Выступление Карла Бильдта в Москве 10 декабря 2003 года по приглашению журнала «Россия в глобальной политике»

18 декабря 2003

Резюме:

 10 декабря 2003г. в отеле «Балчуг-Кемпински» под эгидой журнала «Россия в глобальной политике» состоялась лекция одного из самых ярких европейских политиков Карла Бильдта на тему: «Россия и Европа: есть ли новые возможности?».

Наш сайт публикует полный текст лекции.

Россия и Европа: есть ли новые возможности?

Никто не будет отрицать, что мы встретились, чтобы обсудить отношения между Российской Федерацией и Европейским Союзом в трудное время. Позади у вас выборы в Думу, которые состоялись в прошлое воскресенье. Газетные заголовки по всей Европе сообщали об оценке, данной Миссией международных наблюдателей. Президент Парламентской Ассамблеи ОБСЕ г-н Брюс Джордж два дня тому назад заявил здесь в Москве: «Главное впечатление от всей избирательной кампании в том, что процесс демократизации в России обратился вспять». Эти и подобные им заявления появляются после нескольких месяцев непрерывных дискуссий, вызванных всколыхнувшим мировую общественность арестом г-на Михаила Ходорковского в Новосибирске 25 октября.

После ряда консультаций на прошлой неделе, бесед в Брюсселе и Вашингтоне, я могу лишь отметить, что тональность, с которой российские события обсуждается в политических кругах этих и других столиц сегодня отличается от той, какой она была всего несколько месяцев назад. Считаю важным донести это до вашего сведения, чтобы в Москве это в осознавали в полной мере. Наличие в ряде случаев понимания и вежливых слов не отражает в достаточной мере реальности изменений в общем отношении к России, которые произошли в последние несколько месяцев. Вопрос в том, не произошла ли в России смена курса, и если да, то какие последствия это может иметь для всесторонних взаимоотношений. Мы все преданы идее дальнейшего развития, упрочения и углубления отношений между Российской Федерацией и Европейским Союзом. Мы хотим, чтобы они были еще более взаимовыгодными, способствуя тем самым не только дальнейшей модернизации России, но также и долгосрочной политической стабильности и оживлению экономики во всей Европе.

Но мы должны понимать, что наша задача сегодня представляется трудновыполнимой, чем она казалась до сравнительно недавнего времени. От обеих сторон потребуется проявление твердой политической воли и искусства государственного управления, чтобы двигать процесс вперед в предстоящие годы.

Завтра вечером главы государств и правительств 25 действительных и будущих членов Европейского Союза начнут прибывать в Брюссель на чрезвычайно важное совещание Европейского Совета. В центре их внимания будет находиться вопрос о принятии нового Конституционного Договора. Европейская Конституция даст четкое определение федерации национальных государств, которой Союз во многом уже является. Следующий год станет для Европейского Союза переходным, годом преобразований.

Следующий год воистину обещает стать своего рода водоразделом. 1 мая к ЕС присоединятся десять новых членов, что возможно вскоре после этого будет подписан новый Римский Договор и с 10 по 13 июня пройдут выборы в новый Европейский Парламент во всех 25 странах, а после этого —  выдвижение нового президента Комиссии, и новая Комиссия возьмет на себя ответственность за продолжение процесса интеграции до конца текущего десятилетия.

Кроме того, начнутся переговоры о создании на многие годы вперед новой структуры финансирования ЕС. А ближе к концу года Европейский Совет примет чрезвычайно важное решение о целесообразности начала переговоров с Турцией о ее членстве в ЕС.

Одновременно будет дана оценка ведущимся в настоящее время переговорам с Румынией и Болгарией, а также рассмотрено уже полученное заявление от Хорватии и заявление, которое вероятно подаст к этому времени Македония. Предполагаю, что в этот знаменательный событиями год политическая энергия Европейского Союза будет направлена, в основном, на эти перемены и преобразования.

Несмотря на это, вопросы отношений с так называемой «большой Европой», а также Российской Федерацией будут и дальше привлекать внимание. Вероятно, будет дана оценка сложившейся ситуации. После происходящего в настоящее время крупного расширения это вполне естественный шаг.

