США как стезя обетования и маяк надежды

11 июня 2011

Национально-стратегический нарратив

Мистер Y – псевдоним капитана Уэйна Портера и полковника Марка «Пака» Майклби – армейских офицеров соответственно ВМС США и Корпуса морской пехоты США.

Резюме: В ХХ веке Америка стала самым могущественным государством на земном шаре. Но мы упустили из виду простую истину, что доминирование, как и ископаемое топливо, не является возобновляемым ресурсом. Изменение несет с собой неопределенность. К сожалению, мы оказались неспособны понять, что неопределенность и перемены также несут с собой шанс и надежду.

В данной статье авторы выразили собственные взгляды и мнения, не отражающие официальную политику или позицию ВМС, Корпуса морской пехоты и Министерства обороны США. Опубликовано Международным Центром им. Вудро Вильсона. © Woodrow Wilson International Center for Scholars.

Цель предлагаемого стратегического нарратива – способствовать выработке национальной политики в области инвестиций, безопасности, экономического развития, экологии и формальных обязательств на большую часть XXI века. Авторы исходят из того, что нам необходимо отстаивать наши непреложные национальные интересы – процветание и безопасность – в рамках «стратегической экосистемы» как у себя дома, так и за рубежом. Предпосылкой также служит то, что, учитывая всю сложность и неопределенность обстановки, всегда есть шанс и надежда, а есть вызовы, риски и угрозы. Подход, предусмотренный данным стратегическим нарративом в качестве средства достижения устойчивого процветания и безопасности, заключается в использовании влияния и силы, в основе которых лежит доверие. Акцент также делается на справедливой конкуренции, на признании взаимозависимости и сближения интересов, а также на приспособлении к сложным, динамичным системам с привязкой к национальным ценностям.

От сдерживания к устойчивости: от контроля к влиянию, построенному на доверии

Для тех, кто считает, что надежда – плохая стратегия, Америка представляется странной и противоречивой смесью анахроничных ценностей и непреложных интересов на фоне постоянно меняющегося мира. Америка – это страна, «зачатая» от свободы, основанная на надежде и на представлении о том, что все возможно, если трудиться не покладая рук и проявлять творческую фантазию. Приобретая новые знания и взрослея, мы оставались верными тем ценностям, которые наши отцы-основатели заложили в Декларации независимости и Конституции.

Национальная стратегия Америки во второй половине прошлого века основывалась на вере в то, что наша глобальная среда представляет собой замкнутую систему, управляемую человечеством с помощью технологий, энергии и нацеленности на достижение благоденствия и безопасности. С этой точки зрения все, что бросало вызов нашим национальным интересам, воспринималось как угроза или риск, который необходимо устранить. Четыре десятилетия наша страна процветала и пребывала в безопасности благодаря стратегии сдерживания. Эта стратегия опиралась на контроль, устрашение и убежденность, что люди во всем мире разделят нашу веру в лучшее завтра, если только дать им свободу выбора. В ХХ веке Америка стала самым могущественным государством на земном шаре. Но мы упустили из виду простую истину, что доминирование, как и ископаемое топливо, не является возобновляемым ресурсом. Новый век напомнил нам, что мир – это сложная, открытая и постоянно меняющаяся система. А изменение несет с собой неопределенность. К сожалению, мы оказались неспособны понять, что неопределенность и перемены также несут с собой шанс и надежду.

Пора уже Америке перенастроить свои национальные интересы и принципы с помощью «длиннофокусного объектива» на реалии будущего мироустройства. Время переходить от стратегии сдерживания к стратегии устойчивости, с акцентирования силы и контроля к силе авторитета и влияния, с исключительно оборонительной позиции к более дальновидной стратегии сближения. Мы должны признать, что безопасность означает нечто большее, чем только оборону, и что поддержание безопасности требует адаптации и эволюции, а также использования общих интересов и взаимозависимости. Если мы хотим расти, нам необходимо признать, что конкуренты вовсе не обязательно являются противниками, а победа вовсе не всегда предполагает наличия побежденных. Нам нужно восстановить доверие к нашей стране как лидеру среди равных, маяку надежды, а не островной крепости. Лишь уравновешивая свои интересы принципами, мы как нация можем надеяться на устойчивый рост и восстановление доверия к нам как мировому лидеру.

