10.01.2005
Чжунго хэпин цзюэци (Мирное возвышение Китая)
Рецензии
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Александр Ломанов

Доктор исторических наук, профессор РАН, заместитель директора по научной работе Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук (ИМЭМО РАН), член научно-консультативного совета журнала «Россия в глобальной политике».

Вынесенное в заголовок книги «мирное возвышение» (хэпин цзюэци) Поднебесной стало в 2004 году одной из важнейших дискуссионных тем внутри Китайской народной республики. Инициатива пропаганды «мирного возвышения» принадлежит новому руководству КНР, которое хотело найти форму контраргументации зарубежным рассуждениям о «китайской угрозе». В более широком смысле это попытка адаптировать имидж КНР к современным реалиям. Прежние заветы Дэн Сяопина «не высовывать голову» и «скрывать во тьме свои возможности» соответствовали политике отсталой страны, отчаянно нуждавшейся в спокойной обстановке для осуществления модернизации. Теперь Китай хочет объяснить миру, что его неуклонно растущая и всем заметная мощь не нанесет вреда окружающим.

Концепция «мирного возвышения» впервые была сформулирована в ноябре 2003-го в выступлении Чжэн Бицзяня, занимавшего в 1990-е годы посты заместителя руководителя отдела пропаганды ЦК КПК и постоянного проректора Центральной партшколы КПК. Обратим внимание на то, что как раз в те годы формальным главой Центральной партшколы был нынешний китайский партийно-государственный лидер Ху Цзиньтао. Идеи «мирного возвышения» немедленно прозвучали в выступлениях китайских лидеров: в декабре 2003-го о нем высказались Ху Цзиньтао и премьер Вэнь Цзябао, в марте 2004 года Вэнь попытался представить развернутую трактовку содержания этой концепции, в апреле 2004-го о ней вновь говорил Ху Цзиньтао. Однако летом того же года понятие «мирное возвышение» исчезло из официального употребления в связи с ростом разночтений и сомнений. Концепцию вернули на уровень научного сообщества для более глубокого обсуждения.

Книга Ся Липина и Цзян Сиюаня, сотрудников отдела стратегических исследований Шанхайского института международных проблем, увидела свет в сентябре 2004 года. Солидный политический бестселлер (432 тысячи иероглифов, около 390 страниц) на актуальную тему был написан менее чем за год. Такая оперативность отклика на политическую конъюнктуру обусловила как достоинства, так и недостатки монографии. Новая и интересная тема была освещена авторами с максимальной полнотой и всесторонностью, однако работа получилась несколько эклектичной и отягощенной большим числом повторов.
Авторы исходят из характеристики Китая как «ответственного большого государства», заинтересованного в мирных внешних условиях для своего развития и способного в свою очередь содействовать поддержанию мира и стабильности в Азиатском регионе. Методы у китайского «возвышения» исключительно невоенные: страна опирается на собственные силы, на огромный внутренний рынок, на трудовые и финансовые ресурсы, осуществляет взаимовыгодное сотрудничество с внешним миром. В качестве позитивного примера у КНР есть опыт послевоенного «мирного возвышения» европейских стран (прежде всего ФРГ) и Японии. Однако возвышение «по-китайски» имеет значительно более крупные масштабы, что заставляет вести речь о создании новой концепции в области международной стратегии.

Если до Второй мировой войны возвышение крупной страны было возможно только через войну, то с 1980-х годов такой путь открывает экономическая глобализация. Ся и Цзян полагают, что за последние полвека КНР упустила, как минимум, два важных шанса на развитие – в 1945-м из-за гражданской войны и в 1960–70-е годы из-за хаоса «культурной революции» (с. 36). Авторы предупреждают, что и в наши дни «руководящие страны» мира с недоверием относятся к тем странам, которые возвысились позже их самих. К тому же имеющиеся пути возвышения – через войну или благодаря альянсу с «руководящими странами» – для Китая неприемлемы, поскольку для страны важны как мир, так и национальный суверенитет.