Следующий год также будет переходным в другом важном смысле. Здесь в России только после президентских выборов в марте можно будет получить более точное представление о политике России в предстоящие годы. А по другую сторону Атлантики будет происходить почти непрерывная избирательная кампания, начиная с предварительных выборов в январе и кончая самим голосованием в начале ноября. Но, еще до завершения этих различных переходных процессов, мы должны отдавать себе отчет в том, что существует опасность ухудшения наших отношений. Если прислушаться к некоторым голосам в России, то есть риск начала опасной игры, которая поставит под угрозу Договор о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Европейским Союзом, являющийся основой наших взаимоотношений. События последних нескольких недель продемонстрировали возможность возникновения кризиса и политической конфронтации в различных нестабильных регионах, граничащих с Россией и Европейским Союзом.

Таким образом, нам необходимо сосредоточить усилия на том, чтобы избежать возникновения этих проблем, и одновременно —  добиваться структурного улучшения взаимоотношений, которые могут быть реализованы в грядущем году, даже несмотря на то, что это будет год перемен, преобразований и неопределенности.

Затем в 2005 году в полную силу заработает новая Европейская Комиссия, и мы будем знать больше о будущем Конституционного Договора и о будущих перспективах принятия новых членов. Тогда мы также будем располагать гораздо большей информацией о том, куда на самом деле движется Россия. В Вашингтоне также заработает новая или обновленная администрация, что окажет влияние на отношения Америки с Европейским Союзом и с Российской Федерацией. В течение предстоящего года и Европейский Союз и Российская Федерация должны заняться поиском более четких и вразумительных ответов на некоторые фундаментальные вопросы.

Готов ли Европейский Союз действительно сыграть стратегическую и ключевую роль в расширенной Европе, на Ближнем Востоке, в Африке и в других регионах, очевидно находящихся в сфере его интересов? Большая стратегия европейской безопасности, которая будет формально принята ныне действующим Европейским Советом, определит общие направления, но сейчас об этом трудно судить.

Нет нужды говорить, что ответ на этот вопрос, будет иметь огромное значение и для взаимоотношений с Россией. Готова ли Россия продолжать политику реформ, которая превратит идею сотрудничества и интеграции с остальной Европой в реальность? Будет ли она утверждать власть закона и развивать более демократическую и менее авторитарную политическую систему? Будет ли она стремиться к созданию более открытой и конкурентной экономики?

Ответ ни в коем случае не кажется очевидным, особенно в свете последних событий. Если Европейский Союз и Россия дадут утвердительный ответ на стоящие перед ними вопросы, я думаю, мы вступим в новую эру больших возможностей в области сотрудничества и интеграции. В конечном итоге это укрепит стабильность на нашем общем континенте, и будет способствовать социально-экономическому благополучию всех его граждан.

Если же ответ будет отрицательным с обеих сторон, то перспективы нашего сотрудничества довольно безотрадны. Возможно, мы станем свидетелями напряженного противостояния в разных частях расширенной Европы, грозящего вылиться в открытый конфликт. Экономическое развитие России будет все больше зависеть от экспорта ее колоссальных природных ресурсов, в основном нефти и газа, но она не сможет привлечь достаточно внутренних и зарубежных инвестиций для настоящей модернизации и расширения своей экономической базы.

На предстоящей встрече глав государств и правительств Европейский Союз примет общую стратегию европейской безопасности, которая проложит путь к проведению более активной, последовательной и разумной политики при решении тех проблем в области безопасности, с которыми мы все сталкиваемся.

В частности, в Стратегии европейской безопасности говорится об угрозах, связанных с терроризмом, распространением оружия массового уничтожения, а также проблемами непрочных, слабеющих или разваливающихся государственных образований. В ней также предпринимается попытка наметить планы разработки других политических инструментов, необходимых для решения этих проблем. Европейский Союз создал и стремится расширять зону стабильности, власти закона, разумного управления и демократии на нашем континенте и вокруг него. Прежде всего, это осуществляется путем интеграции стран-членов самого Союза; эта задача становится все более трудной по мере расширения Союза. Но мы также будем уделять больше внимания вопросам разумного управления, стабильности и власти закона в «большой» Европе, то есть за пределами непосредственных границ ЕС.