Сосредоточиваясь на имеющихся стратегических возможностях, мы должны также учитывать риски и угрозы. Важно понять, что влияние, построенное на доверии, необходимое нам для отстаивания непреложных национальных интересов, требует, чтобы сила сочеталась со сдержанностью и терпением, а сдерживание противников – с разрядкой напряженности. Экономические, дипломатические, военные, воспитательные и торговые инструменты, с помощью которых мы наращиваем свой авторитет и доверие к нам, всегда должны закаляться в горниле тех ценностей, которые делают нас единой нацией.

 Наши ценности и непреложные национальные интересы

Америка была основана на фундаментальных ценностях и принципах, закрепленных в Конституции и прошедших проверку в мирное и военное время. Эти ценности служили нам якорем и компасом как у себя в стране, так и за ее пределами более двухсот лет. Наши ценности определяют наш национальный характер, вызывают доверие к нам и придают легитимность всем нашим действиям. Они также определяют границы, внутри которых действуют наши непреложные национальные интересы. Если эти ценности станут нежизнеспособными, мы потерпим крах как нация, потому что, лишившись их, Америка лишится и доверия со стороны окружающего мира. По мере эволюции нашего общества эти ценности находят применение в более широком, глобальном контексте. Это терпимость ко всем культурам, расам и религиям; глобальные возможности для самореализации; человеческое достоинство и свобода от эксплуатации; милосердное правосудие и равенство всех в условиях международного общепризнанного верховенства закона; суверенитет без тирании с гарантированной всем гражданам свободой самовыражения; а также условия для свободного предпринимательства и достижения всеобщего благоденствия при свободном доступе к рынкам, изобилии пресной воды и пахотных земель, чистой и избыточной энергии и качественном здравоохранении.

С первых дней существования республики Америка полагалась на энергичный и свободный рынок и неукротимый дух предпринимательства как главные двигатели процветания. Наш авторитет мирового лидера во многом объясняется тем, что мы играем ключевую роль в мировой экономике. Со времени подписания Бреттон-Вудского соглашения в 1944 г. Соединенные Штаты считаются оплотом мировой экономической безопасности, а американский доллар служит общепризнанным средством международных расчетов и денежным стандартом. Экономика США – самая сильная в мире и, скорее всего, останется таковой в обозримом будущем. Ускорение процесса глобализации в течение последних 15 лет привело к культурному, интеллектуальному и социальному смешению людей, рас и идеологий на всех континентах. Рост экономической взаимозависимости разных стран привел к тому, что акцент на развитии узко национальной экономики стал малопривлекательным и, по сути дела, невозможным. Без роста и конкуренции начинается экономический застой и упадок, поэтому для устойчивого процветания Америке нужна здоровая мировая экономика. Следовательно, один из непреходящих национальных интересов Соединенных Штатов заключается в процветании нации за счет развития мировой экономики и здоровой конкуренции на мировом рынке.

Отсюда логически следует, что для долговременного процветания также необходима безопасность. Безопасность – это не только материальные условия жизни, но и умонастроение. С точки зрения американцев, безопасность очень тесно связана со свободой, это свобода от тревог и внешних угроз, от болезней и бедности, от тирании и угнетения, свобода самовыражения, а также свобода от вредоносных идеологий, предрассудков и нарушения прав человека. Безопасность нельзя гарантировать, воздвигая государственные границы или другие барьеры; свободу нельзя оградить при помощи затворов или удерживая силой. В нашем сложном, взаимозависимом и постоянно меняющемся мире безопасность для одного государства и народа – это недостижимая утопия; скорее это общая цель и интерес всех народов мира. В противном случае безопасность не будет устойчивой и долговременной, а без нее не будет внутреннего мира и спокойствия. Следовательно, безопасность является еще одним непреложным национальным интересом США.

Три приоритета в инвестициях

Для нас как американцев открыт доступ к множеству разнообразных ресурсов. Наверное, самый важный первый шаг, который нужно сделать в рамках реализации национальной стратегии, – это обнаружить, какие из этих ресурсов являются устойчивыми и возобновляемыми, а какие – конечными и убывающими. Вне всякого сомнения, наш величайший ресурс – это американская молодежь, которая будет формировать и реализовывать национальную мечту, необходимую нам для того, чтобы сделать шаг в неизведанное будущее. Для этого нужно, чтобы Америка вновь пробудилась. Вероятно, столь долгие годы благоденствия заставили многих из нас забыть о том, что награду необходимо заслужить, даром ничего не дается, что только справедливая конкуренция и упорная работа приносят истинное удовлетворение. Нам не приходится рассчитывать на то, что изобретательность и труд прошлых поколений и дальше будут гарантировать нашей экономике непрерывный рост. Следует согласиться с той истиной, что шансы сопряжены с риском, и что сохранение конкурентоспособности требует целенаправленной политики и инвестиций в будущее.