Чтобы иметь возможность продолжать развитие в условиях глобализации, КНР должна оставить «узкий националистический взгляд на национальные интересы и рассматривать интересы китайского народа как часть общечеловеческих интересов» (с. 3). Усиление мощи Китая будет неизбежно порождать сомнения как у крупных держав, так и у соседей. Поэтому успех страны в конечном итоге определит не столько поддержка иностранцев, сколько способность КНР проводить политику мира и экономического развития.

На международной арене главным «ограничителем» китайского стремления к возвышению Ся и Цзян считают США и их унилатералистскую модель внешнеполитического мышления. Для противодействия ей Китаю потребуются изощренная «искусность» и прямой контакт с мейнстримом американского общества. Основным препятствием для «мирного возвышения» страны и скрытой угрозой для международной безопасности остается тайваньский вопрос, шансы на решение которого будут возрастать по мере упрочения связей КНР с США и ростом привлекательности китайского рынка для остального мира.
Авторы книги призывают не ставить знак равенства между «мирным возвышением» и объединением Китая (с. 342–343). Они напоминают о том, что ФРГ осуществила свое послевоенное мирное возвышение в условиях раскола Германии, а Япония добилась успеха на фоне территориальных споров с Россией, КНР и Кореей. Развитие имеет первостепенное значение и даже важнее объединения Китая, поскольку вооруженный план присоединения Тайваня потребует от властей наращивать число «пушек», уменьшая долю идущего на развитие страны «масла». Ся Липин и Цзян Сиюань призывают к созданию механизма региональной безопасности с участием КНР, США и Японии, чтобы объединенными усилиями оказать давление на увлекшуюся сепаратизмом тайваньскую администрацию.

Позиция авторов книги по тайваньской проблеме демонстративно прагматична. Они отмечают необходимость развернуть «борьбу за сердца тайваньцев» и вместо повторения примитивных угроз сделать упор напропаганду выгод, которые сулит острову объединение страны. Вполне трезво их замечание о том, что все еще предлагаемая Тайваню объединительная схема «одно государство – две системы» нуждается в творческом обновлении, поскольку была разработана в конце 1970 – начале 1980-х годов в начальный этап перехода материкового Китая к рыночной экономике. Экономические системы КНР и Тайваня становятся все более похожими, поэтому ныне на первое место выходит признание единства Китая, а о системах можно будет поговорить потом (с. 360).

В качестве главного ориентира для «мирного возвышения» авторы книги предлагают китайским властям сотрудничество с лидерами мировой экономики – США, Японией и Европой. Примечательно, что в поле зрения Ся и Цзяна оказались «большая восьмерка» и НАТО, за счет сотрудничества с которыми КНР могла бы значительно укрепить свое влияние. По словам авторов, «Китай больше чем в прошлом обращает внимание на «большую восьмерку», поскольку после присоединения России она перестала быть «клубом богачей» (с. 320–321). «Величайший интерес Китая» – наладить связи с «восьмеркой», представляющей ведущие экономики мира, которые одновременно являются главными торговыми партнерами и внешними сырьевыми источниками КНР. Авторы считают, что своевременное членство в «восьмерке» «поможет Китаю и другим крупным странам усилить экономическую и политическую координацию, расширить стратегическое сотрудничество». При этом «практика России также показала, что, будь то в политике или в экономике, быть членом “восьмерки” выгоднее, чем находиться вне ее» (с. 321)