И здесь становится очевидно, что в интересах Европейского Союза развивать партнерство с Российской Федерацией, а также стремиться к тому, чтобы Соединенные Штаты играли активную роль, когда это уместно. Но такое партнерство, каким бы желательным оно ни было, будет возможным лишь при наличии достаточной общности интересов и ценностей. И лишь при взаимном признании того, что к стабильным решениям можно прийти только путем совместных действий.

В этом смысле обе стороны не были гарантированы от ошибок. В начале 1999 года западным странам казалось, что они смогут достичь политического решения косовской проблемы без полноценного участия России. Однако эта попытка оказалась неудачной, мы получили войну и с тех пор так и не смогли вернуться к поиску мирного решения данного вопроса.

Во время недавнего кризиса вокруг Молдовы Москва повторила ту же самую ошибку, думая, что России одной под силу найти способы политического урегулирования конфликта без вовлечения других ключевых международных игроков. Ее дипломатия потерпела фиаско, и не разрешенная кризисная ситуация в Молдове может стать серьезным бременем как для данного региона и так и для отношений между Россией и Европой.

Нам всем следует понять, какие риски сегодня существуют в Грузии. В ней есть силы, обращающиеся за поддержкой к Соединенным Штатам и Европе, но есть и другие силы, которые не менее настойчиво ищут помощи у России. Если не будет налажен конструктивный диалог между ключевыми игроками на международной арене, единственным результатом может стать расчленение страны с долгосрочными последствиями, которые, вероятнее всего, будут наиболее плачевными для этого региона и непосредственно примыкающих к нему стран. Крайне маловероятно, чтобы Россия была заинтересована в усилении нестабильности в этом регионе.

Европейский Союз и Россия должны быть в равной мере заинтересованы в стабильности в этом регионе, поскольку он представляет собой их общее «ближнее зарубежье». Хотя мы полностью уважаем тот выбор, который могут сделать эти страны, в наших общих интересах избежать упомянутых мной ранее ошибок и развивать более тесное партнерство в решении всех вопросов.

Очевидно, что эти общие интересы распространяются и на другие области. Почти весь героин на улицах Москвы и более трех его четвертей на улицах остальной Европы поступает из раздираемого конфликтами Афганистана. Если мы не сумеем в ближайшие годы стабилизировать положение в этой стране, это скажется отрицательным образом не только на уязвимых странах Средней Азии, но и на нашем обществе.

И Россия и Европейский Союз граничат с регионом, который часто называют Большим Ближним Востоком. Если в прошлом говорили, что Балканы начинаются за окраинами Вены, то можно считать, что сегодняшний Ближний Восток начинается в пригородах Парижа, Лондона и Москвы. Говорят, что в одном только этом городе мусульманское население насчитывает порядка двух миллионов человек.

Таким образом, мы глубоко заинтересованы в разрешении конфликтов в этом регионе.

Наглядным подтверждением этому служит тот факт, что Европейский Союз и Россия смогли конструктивно взаимодействовать в рамках так называемой Группы четырех. Мы также глубоко заинтересованы в том, чтобы в пост-саддамовском Ираке было создано государство, которое бы уважало принципы территориальной целостности, власти закона и демократии, и которое не стало бы источником соперничества, очагом напряжения или, тем более, возможным рассадником терроризма. Во всех этих отношениях наши интересы сегодня, по сути дела, совпадают с интересами Соединенных Штатов.

Таким образом, я вижу возможность развития стратегического партнерства между Европейским Союзом и Россией по всем этим вопросам к очевидной выгоде обеих сторон. По мере того как Европейский Союз будет проявлять все большую активность, последовательность и способность на международной арене, возможности такого партнерства должны увеличиваться.

Но, как уже было сказано, необходимо учитывать реальную опасность того, что ситуация может развиваться в другом направлении. Когда Россия оказалась изолированной на недавнем совещании министров ОБСЕ в Маастрихте при обсуждении важных вопросов, связанных с Молдовой и Грузией, это заставило глубоко задуматься о развитии ситуации в будущем. Важно как можно скорее, конструктивно устранить эти недоразумения.

На недавнем саммите ЕС-Россия в Риме была предпринята попытка обозначить так называемые четыре общих пространства для долгосрочного политического взаимодействия.

Во-первых, это концепция Общего европейского экономического пространства, которая дискутируется вот уже около двух лет без особого успеха.