Нашим детям присуща изобретательность, энергия и сила воображения, которые будут и дальше делать нашу страну великой. Вкладывая сегодня энергию, таланты и доллары в обучение и профессиональную подготовку молодых американцев – будущих ученых, государственных деятелей, промышленников, фермеров, изобретателей, педагогов, представителей духовенства, художников, работников сферы услуг и родителей – мы на самом деле инвестируем в нашу способность успешно конкурировать и оказывать влияние на стратегический ландшафт будущего мира. Следовательно, нашим главным инвестиционным приоритетом является интеллектуальный капитал и дееспособная инфраструктура в области образования, здравоохранения и общественных услуг, которая создаст базу для непрерывного развития и роста американской молодежи.

Вторым приоритетом наших инвестиций является обеспечение устойчивой безопасности – на нашей собственной земле и всюду, куда американцев может привести забота о национальных интересах. Как уже было сказано, американцы рассматривают безопасность в более широком контексте свободы и спокойствия духа. Далекие от того, чтобы бросать все силы на оборону, мы понимаем, что та безопасность, к которой мы стремимся, может быть обеспечена только в случае целостного, государственного подхода к внутренней и внешней политике. А это требует иного взгляда на решение проблем и непредвзятой оценки распределения национального богатства. Слишком долго мы недооценивали возможности нашего правительства и инициатив гражданского населения, уделяя больше внимания не развитию и дипломатии, а обороне и протекционизму. Это проявлялось в нашем подходе к внутренней и внешней политике, энергетике и сельскому хозяйству, науке и технике, иммиграции и образованию, общественному здравоохранению и преодолению кризиса, внутренней безопасности и военной доктрине. Безопасность затрагивает все эти аспекты нашей жизни и должна обеспечиваться за счет умелого использования сильных сторон всего нашего народа, а не только тех, кто непосредственно призван предотвращать все предполагаемые угрозы обществу.

Америка – это прекрасная страна с плодородными землями, страна изобилия, богатая природными ресурсами и омываемая двумя океанами. Нам нужно ценить наше великое национальное достояние, вместе пользоваться им, заботиться о его приумножении и сохранять его для будущих поколений. Многие из этих ресурсов возобновляемы, но некоторые истощаются. Однако необходимо по достоинству оценивать эти дары, являющиеся частью мировой экосистемы, призванной поддерживать мировое население, которое, как ожидается, к середине нынешнего столетия достигнет 9 млрд человек. Это самые разные ресурсы, такие как зерновые, поголовье скота, питьевая вода, энергоносители и сырье для промышленности. Третий приоритет национальных инвестиций – разработка плана постоянного доступа к природным ресурсам, которые нам нужны для сохранения благосостояния, процветания и экономического роста на мировом рынке, их бережное использование и приумножение.

 

Справедливая конкуренция и сдерживание

Конкуренция – это мощное и зачастую неправильно понимаемое понятие. Справедливая конкуренция – идей и предприятий, людей, организаций и народов – та движущая сила, которая позволила американцам добиться приоритета в целом ряде сфер человеческой деятельности. Вместе с тем в эпоху глобализации у нас появились странные опасения по поводу собственной способности успешно конкурировать в сложных экономических и геополитических условиях за счет упорного труда и инновационной деятельности. Кроме того, неправильное восприятие взаимозависимости как слабости мешает нам увидеть в ней нашу силу. Ключом к сохранению конкурентных преимуществ у себя дома и на мировой арене является завоевание доверия. Авторитет в мире – это такой капитал, который трудно накопить и сохранить. Его нельзя приобрести с помощью угроз и запугивания, протекционизма или пропаганды собственной исключительности. Для приобретения авторитета требуется эффективное взаимодействие с окружающим миром, сила и надежность, которые реализуются посредством государственной стратегии развития, надлежащей дипломатии и обороны.

Во многих отношениях понятие сдерживания тесно связано с конкуренцией. Подобно конкуренции, сдерживание в подлинном смысле этого слова опирается на силу и авторитет и не может быть обеспечено только запугиванием и угрозами. Для того чтобы сдерживание было действенным, оно должно опираться на общие интересы и взаимозависимость. В то же время необходимо вычленять несовпадающие интересы, способные нести угрозу, и сглаживать острые углы. Подобно конкуренции, сдерживание требует согласованных усилий всей страны, а также авторитета и влияния, подкрепляемого конкретными делами, согласующимися с нашими национальными интересами и ценностями. Если справедливая конкуренция и положительное влияние через взаимодействие по разным каналам – в основном с помощью дипломатии и программ развития – окажется не в состоянии отвести угрозу деструктивного поведения, мы будем подходить к сдерживанию с позиций широких, межведомственных усилий, при которых развитие и дипломатия сочетаются с активной обороной.

