Американская «исключительность» в меняющемся мире

30 мая 2014

Арег Галстян - эксперт по политике США на Ближнем Востоке и Южном Кавказе, факторам лоббизма во внешней политике США, по внутриполитическим процессам в США, руководитель научно-аналитического портала American Studies.

Резюме: 28 мая 2014 г. президент США Барак Обама выступил с речью перед офицерами и студентами престижной военной академии Вест-Пойнт.

28 мая 2014 г. президент США Барак Обама выступил с речью перед офицерами и студентами престижной военной академии Вест-Пойнт. Глава Белого дома затронул такие важные внутриполитические аспекты, как образование, здравоохранение и социальные реформы. Однако основная часть выступления была посвящена необходимости сохранения позиций гегемона на международной арене. «Вот к чему я веду: Соединенные Штаты всегда должны быть мировым лидером. Если лидерами не будем мы, то никто им не станет», – подчеркнул Обама. При этом он отметил, что, когда в мире происходят конфликты, все взоры устремлены в сторону США, которые продолжают бороться за укрепление мира и развитие демократии во всем мире. Таким образом, американский лидер в очередной раз подчеркнул исключительную миссию Америки.

Истоки американской «исключительности». Впервые об исключительной миссии Америки написал французский политик и философ Алексис де Токвиль в работе «Демократия в Америке», изданной в 1831 году. Он утверждал, что положение американцев совершенно исключительное, ввиду того, что ни одно демократическое общество никогда ранее не оказывалось в аналогичных условиях. «Их строго пуританское происхождение, их исключительно коммерческие привычки, даже территория, которую они населяют, как представляется, отвращает их умы от преследования наук, литературы и искусства. Существуют тысячи особых причин, которые направляют ум американцев на чисто практические цели», – пишет де Токвиль. В период правления президента Эндрю Джексона американская исключительность интерпретировалась в контексте идеи «явного предначертания». Именно в тот период идея «исключительности» стала лейтмотивом американской политической философии.

Идея «явного предначертания» позволила объединить усилия различных политических элит Америки в рамках политики расширения страны. 2 декабря 1823 г. была принята Доктрина Монро, которая объявила Американский континент «зоной исключительных интересов» Соединенных Штатов. Так, США присоединили к себе территории современных штатов Техас, Калифорния и Орегон. То есть в период 1820-е – 1870-е гг. сама идея «исключительности» служила внутриполитическим инструментом для объединения общества в рамках строительства американской империи. В контексте «американской исключительности» нельзя не отметить речь президента Авраама Линкольна, произнесенную 19 ноября 1863 г. на открытии кладбища в Геттисберге. В своей знаменитой речи Линкольн отметил: «Восемь десятков и семь лет назад наши отцы образовали на этом континенте новую нацию, зачатую в свободе и верящую в то, что все люди рождены равными. Мир едва ли заметит или запомнит надолго то, что мы здесь говорим, но он не сможет забыть того, что они совершили здесь».

В дальнейшем идея «исключительности» отошла на второй план. Основой американской идеологии на долгое время стал «изоляционизм» – невмешательство во внешние дела. Америка, прошедшая через кровавую гражданскую войну, должна была решить принципиальную задачу – развитие и укрепление государственности. Иными словами, сама «исключительность» интерпретировалась не как принцип «национального самоутверждения и расширения», а как идея о «национальной сдержанности». В период Первой мировой войны президент Вудро Вильсон сделал первую попытку вывести Соединенные Штаты на международную арену. «14 пунктов Вильсона» были восприняты странами-победительницами как попытка Америки, не внесшей в победу весомого вклада,  «диктовать Европе свои условия». Однако, важно заметить, что идея создания Лиги Наций, ставшей первой универсальной международной правительственной организацией, была выдвинута именно американским лидером.

В тот период были открыты посольства США во многих странах мира, а американские христианские миссии успешно действовали на Балканах и Ближнем Востоке. Несмотря на отдельные успехи, попытка выйти на международную арену не увенчалась успехом. В период президентства Герберта Гувера принята концепция «американского индивидуализма». Так, президент Гувер заявил: «Мы следуем этому идеалу в нашей жизни в гораздо большей степени, чем какое-либо другое государство в мире. Равенство возможностей — это право каждого американца, богатого или бедного, рожденного за границей или здесь, независимо от расы, веры иди цвета кожи, достичь такого положения в жизни, которого он достоин благодаря своим способностям и личным качествам». Таким образом, принцип «исключительности» вновь стал инструментом внутриполитическим и оставался таковым вплоть до Второй мировой войны.

