Россия в глобальной политике

Трамп сжимает кольцо вокруг Ирана, чтобы сделать Хаменеи предложение, от которого нельзя отказаться. Одна из возможностей – методика, которая напоминает Карибский кризис 1962 г. или то, что ввели против Венесуэлы до похищения Мадуро, – карантин в отношении иранских портов. Цель – удушение иранской экономики. Соответственно, усугубить ещё эту проблему – лучший способ заставить иранский режим или сдаться, или рухнуть.

ХАМАС сейчас находится в очень слабом положении, брошенный союзниками, с остатками средств, столкнувшийся с единой арабо-израильско-мусульманской и американской позицией. Но нет никаких гарантий будущего, поэтому многие израильтяне, скажем так, проявляют осторожный оптимизм в отношении мирной сделки с ХАМАС – с акцентом на слово «осторожный» – но такова ситуация.

Получение Ираном ядерного оружия легитимирует аналогичные проекты. Даже ключевые неядерные члены НАТО могут начать разработку ядерного оружия. Если это произойдёт, можно говорить об историческом переломе. Наступит конец ДНЯО в его нынешнем виде. Израильский взгляд на иранскую проблему изложил в интервью для «Международного обозрения» заместитель секретаря Совета безопасности Израиля (2008–2015) Эран Лерман.

Главным инструментом нанесения ущерба Израилю были атаки «Хизбаллы», но теперь они фактически исключены из уравнения. Сейчас Израиль действует исходя из необходимости управления рисками. О том, есть ли у израильтян стратегический план в отношении Сирии, что ожидает Иран, Фёдору Лукьянову рассказал Эран Лерман, заместитель секретаря Совета безопасности Израиля (2008–2015).