 

Стратегическая экология

Вместо того чтобы концентрироваться на конкретных угрозах, рисках, странах или организациях, как мы делали это в прошлом, давайте оценивать тенденции, которые будут предопределять стратегическую экологию будущего, чтобы обратить их себе на пользу. Среди тенденций, которые уже формируют «нормы» жизни в новых стратегических условиях, можно назвать следующие. Упадок сельского хозяйства, безработица, взрывной рост урбанизации, увеличивающийся дефицит энергии, миграция населения и демографический скачок, распространение серого и черного рынков, феномен экстремизма и антимодернизма, последствия глобального изменения климата, распространение пандемий, отсутствие доступа к услугам здравоохранения для многих людей и все большая зависимость от кибернетических сетей.

На первый взгляд эти тенденции должны вызывать беспокойство. Но дальновидные американцы, для которых ориентиром служат ценности, видят в них дополнительную возможность укрепления авторитета и влияния своей страны в мире, а также почву для совпадающих интересов и взаимозависимости, способных превратить отчаяние в надежду. Фокус на совершенствовании стратегической экосистемы и отстаивании национальных интересов дает повод для того, чтобы лишний раз обратить внимание на ранее упомянутые инвестиционные приоритеты и творческое применение дипломатии, принципов развития и обороны в нашей внешней политике.

Многие тенденции, оказывающие неблагоприятное воздействие на обстановку в мире, обусловлены сложившимися условиями, которые многие годы никто не пытался изменить. Эти мировые тенденции, где бы они ни проявлялись – в Африке, на Ближнем Востоке, в Азии, Евразии или в нашем Западном полушарии – часто самым загадочным образом оказывают влияние на жизнь американцев, поскольку действуют на больших территориях с кумулятивным эффектом и иногда с катастрофическими последствиями.

Например, безграмотность – распространенное явление в странах с высокой рождаемостью. Высокая рождаемость и неграмотность увеличивают резерв рабочей силы и безработицу – особенно в сельской местности, где меняющиеся погодные условия приводят к эрозии почвы и опустыниванию земель. Это разрушает семейные и племенные устои, вследствие чего огромное число молодых людей без квалификации стекаются в города с неразвитой инфраструктурой. Быстрая урбанизация тяжелым бременем ложится на страны с неэффективным управлением, в которых отсутствует верховенство закона. В результате растет эксплуатация труда, процветают серый и черный рынок. На этом паразитируют криминальные сети, которые вносят свою лепту в лишение значительной части населения малоразвитых стран прав и привилегий.

Концентрация обездоленной молодежи, лишенной прав, в городах с неразвитой или отсутствующей инфраструктурой соцобеспечения приводит к тому, что эти молодые люди попадают в поле зрения политических экстремистов и становятся объектом вербовки для локальных или зарубежных авантюр, нередко осуществляемой по Интернету. Войны и нестабильность, которые становятся делом рук этих экстремистов и молодых наемников, приводят к тому, что многие тысячи людей срываются с насиженных мест, что еще больше ослабляет государственную власть и управление. Это чувство смятения сбитых с толку людей, в свою очередь, часто становится причиной массовой миграции разрозненных семей, племен и целых культур, стремящихся к более сытой, спокойной и безопасной жизни. Массовая миграция еще больше усугубляет эксплуатацию слабых и обездоленных криминальными и идейными барышниками, способствуя кроме всего прочего переносу опасных заболеваний в те страны, которые прежде считались безопасными. В итоге формируется субкультура отчаяния и безысходности, которая воспроизводит саму себя. В какой-то момент потребуется исправить ситуацию и предложить голодной молодежи из развивающихся стран жизнеспособную альтернативу, чтобы направить мировые тенденции в позитивное русло. В противном случае американские интересы и ценности окажутся под угрозой.

Нельзя отделить процветание и безопасность Америки от судеб остального мира. Даже в этой богатой стране мы становимся свидетелями того, как постепенно распадаются сельские общины и разрастаются города. На наших глазах происходит массовая миграция населения, рост преступности и терроризма. Постоянно дает о себе знать проблема безработицы, и, несмотря на низкий уровень неграмотности, мы утрачиваем традиционную роль доминирования в области ключевых инновационных технологий и наук. Мы в самом реальном смысле являемся частью взаимозависимой стратегической экосистемы, и наши интересы совпадают с интересами людей во всех концах земного шара. Необходимо постоянно отдавать себе в этом отчет и гармонизировать внутреннюю и внешнюю политику как две взаимодополняющие части единого целого.

