Удары, нанесённые Израилем и Соединёнными Штатами по Ирану, в сочетании с ответными действиями Ирана против государств Персидского залива оказали глубокое влияние на БРИКС.
Некоторые аналитики справедливо отметили возникновение в ней кризиса, непосредственно обусловленного враждебностью между Ираном и Объединёнными Арабскими Эмиратами (ОАЭ), а в более широком смысле – неспособностью группы разрешить этот конфликт. В этом контексте председательство Индии в БРИКС играет ключевую роль в попытке нормализовать отношения внутри блока. Однако готова ли Индия принять этот вызов?
В ближайшей перспективе главный кризис, с которым сталкивается БРИКС, связан с отношениями между ОАЭ и Ираном. По словам дипломатов, близких к переговорам, всё более ожесточённый обмен взаимными обвинениями между двумя странами парализует прогресс в повестке дня БРИКС на уровне шерп. Впервые в истории группы существует реальная вероятность того, что предстоящий в сентябре саммит не приведёт к принятию итоговой совместной декларации. Если декларация всё же будет принята, она, скорее всего, окажется крайне общей и поверхностной и будет избегать спорных вопросов, которые были открыто затронуты в Рио-де-Жанейрской декларации в прошлом году.
Первоначальная «пятёрка БРИКС» сблизилась благодаря двум общим основам: защите многополярности и стремлению к развитию. Акценты у государств-членов менялись с течением времени, но в конечном итоге Китай и Россия стали делать упор на многополярность, в то время как Бразилия, Южная Африка и Индия отдают приоритет развитию с опорой на диверсификацию партнёрских отношений. Поскольку эти отношения завязываются также со странами коллективного Запада, члены БРИКС обычно характеризуют группу как «незападную», а не «антизападную». Некоторые аналитики называют такие государства «колеблющимися», но эта характеристика выглядит преувеличенной: до недавнего времени партнёрства с западными странами оставались гибкими и не угрожали фундаментальным ценностям БРИКС. Например, в 2012 г. Бразилия вполне могла одновременно укреплять и свою роль в БРИКС, и двусторонние связи с Соединёнными Штатами.
Однако в последние годы характер альянсов, которые ряд членов БРИКС поддерживает с внешними государствами, коренным образом изменился. Наиболее важные для понимания нынешнего кризиса случаи связаны с ОАЭ и Индией. ОАЭ стали первым государством Персидского залива, подписавшим «Соглашения Авраама», заключённые при посредничестве США в 2020 году. Нормализация отношений между монархиями Персидского залива и Израилем способствовала стратегической цели США – политической и военной изоляции Ирана. Соединённые Штаты санкционировали продажу истребителей F-35 Эмиратам, а Абу-Даби начал развивать сотрудничество с Израилем, кульминацией которого стал рост двусторонней торговли до 14 миллиардов долларов к 2026 году. Впрочем, как это часто бывает при взаимодействии с Вашингтоном, поставка F-35 впоследствии была заморожена из-за вызванных подозрениями относительно военных связей между ОАЭ и Китаем требований США о технологических гарантиях. Тем не менее в ходе недавней войны отношения между ОАЭ и Израилем дополнительно укрепились. Во время конфликта премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху направил в ОАЭ военнослужащих для эксплуатации зенитной батареи «Железный купол», защищающей Эмираты от иранских ударов. По сообщениям американских СМИ, этот альянс подтолкнул Абу-Даби к началу тайных военных ответных действий против Ирана, что опасно приблизило эскалацию к выходу из-под контроля. Нынешний тупик в политических переговорах БРИКС является прямым и очевидным следствием такой геополитической обстановки.
Заняв пост председателя группы в 2026 г., Индия имеет все возможности для того, чтобы сыграть ключевую роль в урегулировании этого спора. Однако внешняя политика Нью-Дели, основанная на диверсификации альянсов, похоже, достигла своих структурных пределов.
