Россия в глобальной политике

Даже если исходить из того, что распад СССР был неизбежен, те, кто его санкционировал, избрали второпях далеко не лучший для России вариант, в том числе с точки зрения внешней политики, её важнейшего параметра – отношения с соседями.

«СНГ зачато и рождено в головах, а не выросло из существующей реальности. Создавалось как замена СССР, в первую голову – Михаила Горбачёва, для взятия в свои руки всей власти, а с ней гигантской собственности». Из мемуаров бывшего министра.

Американская мания господства и российский «бунт», сталкиваясь между собой, оставляют мало места маневрированию в поисках выхода из «холодной войны №2», получившей имя гибридной.

Отличительная черта британского жизнеустройства это не столько демократия, хотя именно ее всячески выставляют напоказ, сколько не сразу улавливается глазом развитое, глубоко эшелонированное, отшлифованное столетиями гражданское общество.

В большинстве горячих точек Запад изначально выбирает «правильную» сторону, которой и оказывается помощь – политическая, военная, дипломатическая – для победы над «неправым» неприятелем. Начиналось все с Югославии первой половины 1990-х годов.

Перестройка и, в частности, ее внешняя политика, остается неоцененной в собственной стране. И пока мы не сможем объективно взглянуть на этот важнейший этап, так и будем ходить по кругу исторической обреченности.

В большинстве горячих точек Запад изначально выбирает «правильную» сторону, которой и оказывается помощь – политическая, военная, дипломатическая – для победы над «неправым» неприятелем. Начиналось все с Югославии первой половины 1990-х годов.

Во время гражданской войны посадила таджиков за стол переговоров Россия. Она же удерживала их за переговорным столом, когда возникал очередной тупик. Но мы всегда исходили из того, что не можем договориться за них.

Избавившись от конфронтации, Соединенные Штаты и Советский Союз могли стать подлинно стратегическими партнерами. Но Вашингтон прошел мимо уникального исторического момента. Верх взяли сиюминутная целесообразность и приземленный прагматизм. Возможно, не хватило далекого стратегического видения таких великих американских президентов, как Вудро Вильсон и Франклин Делано Рузвельт.