Поскольку мы стремимся к росту благосостояния и безопасности, благополучие наших граждан следует рассматривать как часть крайне динамичной и взаимосвязанной системы, включающей суверенные государства, мировые рынки, природные и техногенные вызовы и ответ на них. К ней нужно творчески приспосабливаться. В сложившихся стратегических условиях дальнейшее развитие будет во многом зависеть от конкурентоспособности, и американцам требуются уверенность, необходимые знания, умения и навыки, чтобы успешно конкурировать на мировой арене.

Начать следует с наведения порядка у себя дома – с качественного образования и здравоохранения, жизнеспособной экономики, обеспечения рабочих мест, с процветающих урбанистических центров и тщательно спроектированных сельских общин, со снижения уровня преступности и осознания общих целей и личной ответственности за процветание страны. Мы часто слышим термин «умная сила» применительно к инструментам развития и дипломатии, используемым за границей, позволяющим людям во всем мире совершенствовать свои жизненные условия и обеспечивать стабильность, необходимую для безопасности и процветания в мировом масштабе. Но мы не сможем экспортировать «умную силу» до тех пор, пока не начнем практиковать у себя дома «умный рост». Мы должны стать образцом стабильности и приверженности нашим ценностям, если хотим, чтобы остальной мир подражал им. И позаботиться о том, чтобы наша внутренняя политика не противоречила внешней. Наш собственный «умный рост» может затем стать моделью «умной силы». На самом деле процветание остального мира и мирового рынка в наших кровных интересах, точно так же как в наших интересах процветание соседних стран, наших собственных урбанистических центров, а также возвращение к жизни сельских общин Америки.

 

Ликвидация разрыва между словом и делом – негативного аспекта в сортировке

Важный шаг к восстановлению влияния и авторитета США в мире – это устранение несоответствия между словом и делом. Для начала нужно избавиться от присущей только Западу склонности навешивать ярлыки на людей, группы, организации и идеи. В сложных системах разного рода натяжки и изменения показывают, что попытки произвести сортировку не только сопряжены с трудностями, но часто влекут за собой непредвиденные негативные последствия.

Например, навешивание ярлыка «террористы» или, что еще хуже, «джихадисты» на мусульманских радикалов приводит к двум досадным недоразумениям. Во-первых, все мусульмане несправедливо воспринимаются как потенциальные «террористы». Во-вторых, стало считаться, что люди, превращающие ислам в ненавистную, антимодернистскую идеологию и оправдывающие своей религиозностью отвратительное насилие, движимы мотивом религиозной борьбы (определение понятия «джихад» как святой обязанности всех мусульман), тогда как на самом деле это отступники от истинной мусульманской веры, ведущие войну против общества и невинных людей. Это привело к отчуждению огромного числа мусульман во всем мире, и усилия, направленные на то, чтобы составить правильное представление об экстремистах и изолировать их, пошли насмарку. Попытки сортировать и навешивать ярлыки – это наследие стратегии, при которой мир считался замкнутой системой.

Еще одно непреднамеренное, но существенное отрицательное следствие попыток такого рода классификаций – это раскол внутри нашего правительства, а также нарастание противоречий между внутренней и внешней политикой. Как уже отмечалось, мы не можем отделять наше процветание и безопасность от мировой системы. Мы существуем внутри системы стратегической экологии, и наши интересы совпадают с интересами людей, по сути дела, в любом уголке земного шара. Мы должны отдавать себе в этом отчет и согласовывать внутреннюю и внешнюю политику как две части единого целого. Однако мы до сих пор сортируем по отдельным не связанным друг с другом направлениям государственные департаменты, агентства, законы, власти и программы, которым не хватает гибкости и динамики, чтобы эффективно приспосабливаться к меняющимся условиям в окружающем нас мире. Это еще больше снижает наш авторитет и влияние в мире, лишает нас конкурентных преимуществ и усугубляет разрыв между словом и делом.