Во-вторых, общее пространство свободы, безопасности и правосудия, где многое предстоит сделать. Важный вопрос о визах относится к этой категории.

В-третьих, общее пространство внешней безопасности, о котором я недавно упоминал.

Наконец, в-четвертых, общее пространство научно-исследовательской деятельности, образования и культуры, в котором достигнут заметный прогресс, особенно в области космических исследований, хотя очевидно, что потенциал сотрудничества здесь намного шире.

Не без оснований в центре внимания часто оказываются экономические вопросы.

Если Россия не станет в полном смысле частью Европы и мира, она никогда не сможет выбраться из бездны нищеты и отчаяния, в которой оказалась после семи трагических десятилетий тирании и изоляции. А если Россия не сможет преодолеть это ужасное наследие, то наши общие усилия, направленные на достижение стабильности, будут значительно затруднены. Вся Европа глубоко заинтересована в сильной и стабильной России, уверенной в своем будущем.

Сто лет тому назад Россия была одной из самых быстрорастущих экономик мира. Промышленная революция начала менять облик страны. Санкт-Петербург и Москва были шумными европейскими столичными городами. Мы видели, как художники и предприниматели перебираются из Швеции на Восток, в поднимающееся российское государство.

Стоит отметить, что если бы эта тенденция продолжилась, Россия сегодня могла бы стоять в одном ряду с Соединенными Штатами и другими развитыми европейскими странами и занимать лидирующее положение в мире с точки зрения экономического развития. Вместо этого она остается одной из наиболее бедных среди тех стран, в которых сто лет тому назад совершилась промышленная революция.

Россия неизбежно будет и в грядущие десятилетия расплачиваться за семь десятилетий коммунизма. Но при этом чрезвычайно важно, останется ли она по своей сути нефтяной экономикой, пытающейся оградить себя от внешнего мира в других областях, или все же попытается совершить рывок, с целью превратиться в современную, конкурентоспособную экономику с широкой базой.

С европейской точки зрения несколько странно, что Китай является членом Всемирной Торговой Организации, а Россия нет. Без членства в ВТО неизбежно возникнут ограничения по объему экономической интеграции между Европейским Союзом и Россией. В то же время российская экономика будет отдана на милость законов джунглей на мировом рынке.

В настоящее время поставлена цель завершить переговоры между Россией и Всемирной Торговой Организацией до конца 2004 года. Россия должна отложить в сторону протекционистские интересы, которые препятствуют ее интеграции в мировую экономику; необходимо найти формулу по вопросу о рыночном соответствии цен на природный газ на внутреннем рынке, и Россия должна также понять, что недавние события затруднят для нее поиск союзников в Конгрессе США по данному вопросу.

Понятие общего экономического пространства так и не было надлежащим образом определено и остается, таким образом, просто формулой, не имеющей большого практического значения. Я думаю, что главную причину следует искать в политической неразберихе, которая так долго удерживает Россию за пределами ВТО. Без членства России в этой организации крайне трудно и нелогично обсуждать шаги в направлении создания, прежде всего, зоны по-настоящему свободной торговли, а затем и дальнейшие шаги.

Частью этой политической неразберихи, сдерживающей прогресс, является неопределенность вокруг экономических отношений между государствами СНГ. Хотя один за другим декларируются амбициозные планы, стороннему наблюдателю трудно заметить какие-либо структурные сдвиги в этих вопросах. Конечным результатом реализации различных схем взаимодействия под эгидой СНГ является замедление процесса вступления в ВТО и ограничение возможностей создания общего экономического пространства с Европейским Союзом.

Очевидно, что все эти вопросы нужно решать в порядке их важности и, в первую очередь, вопрос с членством в ВТО. Хотя следующий год будет переходным для Европы, данный вопрос должен остаться в повестке дня, и нужно поставить цель завершить переговоры о членстве России в 2004 году.

Хотя за последнее десятилетие Россия немного снизила свою чрезмерную зависимость от экспорта нефти и газа, она остается по существу экономикой, ориентированной на экспорт сырья. Прогресс в экономике, достигнутый за последние несколько лет, стал, в основном, следствием успешной деятельности новых российских нефтяных компаний, которым удалось выправить положение в старой, распадавшейся советской нефтяной индустрии и увеличить производство, а также следствием высоких цен на нефть.