«Великая Миссия». Вторая мировая война позволила Вашингтону повторить попытку возвращения на международную арену. Но в отличие от Вудро Вильсона президент Франклин Рузвельт понимал необходимость вступления в войну не на заключительном этапе. Соединенные Штаты присоединились к Великобритании и СССР в рамках «Антигитлеровской коалиции» и оказывали своим союзникам материальную поддержку. Хотя американцы не понесли таких человеческих жертв как Советский Союз, президенты Рузвельт и Трумэн сыграли важную роль в формировании новой системы миропорядка. Особая роль США и СССР в новой системе исходила не только из факта наличия ядерного оружия, но и по причине того, что Вашингтон и Москва стали носителями двух фундаментальных идеологических парадигм.

Тогда принцип «американской исключительности» заключался в особой «миссии» – недопущении развития коммунистической идеологии. Уже в 1951 г. принцип исключительности был закреплен в Доктрине Эйзенхауэра, которая объявила Ближний Восток зоной «жизненно важных интересов». Согласно новой доктрине, «Соединенные Штаты обязывались решительно защищать суверенитет и территориальную целостность свободных государств на Ближнем Востоке, поддерживать их стремление оказать сопротивление коммунистической агрессии». При этом пункт 10 гласил, что США «оставляют за собой право применения силы для обеспечения безопасности в регионе». Иными словами, Америка объявила о своем «исключительном праве» на ведение там войн. Соединенные Штаты добились полного ослабления и выдавливания основных конкурентов из сфер своего влияния. Более того, Карибский кризис показал решительность Америки в борьбе за сохранение «исключительности» своего влияния в определенных регионах мира.

Войны в Корее и во Вьетнаме были призваны подчеркнуть исключительную роль Америки в борьбе против коммунизма и продемонстрировать верность союзническим обязательствам. В период правления Никсона и Картера «американская исключительность» была в определенной степени локализована. Так, Никсон объявил о сохранении «миссии» США в рамках борьбы с коммунизмом. Но, исходя из внутриполитических реалий, Америка более не могла вести масштабные войны, как это было в Корее и во Вьетнаме. В своем выступлении от 3 ноября 1969 г. он заявил: «Двести лет тому назад наша нация была слабой и бедной. Сегодня мы стали самой сильной и самой богатой страной в мире. И колесо судьбы повернулось таким образом, что любая надежда народов Земли на мир и свободу будет определяться тем, обладает ли американский народ достаточной моральной выдержкой и отвагой для того, чтобы справиться с ответственной задачей руководства свободным миром».

Как и президент Гувер, Никсон сделал акцент на том, что «американская исключительность» заключается в том, что правительство должно в первую очередь уважать решения и требования американских граждан. В период президентства Рональда Рейгана Соединенные Штаты активизировались в рамках своей «великой миссии». При этом Рейган, в отличие от предшественников, вернулся к концепции «явного предначертания». Так, во время известного выступления от 8 марта 1983 г. он заметил: «Есть грех и зло в мире, и нам предписывается Священным писанием и Иисусом Христом противостоять этому. Я полагаю, что коммунизм – это грустная, причудливая глава в человеческой истории, чьи последние страницы теперь пишутся. Я верю в это, потому что источник нашей силы в поисках человеческой свободы не материален, а духовен».

Экспорт американской исключительности. Падение СССР превратило США в единственную сверхдержаву. Многие американские политологи считают, что именно падение СССР укрепило веру американцев в «исключительную миссию». Победив коммунизм, Америка увидела новую миссию – экспорт демократии. Президент Билл Клинтон заявил в инаугурационной речи: «Расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составляющее основную конкуренцию Америке. Наша цель и задача в дальнейшем – оказывать помощь всем, кто хочет видеть в нас образец западной свободы и демократии». В основу новой миссии заложена теория, согласно которой «демократии не воюют друг с другом». Отметим, что в данном аспекте Клинтон отошел от концепции «явного предначертания» в рамках философии «исключительности» и взял за основу идеалистическую концепцию президента Вудро Вильсона.