Инструменты, которые мы используем для отстаивания своих национальных интересов – стратегия развития, дипломатия и оборона – не могут быть действенными, если применяются только в рамках того или иного министерства. Фактически, если эти инструменты не являются частью последовательной и сбалансированной государственной стратегии, а отдельные страны или регионы близоруко приписываются к «оси зла», мы не добьемся устойчивых положительных результатов. Признавая преимущества взаимозависимости и сближающихся интересов внутри страны и на международной арене, мы приобретаем стратегическую гибкость в отстаивании национальных интересов, не ставя под сомнение свою приверженность американским ценностям. Инструменты развития, точно также как и инструменты дипломатии или обороны, не существуют внутри одного государственного департамента или даже одного сегмента нашего общества.

Еще одна разновидность сортировки, несовместимая с идеей стратегической гибкости, взаимозависимости и сближающихся интересов, – это геостратегический подход к внешней политике. Наверное, со времени Вестфальского мира 1648 г. западные державы склонны считать, что мир состоит из суверенных национальных государств, отделенных друг от друга четкими политическими и географическими границами. Во второй половине XX века в политической мысли возобладало новое понимание интернационализма. Глобализация еще больше углубила это представление о наднациональных общностях и регионах. Однако полное отсутствие границ в Интернете и распространение негосударственных организаций и идеологий в мире заставило снова переосмыслить связи, существующие в современной стратегической экосистеме. В этом «новом мировом порядке» сближающиеся интересы создают взаимозависимость. Наше прежнее представление о конкуренции как об игре с нулевой суммой, с одним победителем и множеством проигравших, представляется сегодня таким же неадекватным и анахроничным, какой классическая механика Ньютона (разработанная примерно в одно время с Вестфальским миром) представлялась Альберту Эйнштейну и создателям квантовой физики в начале XX века. Пора уже выйти за рамки узкого вестфальского представления о мире и признать возможности глобализации.

Подобный подход не означает полного отказа от суверенитета, как он понимался в Вестфальском договоре, поскольку суверенитет без тирании является одной из фундаментальных американских ценностей. Точно так же понимание более глобальной перспективы не означает отказа от защиты интересов американских граждан или даже уравнивание интересов американцев и граждан любой другой страны мира. Но устойчивое процветание и безопасность в XXI веке будут определяться сближением интересов разных народов, стран, культур и движений. И именно влияние, основанное на ценностях, силе и авторитете Америки в мире, закрепит за ней роль лидера современного мирового сообщества. Безопасность и процветание нельзя обеспечить в отрыве от современной глобальной, стратегической экосистемы, от остального мира. Чтобы ликвидировать разрыв между словом и делом, мы должны перестать вести себя так, как будто можем отстаивать свои национальные интересы без учета ценностей.

Авторитет и влияние в стратегической экосистеме

В контексте стратегической экосистемы вышеупомянутые тенденции и условия не имеют границ. Наши национальные интересы требуют, чтобы мы сосредоточились не столько на суверенных границах и географических регионах, сколько на способах и объектах распространения основанного на доверии влияния. Пытаясь обратить вспять сами негативные тенденции, мы вовлечем в орбиту своих интересов других, кому небезразлично происходящее в мире. Подобное сближение интересов создаст условия для конкуренции и взаимозависимости, поможет перенаправить негативные тенденции в позитивное русло к взаимной выгоде. Идет ли речь о вытеснении серого и черного рынков, о финансировании исследований в области альтернативных и возобновляемых источников энергии, об адаптации земледелия к условиям нехватки воды для ирригации, о прогнозировании пандемий и амортизации их последствий, о формировании жизнеспособной экономики для снижения интенсивности урбанизации и миграции населения, об изоляции экстремистов и демонстрации бесперспективности антимодернизма или о лучшем управлении мировой информационной сетью – всегда в центре внимания должно быть гибкое и творческое сотрудничество, а не разделение между людьми в мировом масштабе. Разделение с помощью государственных или географических границ, идеологий или киберпространства поставит в невыгодные условия любого конкурента быстро эволюционирующей системы.

Появление Интернета и Всемирной паутины, ознаменовавшее наступление информационного века и значительно ускорившее глобализацию, повлекло за собой важные изменения второго и третьего плана, которые еще только предстоит понять и осмыслить. К ним относится почти мгновенный и анонимный обмен идеями и идеологиями; всеобщее овладение и манипулирование ранее защищенными передовыми технологиями; создание гигантских и прозрачных социальных сетей, которые сглаживают культурные, кастовые и классовые различия между людьми; тиражирование сложных виртуальных миров, а также повсеместная и почти экзистенциальная зависимость от глобальной сети всех слоев общества. Всемирная паутина также облегчила распространение отвратительной, манипулирующей людьми пропаганды и экстремизма, кражу интеллектуальной собственности и секретной информации, хищническое поведение и эксплуатацию доверчивости, а также опасную и разрушительную перспективу кибернетической войны, ведущейся анонимно и без объявления.

