Россия в глобальной политике

Стратегические коридоры стали ключевыми геоэкономическими инструментами для переформатирования глобальной экономической географии. Они больше не ограничиваются инфраструктурой или упрощением торговых процедур, а всё чаще служат для перенаправления торговых потоков, реорганизации транспортных сетей и укрепления позиций государств в мировой экономике.

Крупный российский бизнес перестал быть глобализированным, утратил иллюзии равноправия с западными игроками (если они были). Он не перестал быть всеобъемлюще международным, по-прежнему не допускает изоляции. Но главное – это опора на собственную национальную базу, её расширение и развитие. И это совсем новая цель по сравнению с эпохой либеральной глобализации, которая закончилась. Тогда задачи были другими.

Сдвиг центра развития России на Восток представляется адекватным ответом на изменение геоэкономической и геополитической структуры современного мира. Внешнеэкономический поворот должен быть сопряжён с внутренним пространственным переустройством.

Китайцы строят инфраструктуру «на вырост», отдавая энергобезопасности приоритет над рентабельностью. Для КНР наличие «лишней» мощности – вопрос социальной и политической стабильности. Нерентабельная электростанция считается меньшим злом, чем веерные отключения городов.

Членство в альянсах так или иначе всегда снижает экономическую устойчивость страны: национальные и блоковые системы тарифных преференций начинают теснить друг друга. В этом проблема определения национальных приоритетов многих стран в условиях, когда крупнейший таможенный союз стран Южной Америки МЕРКОСУР имеет теперь соглашение с ЕС о зоне свободной торговли.