Ся и Цзян полагают, что выход НАТО за пределы Европы и приближение альянса к рубежам Китая уже требует встречной реакции. Во-первых, развивая всесторонние связи с государствами Центральной Азии, КНР сможет уменьшить элементы непредсказуемости в сфере приграничной безопасности, которые может принести расширение НАТО на Восток. Раз эти страны хотят стать членами альянса, Китаю нужно успеть наладить с ними прочное стратегическое сотрудничество, чтобы снизить вероятность возникновения напряженности между КНР и НАТО. Поскольку страны Центральной Азии обладают двойным статусом и партнеров альянса, и членов Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), настала пора наводить мосты между ШОС и НАТО.
Во-вторых, авторы книги призывают расширять политические контакты и диалог Китая с альянсом на основе общего понимания угроз, связанных с международным терроризмом, и общности стратегических интересов по защите мира и стабильности на планете. Ся и Цзян считают, что ослабление военных функций НАТО и продолжение политики расширения на Восток требуют от КНР своевременной коррекции политики в отношении НАТО. Прежде всего надо перестать говорить об альянсе как об «орудии холодной войны» и «в должной форме» дать позитивную оценку активной роли НАТО в поддержании стабильности в Европе и других регионах. Не забывая о своих интересах, Китай мог бы использовать антитеррористический и миротворческий опыт альянса, осуществлять в этих областях сотрудничество, увеличивая способность страны предотвращать и решать региональные конфликты, создавая заодно достойный имидж своему государству. «НАТО и КНР уже наладили в Брюсселе неофициальные контакты и политический диалог по некоторым конкретным вопросам. Китаю нужно через этот диалог как можно скорее выводить обе стороны на создание сравнительно официальных отношений» (стр. 328). Авторы книги надеются, что через связи с альянсом Китайской Народной Республике удастся также улучшить отношения с США и наладить с ними контакты и обмены в военной области.

Призывы авторов книги не испытывать тревоги по поводу замедления процесса объединения с Тайванем, а сосредоточиться на дружественных отношениях с «восьмеркой» и НАТО могут показаться необычными для тех, кто привык воспринимать Китай в качестве «коммунистического» оппонента Запада. Кроме того, рассматривая причины крушения СССР, Ся и Цзян не пользуются и достаточно распространенными в КНР теориями иностранного заговора. Они полагают, что Советский Союз рухнул в первую очередь из-за своих милитаристских устремлений и попыток соперничать с США, при этом ко времени своего заката советское общество настолько закостенело, что лечить его можно было только «шоковой терапией» (с. 95). Уроки краха СССР, по мнению авторов, свидетельствуют, что агрессивная экспансия и гегемонистская политика, попытки навязать свою волю, постоянная агрессия и порабощение других стран будут отвергнуты народами всего мира.

Системные конструкции в международных отношениях Китая авторы книги рассматривают в следующем порядке: прежде всего взаимотношения КНР и США, затем уже три «треугольника»: КНР–США–Россия, КНР–США–Европа, а также КНР–США–Япония. Ся и Цзян полагают, что после событий 11 сентября отношения Китая с Америкой стали не только стабильны, но и значительно улучшились благодаря заинтересованности США в китайской помощи в борьбе с распространением оружия массового уничтожения. Вместе с тем проблема прав человека была с тревогой охарактеризована как «одно из важнейших проявлений структурных противоречий в двусторонних отношениях» (с. 230), затеняющее стремление США добиться мирной эволюции политической системы Китая.

Тема России в книге присутствует, но особо важного места не занимает. Авторы позитивно отзываются об отношениях стратегического партнерства Москвы и Пекина, отмечают переход от былой конфронтации к выстраиванию между КНР и РФ международных отношений нового типа, опирающихся на идеи многополярности, отказ от образования конфронтационных блоков, широкий невоенный подход к проблемам международной безопасности. Ся и Цзян замечают, что в прошлом США и КНР вместе сдерживали экспансионизм СССР, теперь же «в экономике потребность России и Китая в США превосходит их взаимную потребность друг в друге, однако их отношения между собой лучше, чем их связи с США взятые по отдельности» (с. 238).

Авторы книги отмечают, что реализация стратегии «мирного возвышения» Китая невозможна без поддержки соседей, в число которых входит и Россия. Чтобы добиться их благосклонности, Ся Липин и Цзян Сиюянь предлагают в меру сил помогать соседям экономически и вовремя преодолевать синдром национального величия и великодержавный подход, особенно обидные для малых сопредельных стран (с.9–10). Показательно, однако, что книга завершается упоминанием о российских природных богатствах. Авторы увенчали свой труд напоминанием о том, что способность КНР «на основе рациональных экономических принципов наладить долгосрочное и устойчивое стратегическое партнерство с крупными странами, обладающими запасами энергетического и минерального сырья (например, в полной мере использовать казахстанские нефть и газ, природные ресурсы российской Сибири и т. д.), окажет крайне важное влияние на китайскую стратегию “мирного возвышения”» (с. 376).

Александр Ломанов