Остается понять, в какой мере эти факторы смогут и дальше приносить пользу России. Будет нарастать потребность в огромных инвестициях для финансирования геологоразведочных работ и эксплуатации новых, удаленных месторождений с высокой себестоимостью добычи. До сих пор мы видели только лишь выправление ситуации в старой советской нефтяной индустрии. Однако следующий необходимый этап предъявит более высокие требования —  не в последнюю очередь это касается притока капитала.

Газовая отрасль, гораздо более важная в долгосрочной перспективе, явно отстает в развитии. Кое-какие реформы были проведены, однако старая структура, по сути дела, так и не была демонтирована. Здесь в грядущие годы также потребуются гигантские инвестиции для открытия новых месторождений и создания необходимой инфраструктуры для экспорта газа на «голодные» рынки Западной Европы, Китая и Японии.

Во время ведущихся в последние месяцы дебатов раздаются голоса, призывающие к сохранению некоей разновидности государственного и национального контроля и даже к национализации этих природных активов. Конечно, такой вариант тоже имеет право на существование, но нужно понимать, что он, по всей вероятности, ограничит возможности расширения этих важных отраслей в грядущие годы. Без поступления капитала и технологий из других стран, это расширение, несомненно, будет происходить не так быстро, как требуется.

С европейской точки зрения это важные вопросы. Думаю, что зависимость Европейского Союза от поставок природного газа из России будет только увеличиваться в грядущие десятилетия. Конечно, имеются такие альтернативы как Норвегия, Северная Африка, сжиженный газ. Но их либо недостаточно, либо они со временем станут еще дороже, чем российское сырье. Как с политической, так и с экономической точки зрения экономическо-энергетическое партнерство между Европейским Союзом и Россией является наилучшей альтернативой.

Однако главные вопросы, с моей точки зрения, не связаны с тем, как Россия будет развивать свой нефтегазовый сектор в грядущие годы, какими бы важными эти отрасли ни были.

Самый важный вопрос заключается в том, сумеет ли Россия преодолеть нефтяную зависимость и превратиться в поистине конкурентоспособную современную экономику с широкой базой. Только если она пойдет этим путем, откроется воистину огромный потенциал для интеграции и сотрудничества на всем европейском пространстве, и мы сможем стать свидетелями этих процессов.

На прошедшем недавно здесь в Москве круглом столе ЕС-Россия с участием промышленников и предпринимателей была нарисована достаточно мрачная, но, как мне кажется, верная картина общего состояния дел.

Участники Круглого стола заявили, что, «несмотря на очевидные успехи экономического роста и некоторые институциональные реформы, системные риски инвестирования в российскую экономику остаются высокими. Основные структурные, правовые и институциональные реформы не завершены или проводятся неэффективно… Несмотря на повышение суверенного рейтинга благодаря высоким доходам от нефти и газа, Россия по-прежнему занимает нижние строчки международных инвестиционных рейтингов, и общий объем прямых зарубежных инвестиций катастрофически мал в сравнении с масштабом российской экономики и ее потенциалом».

Далее отмечалось, что «за последние десятилетия страна, по сути дела, не пополнила свои основные производственные фонды и в настоящий момент переживает структурный кризис и технологические катастрофы во многих областях. Модернизация российской промышленности и реконструкция ее гигантской инфраструктуры потребует колоссальных инвестиций, которые невозможно полностью профинансировать за счет внутренних источников. Инвестиционный климат и связанные с ним вопросы институциональной и структурной реформ остаются ключом к достижению высоких и устойчивых темпов долгосрочного экономического роста в России».

На мой взгляд, решив эти вопросы, Россия сможет постепенно освободиться от нефтяной зависимости и превратиться в современную экономику, которая будет полноценной частью экономической интеграции и сотрудничества в Европе. Это сулит громадные выгоды как России, так и остальной Европе.

Остается наблюдать, будет ли Россия и в дальнейшем годы проводить такой курс. В начале лекции я упомянул те вопросы, которые у меня возникли в течение нескольких последних месяцев. Но, как мне кажется, важно понять, что потенциал интеграции и сотрудничества между Россией и Европейским Союзом может полностью раскрыться только в том случае, если продолжится процесс реформ в самой России.