Независимо от того, как трактовать эту революцию средств коммуникации и доступа к информации – как демократизацию идей или технологический катализатор грядущего апокалипсиса, – ничто так сильно не изменило нашу жизнь за последнее столетие. Брошен вызов устоявшимся представлениям о человеке, обществе, религии и жизни. Однако киберпространство – это лишь очередное измерение внутри стратегической экосистемы, открывающее новые перспективы посредством сложной взаимозависимости. В эту сферу также необходимо инвестировать, чтобы получить дополнительные возможности для процветания и безопасности без принесения в жертву фундаментальных ценностей.

Возможности, скрывающиеся за угрозами и риском

Как уже отмечалось ранее, хотя в рамках стратегического нарратива делается акцент на возможностях, присущих сложной глобальной системе, мы не делаем вид, будто алчность, коррупция, закоренелая ненависть, вражда и новые опасения не могут переродиться в реальные угрозы нашим национальным интересам и ценностям. Американцы должны признать, что это неизбежный элемент стратегической среды, и в дальнейшем прилагать усилия для того, чтобы минимизировать, сдерживать или устранять все то, что не совпадает с нашими интересами и угрожает нашей безопасности. Нам необходима функциональная, технологически непревзойденная, маневренная армия, в равной степени готовая реагировать на вооруженные конфликты низкой интенсивности, то и дело вспыхивающие в разных регионах мира, и вести крупномасштабные боевые действия с использованием традиционных вооружений.

Нам также нужна крепкая и непоколебимая экономика, более разносторонняя и мобильная межведомственная координация и, что самое важное, хорошо информированное гражданское население, всегда готовое прийти на помощь. Как уже говорилось, безопасность – нечто большее, чем оборона, авторитет означает нечто большее, чем силу. Инструменты конкуренции и сдерживания – стратегии развития, дипломатия и оборона – должны быть применены на общенациональном уровне. Способность видеть дальше сегодняшних рисков и угроз, принимать их как реальность в рамках стратегической экологии и учитывать возможности и сближающиеся интересы предопределит наш долгосрочный успех. Для этого нужно укреплять веру в авторитет Америки, а также собственную уверенность как нации. Глядя вперед, в будущее, мы должны определиться с тем, что включает в себя понятие нации.

Способность американской нации как лидера мирового сообщества идти в ногу со временем и развиваться во всех отношениях зависит от решимости отстаивать свои национальные интересы в рамках ключевых, фундаментальных ценностей. Как нации нам следует принимать и уважать многообразие и поощрять обмен идеями, приветствуя как своих людей тех, кто разделяет наши ценности и ищет возможности помогать нашей стране. Инновации, творчество и упорный труд – это то, что сплачивает нашу нацию, сознающую свое место и призвание в глобальной системе. Невозможно быть великой нацией без успешной конкуренции на мировой арене и не приспосабливаясь к меняющимся условиям. При этом понятие конкуренции не предполагает одного-единственного победителя. С учетом сближающихся интересов нам нужно стремиться к взаимозависимости, которая будет стоять на страже наших интересов в глобальной стратегической экосистеме.

Этому будут способствовать уже упомянутые инструменты развития, дипломатии и обороны, которые требуют гибкого и маневренного применения, а также целостного, общенационального подхода. На первое место необходимо поставить инвестиции в интеллектуальный капитал и устойчивую инфраструктуру образования, здравоохранения и соцобеспечения, чтобы гарантировать непрерывное всестороннее развитие американской молодежи. Необходимо также инвестировать в устойчивую безопасность внутри страны и в тех местах, куда американцев может привести необходимость защищать национальные интересы, включая космос и киберпространство. Следует также инвестировать в обеспечение постоянного доступа к природным ресурсам для поддержания благосостояния, процветания и экономического роста на мировом рынке, а также в их приумножение. Лишь развивая внутреннюю силу посредством «умного» внутреннего роста и «умного», стратегически гибкого проецирования нашей мощи за границей, мы сможем укрепить авторитет и влияние в мире, которые необходимы для того, чтобы оставаться мировым лидером.

