования и договорённостей с талибами лежат в Дохе и Исламабаде, именно поэтому группа политических тяжеловесов, уже двадцать лет безраздельно властвовавших в афганской политике (Абдулла, Мохакек, Дустум, Хекматияр и ряд других), предприняла марш-бросок в Катар для проведения переговоров с политическими представителями движения, а заодно и для того, чтобы договориться о символическом перемирии на период Ид аль-Адха (Курбан-Байрама). На что талибы не пошли, не собираясь давать кабульским властям даже минимальную передышку. С 19 июля события приняли необратимый, лавинообразный характер. Судорожные попытки Гани лично договориться с Исламабадом о том, чтобы пакистанская Межведомственная разведка ISI повлияла на темпы наступления «Талибана» привели к обратному результату: видимо, в пакистанском руководстве поняли, что правительство Гани не способно удержать власть и договариваться с ним решительно не о чем.

Советник президента Афганистана по безопасности Хамдулла Мохиб: Нам не нужно заменять одну сверхдержаву другой
Хамдулла Мохиб, Фёдор Лукьянов
Джозеф Байден объявил, что операция в Афганистане завершится 31 августа. Талибы уверены, что их возвращение к власти в Кабуле – вопрос ближайшего времени. Кто станет наиболее важным внешним партнёром Афганистана в сфере безопасности? Об этом и многом другом в интервью, подготовленном для передачи «Международное обозрение», рассказал Фёдору Лукьянову советник президента Афганистана по безопасности Хамдулла Мохиб.
Подробнее

Судите сами: со 2 августа под контроль «Талибана» последовательно перешли Сарандж, Шеберган, Сари-Пуль, Кундуз, Талукан, Пули-Хумри, Файзабад, Газни, Герат, Кандагар, Лашкар-Гах, Асадабад, Мазари-Шариф – все ключевые провинциальные столицы. Тем самым талибы подтвердили собственный же переговорный тезис о том, что на момент начала вывода американских войск из Афганистана они контролировали 70 процентов афганских уездов.

Но как же так получилось, что державшаяся в течение двадцати лет на американских штыках центральная афганская власть «сточилась» буквально за два с половиной месяца (июнь, июль и первая половина августа)? Как так получилось, что пять из семи корпусов афганской армии, которая насчитывала 300 тысяч человек, вооружённых артиллерией, танками, вертолётами и даже истребительной авиацией (контрпартизанскими самолетами Embraer EMB 314 Super Tucano), не явились на войну, растворившись среди соотечественников? Как так произошло, что оставленное американцами вооружение: вертолёты, «хамви», грузовики практически без сопротивления оказывались в распоряжении инсургентов? И есть ли в этом чудовищном провале вклад американских военных и разведки?

Если и есть, то косвенный. Не стоит вешать всех собак на американское военно-политическое руководство. Собственно, это самое руководство решало там свои собственные задачи, которые по большому счёту сводились к сохранению устойчивости ситуации и целенаправленной «работе» по странам Средней Азии.

В частных разговорах представители американского посольства не стеснялись говорить о том, что их задача состояла в создании давления на «мусульманские» регионы России, а также на ограничение влияния Китая на территорию Афганистана.

С точки зрения афганской политики американцы никогда не скрывали того, что для них приоритетным оставалось удержание Кабула и провинциальных столиц, а что там творилось на остальных территориях, их волновало мало. Но в целом, если бы не американское влияние, кабульская администрация рухнула бы гораздо раньше 2021 года.

Основная и непосредственная вина в сегодняшнем коллапсе афганской центральной власти лежит целиком на президенте Ашрафе Гани и его непосредственных подчинённых. Дело в том, что (теперь уже бывший) президент Гани преследовал две цели: обеспечить доминирующее влияние пуштунов на внутриполитическую повестку (исключив из процесса другие афганские народности – таджиков, узбеков и хазарейцев) и не допустить сокращения американской силовой и финансовой поддержки, замкнутой на «офис президента». Для этого были хороши любые средства: Главное управление национальной безопасности Афганистана было в большей степени ориентировано на то, чтобы следить за политическими соперниками Ашрафа Гани, держать подальше от афганской политики «старых моджахедов» и бывших полевых командиров «Северного Альянса». Афганские источники в 2018 г. утверждали, что для этой цели кабульская администрация не гнушалась договорённостями с отдельными талибскими полевыми командирами (к примеру, проводившими время от времени этнические чистки в районах компактного проживания хазарейцев), «перекраиванием» предвыборных округов для того, чтобы исключить влияние этнического фактора на результаты президентских выборов в 2019 г., которые обеспечили безоговорочную победу Гани (тут вспоминается апокрифическая фраза, приписываемая Сталину и Наполеону III: «Неважно, как проголосуют, важно, как посчитают»). Стоит вспомнить также и бесконечное маневрирование Ашрафа Гани с целью не допустить в афганскую политику влиятельных этнических лидеров, за которыми стояли как многочисленные вооружённые отряды, так и этнические партийные структуры: «Хизб-э Вахдат», «Хизб-э Ислами», «Вахдат-э Ислами», «Джунбеш-э Милли» и многие-многие другие. Американцы, англичане и французы активно потакали попыткам Гани ликвидировать любую значимую оппозицию, рассчитывая на постепенную пуштунизацию страны, которую было бы куда легче контролировать. Гани же тем временем возлагал особые надежды на то, что американский спецназ и авиация будут держать талибов подальше от Кабула и провинциальных столиц.