В течение многих лет Индия вкладывалась в дипломатические связи, призванные укрепить её позиции в региональных спорах и статус будущей мировой державы. Ещё до прихода к власти нынешней администрации Индия сотрудничала с США в области гражданской ядерной энергетики и активно участвовала в Четырёхстороннем диалоге по безопасности и развитию (Quad) ради противостояния Пакистану и Китаю. Это не мешало ей развивать связи со странами мирового большинства и использовать БРИКС как важный канал для получения ощутимых результатов там, где не работали традиционные многосторонние институты. Однако в последнее время альянсы Индии накладывают на неё обширные обязательства, которые ограничивают её стратегическую автономию.
В 2023 г. запуск экономического коридора «Индия – Ближний Восток – Европа» (IMEC), объявленный во время председательства Индии в G20 и финансируемый G7, объединил Индию, ОАЭ и Израиль в рамках общей знаковой инициативы. В начале 2026 г. Индия официально присоединилась к возглавляемой США инициативе Pax Silica, которая также предполагает активное участие Объединённых Арабских Эмиратов и Израиля. Сближение Quad и Pax Silica было официально оформлено в Нью-Дели в мае 2026 г. с принятием Рамочной программы Quad по критически важным минералам, которая предусматривает привлечение 20 миллиардов долларов для совместных предприятий. Эта программа обеспечивает целостность контролируемых США в рамках парадигмы Pax Silica цепочек поставок сырья для производства полупроводников и чипов искусственного интеллекта.
Пересечение этих стратегических инициатив способствует укреплению оси Индия – ОАЭ – Израиль. Оглядываясь назад, можно сказать, что это сближение частично объясняет активную поддержку Индией вступления ОАЭ в БРИКС в 2023 году. Оно также проливает свет на рискованный визит премьер-министра Нарендры Моди к Нетаньяху в феврале 2026 г., всего за два дня до начала боевых действий против Ирана.
В нормальных геополитических условиях партнёрство ОАЭ и Индии с Западом не нарушало бы внутреннюю сплочённость БРИКС. Однако мы наблюдаем закат «порядка, основанного на правилах». Систематические усилия Соединённых Штатов по демонтажу либерального многостороннего подхода превращают легитимные прагматичные союзы двух государств в моральные обязательства перед гегемоном, которые всё труднее согласовать с принципами БРИКС. Проще говоря, американская напористость и связанные с ней неоколониальные практики вынуждают традиционно прагматичные страны выбирать сторону. Это вызывает недовольство в правительствах этих стран и подрывает легитимность лиц, принимающих решения. Однако такова суть стратегии США. Они используют санкции, тарифные барьеры, затяжной конфликт на Украине и череду агрессий против Ирана ради одной цели: консолидировать альянсы вокруг неоколониального проекта США и изолировать потенциальных соперников, в частности Китай, Россию и Иран.
Для Индии этот блок может служить наиболее эффективной – и свободной от западного произвола – платформой, чтобы выражать законные опасения относительно региональной экспансии Китая в рамках инициативы «Пояс и путь». Аналогичным образом ОАЭ могут использовать дипломатическое влияние Китая и России, основных экономических и геополитических партнёров Ирана, для деэскалации напряжённости в отношениях с Тегераном.
В качестве альтернативы экономическим стимулам, предлагаемым Западом, Индия и ОАЭ могли бы укрепить сотрудничество со странами БРИКС в тех секторах, где западное партнёрство представляется наиболее привлекательным. В этом отношении, учитывая, что страны БРИКС владеют 85 процентами мировых запасов редкоземельных элементов, совместная инициатива БРИКС могла бы привлечь китайский и эмиратский капитал для совместной разработки и локальной переработки этого ключевого сырья без ограничительных режимов, характерных для предложений США. Такой шаг не только содействовал бы технологическому сотрудничеству и обещал существенные экономические выгоды, но и укрепил бы другие инициативы БРИКС, способствуя построению долгосрочного взаимного доверия между членами группы. Последовательность, пошаговый подход и терпение – вот наиболее жизнеспособные стратегии для преодоления нынешнего кризиса.
Международный дискуссионный клуб «Валдай»
Автор: Фабиано Мельничук, профессор политологии Бразильского федерального университета Рио-Гранди-ду-Сул.