 

Национальное процветание

и Закон о национальной безопасности

После того как Америка вышла из Второй мировой войны с самой сильной экономикой, самой могущественной армией и, возможно, самой стабильной моделью демократии, президент Гарри Трумэн попытался привести американский аппарат безопасности в соответствие с вызовами послевоенной эпохи. Для этого понадобился Закон о национальной безопасности 1947 года (NSA 47). Три года спустя, после возникновения коммунистического Китая и первых испытаний ядерного оружия в России, Трумэн отдал распоряжение Совету национальной безопасности изыскать средства противодействия глобальному распространению коммунизма. В 1950 г. президент Трумэн подписал Определение Совета национальной безопасности № 68 (NSC 68), тем самым возведя его в ранг закона.

Став своеобразной программой американской стратегии сдерживания периода холодной войны, закон NSC 68 создал необходимую базу не только для структур национальной безопасности, сформированных в соответствии с NSA 47, но также и для санкционирования и финансирования стратегии сдерживания, проводимой Министерством обороны при поддержке других министерств и департаментов федерального правительства. Законодательные акты NSA 47 и NSC 68 обеспечили необходимые полномочия, ресурсы и архитектуру для конкретной эпохи в истории нашего государства.

Сегодня мы находимся в совершенно иной стратегической среде по сравнению со второй половиной XX века. Перед нами гораздо более сложные, многосоставные и взаимосвязанные задачи, чем в 1950 г., но и возможности стали значительно шире. Если мы хотим гарантировать своей стране устойчивое процветание и безопасность, необходимо заняться планированием на более отдаленную перспективу в рамках целого поколения, не ограничиваясь рассмотрением краткосрочных рисков, угроз и решений в сегодняшних быстротекущих условиях. Инновационный подход, гибкость и жизнестойкость – важнейшие качества, которые следует в первую очередь развивать, если мы хотим сохранить свои конкурентные преимущества и роль лидера в XXI веке. Для этого нам нужно совершенствовать межведомственное взаимодействие и бюджетный баланс, пропорционально распределяя полномочия между разными ведомствами.

В идеале должны быть созданы условия для более гибких государственно-частных партнерств и более активной взаимозаменяемости министерств и ведомств. Нам вполне по силам создать условия для функционального приложения принципов развития, дипломатии и обороны, сняв все организационные ограничения для использования этих инструментов. Стоило бы и в дальнейшем уделять повышенное внимание таким приоритетным областям как образование, безопасность и доступ к природным ресурсам, приняв принцип устойчивости и долговременности в качестве организационного фундамента национальной стратегии. Это потребует коренных политических, законодательных и организационных изменений.

Потребуется принятие Закона о национальном процветании и безопасности – аналога Закона о национальной безопасности 1947 года. Цели такого закона: обеспечение единой политики министерств и ведомств федерального правительства, а также более эффективного партнерства между государством и частным бизнесом; увеличение потенциала соответствующих министерств и ведомств; перестройка государственной политики в области налогообложения, бюджетных расходов на НИОКР и соответствующего законодательства ради устойчивого развития; а также сближение задач внутренней и внешней политики во имя достижения общей цели. Прежде всего этот закон позволит изменить курс в области поддержки инновационной и предпринимательской деятельности в Америке, поскольку это необходимо для повышения качества жизни наших сограждан и всей страны. Нам нужен Закон о национальном процветании и безопасности, а также четкий план его реализации, чтобы он сослужил нам такую же добрую службу в нынешних стратегических условиях, какую законы NSA 47 и NSC 68 сослужили предыдущему поколению американцев.

Маяк надежды, путь обетования

Предложенный нарратив исходит из того, что для отстаивания непреложных интересов процветания и безопасности Америка должна взять за основу своей деятельности стратегию устойчивости, которая зиждется на прочном фундаменте наших национальных ценностей. Как американцы мы не нуждаемся в том, чтобы заискивать перед остальным миром или обращать кого-либо в нашу веру. Нам незачем насаждать наши уникальные ценности путем угроз или уговоров, либо просить кого-то разделить бремя выполнения наших национальных задач. Скорее мы даем возможность окружающим, наблюдая за нашими действиями, делать собственные выводы. Наша внутренняя и внешняя политика будет отражать единство усилий, последовательность и постоянство цели. И впредь отстаивая свои национальные интересы и позволяя это делать другим, главное – никогда не изменять своим ценностям. Для нас важно сближение интересов и взаимозависимость, а также справедливая конкуренция, но при этом нельзя снимать с себя ответственность за сдерживание деструктивного и безответственного поведения. Мы займем место в сложной и динамичной стратегической экосистеме и будем использовать свой авторитет, влияние и силу, чтобы превращать неопределенность в возможности. Мы будем стезей обетования и маяком надежды в постоянно меняющемся мире.

} Cтр. 1 из 5