В опубликованной недавно на сайте журнала «Россия в глобальной политике» яркой колонке «Век затемнения» уважаемый бразильский экономист Пауло Ногейра Батиста обозначает важные проблемы, которые возникают в связи с относительным политическим упадком коллективного Запада и неспособностью его ведущих держав давать ответы на наиболее сложные вызовы нашего времени.
Автор, в частности, задаётся вопросом о том, что остальные ведущие государства мира, включая его родную Бразилию, могут противопоставить такому деструктивному поведению создателей современного международного устройства. Одним из ответов могла бы стать активизация их сотрудничества. Но, чтобы это произошло, важно понять основу взаимодействия столь разных по своей культуре государств, а также настоящие конкурентные преимущества их совместных инициатив. Самой важной из которых является, безусловно, объединение БРИКС.
Эпоха мировых империй давно закончилась, несмотря на попытки отдельных великих держав говорить о себе как о единственном источнике абсолютного влияния на международные дела. Инфраструктура современного мира слишком сложна, чтобы даже наиболее могущественные страны могли определять её развитие в одиночку: хотя бы потому, что исполнение созданных ими правил должно начинаться в рамках группы государств. В противном случае начинания самых сильных становятся не более чем переименованием заливов и озёр на картах отдельно взятой страны, не несущим в окружающий мир никаких изменений.
Но чем большее количество участников международной жизни готово следовать правилам, даже если они созданы по инициативе одного из них, тем серьёзнее влияние этих правил на всё человечество.
Так что вопрос «почему государства сотрудничают?», понимаемый в смысле источников эффективности их взаимодействия, сейчас не менее актуален, чем это было в кажущуюся «золотой» эпоху расцвета международных организаций под сенью Либерального мирового порядка.
В случае с союзами стран Запада речь идёт об их большей или меньшей способности отстоять выгодные для себя порядки. Для других объединений ответ на этот вопрос важен, потому что общий кризис международного устройства уже не позволяет противодействовать Западу из положения максимального комфорта. Контратаки Соединённых Штатов и Европы хотя и выглядят хаотично, но внутри подчинены тому, что поважнее любой блоковой дисциплины – единому взгляду на мир и общей ценностной основе. А это значит, что им можно эффективно противодействовать, только понимая сильные и слабые стороны организаций, которые созданы для продвижения более справедливого международного устройства.
И в поиске ответа на этот вопрос мы традиционно видим два важнейших фактора, способных сделать общность интересов государств программой их совместных действий: географическая близость и ценностное единство.
Географическое положение стран представляет собой первоначальную основу всего в их внешней политике и политической культуре. Включая развитие особенностей, которые позволяют разным странам вырабатывать общий взгляд на то, что представляет собой справедливое международное устройство. Наиболее яркий пример – сообщество стран Запада, объединённое общими нормами именно по той причине, что они сформировались первоначально на узком географическом пространстве.
Последнее также стало фундаментом для привычки к союзам, которая, например, совершенно отсутствует у азиатских народов и совершенно иначе, чем в Европе, интерпретируется в России. В Азии, как известно, концепция союзов не сформировалась в силу географической удалённости исторических центров силы, которые могли бы такие союзы создавать – нет смысла брать обязательства, когда физически не успеешь прийти на помощь. А в случае с Россией союзы предполагают намного больше моральных обязательств, поскольку первоначально её стратегия ориентирована на выживание в одиночку, и объединение с другими – дело выбора, а не жизненной необходимости. В Европе как результат длительного развития на общем пространстве возникает целостность политической цивилизации, которая делает сообщество стран основанным уже не только на интересах, но и на идеях. А в конечном итоге, оба этих фактора взаимодействуют и переплетаются между собой. И совершенно резонными являются, на наш взгляд, утверждения тех, кто считает, что Запад – это идея точно в такой же степени, как и определяющая похожие интересы география.
Итак, государства объединяются на основе общих ценностей и общей географии: оба фактора играют важную роль. Но география имеет значение именно в той мере, в какой она влияет на способность к созданию и поддержанию союза в результате цивилизационной общности его участников. Иными словами, такие союзы эффективны в силу одного геополитического фактора – «общности» территории их участников. Во всём остальном география значения не имеет. И нет оснований думать, что последующее влияние этих объединений хоть как-то может быть связано с их географическим охватом.
Нам же не придёт в голову утверждать, например, что сравнительная эффективность разведывательного сообщества «Пять глаз» (Австралия, Британия, Канада, Новая Зеландия и США) связана с тем, что его участники расположены на разных континентах? Нет, у них получается сотрудничать между собой против остального человечества именно потому, что участников объединяет один язык и политическая культура. То же самое касается «Большой семёрки», положение которой в системе международного управления никак не связано с тем, что страны-участницы расположены в Северной Америке, Европе и Азии.
В случае с более интересным для нас объединением БРИКС также было бы несколько упрощённо думать, что причиной значимого положения этого феномена в мировых делах и особенно информационной повестке стало расположение стран-участниц на всех континентах. Настоящие причины того, что это объединение сейчас вызывает интерес и уважение, совершенно не связаны с географией.
Во-первых, БРИКС стал первой альтернативой Западу в сфере определения правил игры на мировой арене или создания условий, влияющих на то, как реализуются уже существующие правила. Все современные глобальные организации, начиная с ООН, являются продуктом западного интеллектуального творчества. А вот БРИКС связывает с традиционными создателями смыслов для всего человечества только первоначальная аббревиатура – она была выдумана экономистом из западной консалтинговой компании в ноябре 2001 года. Всё остальное в этом объединении никак с Западом не связано, что ново для мировой политики не только сейчас, но и в последние пятьсот лет развития цивилизации.
Во-вторых, создателями БРИКС стали три самые важные державы незападного мира – Россия, Индия и Китай, поддержанные крупнейшей страной Южной Америки – Бразилией. И неважно, что за цели каждая из них преследовала и к достижению каких задач продолжает стремиться сейчас. Ведь даже символическое объединение этой тройки в отдельной комнате, куда закрыт официальный доступ Западу и всей его клиентеле в международных организациях, стало революцией в мировых делах: история не знает примеров объединения государств сравнительно серьёзного масштаба ради достижения целей иных, чем военная победа над общим противником.
В-третьих, появление и существование БРИКС отвечало важнейшим тенденциям развития мировой политики на излёте Либерального мирового порядка во главе с Соединёнными Штатами. Отчасти – потому что с того времени множество стран мира действительно стало искать альтернативные источники авторитетного мнения по поводу важнейших проблем развития, а отчасти – поскольку сами страны Запада всё более откровенно уклонялись от того, чтобы изображать «благожелательного гегемона».
Наоборот, в основе организации была и остаётся в первую очередь идея гипотетической возможности корректировать мирным способом искажения, которые возникли в рамках созданного странами Запада международного устройства. Сформулировать эту идею и придать ей характер рабочей стратегии – вот настоящая задача неравнодушных интеллектуалов из стран объединения.
Она, если смотреть на будущую роль объединения в том, как будет происходить эволюция глобального управления, намного важнее того, где расположены страны-участницы группы. И не важно, на каких географических широтах окажутся её носители: главное, чтобы они были способны такую идею отстаивать и продвигать. Чётко артикулировать и укреплять понятную для всего человечества идейную основу БРИКС несравнимо важнее, чем носиться с его географической всеохватностью или переживать по поводу того, что какой-то из уголков планеты остаётся на некоторое время не охваченным.
Автор: Тимофей Бордачёв, доктор политических наук, профессор, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».