Стоит напомнить также и тот факт, что правительство Гани не особо стремилось выстраивать отношения с ключевыми региональными игроками, предпочитая ориентироваться только на американцев. Так, бывший посол Афганистана в России Абдул Каюм Кучай (родной дядя президента Гани) предпочитал занимать последовательную антироссийскую позицию в части поддержки и развития контактов с представителями российской политики, гражданского общества, ключевыми сотрудниками МИД РФ. Тем более удивительными выглядели судорожные попытки президента Гани установить доверительные контакты с российским руководством по линии МИД и Совбеза в июне 2021 г. через советника по национальной безопасности Хамдуллу Мохиба. Москва явно не оценила такой внезапной пылкости: встреча Мохиба с секретарем СБ РФ явно окончилась ничем – афганскому представителю не удалось донести до российского руководства причину своего внезапного стремления к двухстороннему диалогу.

Но как же так получилось, что талибы молниеносно захватили территорию страны? Уже не год и не два было известно: в подавляющем большинстве уездов действуют так называемые «ночные администрации» «Талибана», которые по сути своей были альтернативными управленческими и административными структурами, подменявшими собой недееспособных представителей центральной власти, успешно контактировали с дислоцированными на территориях военными частями, представителями госбезопасности и этническими лидерами. И стоило только случиться «часу Ч» (наступлению талибов), они вышли на авансцену, обеспечили гарантии неприкосновенности и плавный транзит полномочий. Проще говоря, к приходу «Талибана» в отдалённых провинциях всё уже было подготовлено, а достаточно нейтральные взаимоотношения центральной власти и инсургентов позволили последним в нужный момент выйти на авансцену и взять власть.

Была ли власть талибов получена при молчаливом согласии американцев? Такое вполне возможно допустить: несмотря на то, что США грозили использовать американские ВВС для помощи афганским властям в противостоянии с талибами, за последние пару месяцев можно по пальцам двух рук пересчитать, когда американцы приходили на помощь афганским спецподразделениям, действовавшим против талибов, американские войска уходили, буквально бросая оборудование и транспорт, без предупреждения союзников.

Фактически правительство Гани бросили на произвол судьбы, как не оправдавшее надежд к способности удержания власти. Недаром и сам новый президент США и многочисленные члены его администрации подчёркивали – с момента вывода американских войск всё, что происходит в Афганистане, является предметом ответственности Кабула.

Их в этом сложно винить: логика вывода войск из бесперспективной военной кампании в Афганистане была заложена предыдущим президентством в попытках максимально осложнить внешнеполитическую повестку демократической администрации.

Единственное, чего старательно пытались избежать в администрации Байдена – это картинок поспешной эвакуации американских дипломатов из Кабула. Таких картинок, которые бы создали неудобные аллюзии на спешный вывоз посольства из Сайгона в 1975 году. Пока что американцам это в целом удаётся, несмотря на алармистские репортажи из афганской столицы. Хотя избежать аналогий очень сложно: кадры хаоса в аэропорту имени Хамида Карзая уже обошли все новостные ленты. Но США тут как бы ни при чем – ситуация усугубляется, и Госдеп (а также иные американские структуры) действует в рамках своих протоколов безопасности: обеспечить вывоз дипломатов, уничтожить посольские архивы. А после этого хоть потоп. Тем временем все разговоры об эвакуации афганских помощников американской оккупационной администрации как бы забыты.

Открытым остаётся вопрос, как этой ситуацией воспользуется республиканское меньшинство в Сенате и Конгрессе США. Будут ли они раскачивать повестку, заявляя о том, что американская армия, дипломатия и разведка потерпели, благодаря Байдену, сокрушительное поражение в самой протяжённой военной кампании в истории Америки? Или же это будет плавно спущено на тормозах? Развитие событий покажет. Отдельные голоса в пользу этого сценария уже раздаются из верхней палаты американского парламента, но делать выводы пока рановато. Нас же больше интересует, как будут развиваться события в самом Афганистане в ближайшем времени.

Приход талибов не означает консолидацию власти в стране. Талибы не представляют из себя монолитной военной организации – это разрозненные (хоть и крупные) отряды, объединённые по племенному признаку. Да, они продемонстрировали удивительную способность к координации в рамках своего наступления на подчиненные Кабулу части. Вот только способность «политического офиса» в Катаре или пакистанских оперативников в рядах талибских отрядов влиять на дальнейшее развитие ситуации остаётся открытой. Те, кто сегодня взял Кабул и вошёл в президентский дворец, совершенно не обязательно тождественны тем, кто сможет предотвратить этнические чистки или проводить провокации против стран СНГ, с которыми граничит Афганистан.

Сегодняшняя эйфория от захвата Кабула и президентского дворца в рядах инсургентов завтра сменится пониманием того, что страну населением в более чем 30 млн человек нужно как-то кормить. Вот только как?

Последние двадцать лет ежегодно по несколько миллиардов в скудный госбюджет Афганистана вкладывали США. Причём эти средства шли в основном на финансирование армии и силовых структур. Откуда деньги будет брать администрация, состоящая из талибов, которые сегодня взяли всю полноту власти в Афганистане и которым из внешних влиятельных игроков никто ничего не обещал, вопрос открытый.

В этом смысле история Афганистана очень поучительна для любых других американских сателлитов, безоговорочно действующих в фарватере американской внешней политики, ведь, как показывает практика, при малейших признаках изменения ситуации их просто оставят за бортом.

Повод для стратегического пессимизма
Илья Фабричников
Для России возможное безраздельное воцарение талибов в Афганистане сегодня представляет собой вызов, возможно, даже более серьёзный, чем Украина. С той разницей, что Афганистан уже долгое время не занимал значимого места в перечне отечественных внешнеполитических приоритетов и приложения усилий.
Подробнее
Сноски

[1] Запрещено в России.

Нажмите, чтобы узнать больше