На мой взгляд, к перечню четырех общих пространств, обозначенных на саммите в Риме, необходимо добавить пятое: общие обязательства по развитию демократии, уважению к власти закона и правам человека. Хотя Россия и члены Европейского Союза преданы этим ценностям, о чем свидетельствует наше членство в Совете Европы, отчеты, поступающие от наблюдателей за выборами в Думу, ясно указывают на то, что есть место для продолжения дискуссий.

Со временем развивается и усиливается связь между экономической и политической системой в стране. Пусть это называют старым марксизмом, но я считаю, что такая закономерность существует. И если нефтяная экономика, безусловно, сочетается с полуавторитарной политической системой, то развитие современной и конкурентоспособной экономики с широкой базой едва ли с ней совместимо.

Мы видели, как авторитарные и полуавторитарные режимы в разных частях мира развиваются до определенного уровня, но после этого потребность в твердой власти закона, прозрачной и открытой политической системе и здоровом гражданском обществе, функционирующем помимо государства и господствующих экономических структур, обусловливает необходимость развертывания полноценной демократической системы.

Таким образом, если Россия выберет современную экономику с широкой базой вместо бесперспективной нефтяной экономики, это будет означать не только выбор долгосрочного экономического потенциала, а также возможностей интеграции и сотрудничества с остальной Европой, но также, со временем, и выбор политического режима.

Я принадлежу к поколению, которое формировалось в десятилетия холодной войны, возведения Берлинской стены и экспансии коммунистической системы к самому сердцу Европы силой советского оружия. Но я также принадлежу к поколению, которому посчастливилось увидеть настоящее историческое чудо мирного распада империи, основанной на оккупации, освобождения самой России и окончания былой конфронтации…

Задача нашего поколения —  построить новую систему безопасности, сотрудничества и демократии, охватывающую как можно большую часть территории нашего континента. Постепенно мы строим, посредством Европейского Союза, федерацию национальных государств, которая будет включать в себя всю Европу к западу от России и Украины, и которая, в конечном итоге, будет простираться от Северного Ледовитого океана до Средиземного моря и со временем, по всей вероятности, будет включать и Турцию.

Этот процесс, разумеется, дается не легко, он не проходит гладко и бесконфликтно. Ничего подобного история не знает, и мы уже проделали половину пути к достижению целей, которые возложила на нас история после великих перемен 1989 и 1991 годов.

Превращение России из обреченного на упадок государства, охватывающего 11 часовых поясов, в современную европейскую демократию, граничащую с Китаем и ощущающую на себе все беспорядки, происходящие на великом Ближнем Востоке, очевидно, потребует какого-то времени. Но этот процесс остается такой же важной частью построения нашей новой Европы, как и потребность в поддержании и укреплении отношений с Соединенными Штатами.

Захочет ли Россия в один прекрасный день стать членом нашей федерации национальных государств, —  это открытый вопрос, который должна решить сама Россия. Я убежден, что стране таких масштабов как Россия будет трудно отказаться от своего суверенитета в решении очень широкого спектра вопросов, хотя мы именно это и пытаемся делать у себя в ЕС. Но решать предстоит все же именно вам.

Я начал со слов о том, что мы собрались обсудить эту тему в трудное время. Внешний мир до сих пор до конца не осознает, в каком направлении движется Россия. Понятно, что многим здесь в России, равно как и в других местах, трудно понять непростое устройство Европейского Союза и происходящие в нем преобразования. И мы все стоим перед очередными вызовами и угрозами в сфере безопасности, которые достаточно четко обозначены в новой Стратегии европейской безопасности.

Какое-то время главная задача будет состоять в том, чтобы не допустить дальнейшего развития некоторой напряженности в наших отношениях, свидетелями которой мы сегодня являемся. Это будет особенно важно в течение тех месяцев преобразований и перемен, которые нас ожидают в будущем году.

Но в дальнейшем нам всем следует озаботиться обновлением и укреплением наших отношений. Если Россия проявит готовность, я уверен, что Европейский Союз не замедлит с ответом. Но обе стороны должны сделать свой выбор, чтобы это стало возможным.

Последнее обновление 18 декабря 2003, 17:20

} Cтр. 1 из 5