Именно демократ Вильсон отмечал, что войны объявляют не народы, а правительства. Исходя из этого, он подчеркивал, что демократия – лучшая превентивная мера против войны. Иными словами, чтобы в мире не было войн, необходима мировая демократизация. С появлением угрозы международного терроризма миссия экспорта демократии стала одной из концептуальных основ американской внешней политики. Так, период правления Джорджа Уокера Буша ознаменовал объединение в философию «исключительности» все ранее отмеченные аспекты идеалистического и реалистического направлений. «Сегодня мы стоим на пороге кардинальных перемен. Перемен, где интересы Америки и ее глубокие убеждения стали единым целым. Наша задача – поддержать рост демократических движений и институтов во всех нациях, с конечной целью покончить с тиранией в нашем мире», – объявил Буш-младший. Синтез «демократии и мира», « великой миссии», «сферы исключительных интересов» и «явного предначертания» ярко проявился в решении о начале военных действий против Ирака в 2003 году. Перед операцией Буш-младший заявил, что применение силы является необходимостью для того, чтобы предотвратить большее зло и помочь народу Ирака установить демократию. Примечательно, что на вопрос журналиста о том, почему США начали войну в Ираке, президент Буш отметил: «Бог сказал мне, Джордж ударь по Ираку».

Возвращение к истокам. Новый президент Барак Обама вновь вернулся к принципу «локализации американской исключительности». Выступая в ООН, Обама объявил, что Америка продолжает следовать принципам своей «исключительности». «Некоторые могут не согласиться, но я верю в исключительность Америки — частично потому, что мы показали свою готовность, через принесение в жертву своей крови и достатка, защищать не только наши собственные узкие интересы, но и интересы всех», – заявил Обама. Однако, как и Никсон, президент Обама подчеркнул, что в основе величия страны и ее исключительности лежит решение американского народа. Так, в Вест-Пойнте Обама практически в точности повторил заявление Ричарда Никсона 1969 года. «Как президент я принял решение, что мы не должны отправлять американские войска на эту войну, и я считаю это решение правильным. Однако это не означает, что мы не должны помочь сирийскому народу в его борьбе против диктатора, который бомбит и морит голодом собственных граждан».

Таким образом, можно заметить закономерность активации «исключительности» в периоды Эйзенхауэра-Клинтона-Рейгана-Буша и локализации в периоды Гувера-Никсона-Картера-Обамы. Данная закономерность не отражает философско-идеологические догмы партий, но зависит от экономической, политической и социальной стабильности в стране. Так, Никсону и Обаме достались в наследство неразрешенные внешние конфликты, в то время как Клинтон и Картер оставили последующим лидерами стабильное внутреннее положение. Однако помимо изменений внутри самих Соединенных Штатов необходимо принимать в расчет и реалии меняющегося мира. Сегодня мир становится многополярным, зоны «исключительной» ответственности исчезают по мере экономического развития различных региональных супердержав. Более того, сегодня активную роль в политических процессах играют нетрадиционные акторы – транснациональные корпорации.

Американская общественность выступила против войны в Сирии, консерваторы, призывающие обратить внимание на внутренние проблемы, одерживают победы на выборах в Конгресс, где формируются отдельные фракционные ячейки. В целом, американская история не помнит периода, когда Конгресс был насколько расколот. Таким образом, сегодня фактор американской исключительности возвращается к истокам, становясь необходимым элементом объединения общества и элиты в рамках процесса укрепления внутренней стабильности. В данном контексте актуальным представляется прощальное послание первого президента США Джорджа Вашингтона от 1796 г.: «Свободному народу следует быть постоянно настороже, ввиду опасности коварных уловок иностранного влияния, поскольку история и опыт свидетельствуют, что иностранное влияние является одним из злейших врагов республиканского правительства. Основополагающим правилом поведения для нас во взаимоотношениях с иностранными государствами является развитие наших торговых отношений с ними при минимально возможных политических связях. Поскольку у нас уже возникли обязательства, давайте будем их выполнять, проявляя добрую волю в полной мере. Но давайте тут и остановимся».

} Cтр. 1 из 5