12.04.2007
Блеф по понятиям
Колонка редактора
Хотите знать больше о глобальной политике?
Подписывайтесь на нашу рассылку
Фёдор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Директор по научной работе Международного дискуссионного клуба «Валдай». Профессор-исследователь Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». 

Контакты

Тел. +7 (495) 980-7353
[email protected]

Федор ЛукьяновЛондон щедро
отблагодарил президента Ирана Махмуда Ахмадинеджада за дары,
которые тот на прощанье преподнес незадачливым британским
пленникам. В ответ минобороны Великобритании сделало иранскому
лидеру поистине царский подарок, разрешив спасшимся воинам
заработать на рассказах об ужасах заключения.

Правда, санкция была моментально отозвана, и поправить материальное
положение успела только единственная леди-моряк. Но это уже не
важно. Тегеранский харизматик, несомненно, испытал глубокое
удовлетворение. В его глазах эта история стала очередным
доказательством того, в чем он и так не сомневался: Запад – сборище
продажных лицемерных слабаков.

И психологически инцидент с
арестом британских военных может оказать большее воздействие на ход
событий, чем вся активность вокруг иранской ядерной программы.

Ахмадинеджада принято называть
религиозным фанатиком, однако его политическое мировоззрение, как и
взгляды большинства соратников, сформировала не столько исламская
революция 1979 года, сколько война с Ираком 1980-1988 годов.

Об этом конфликте вспоминают нечасто. Слишком многое с тех пор
изменилось, регион пережил глобальные катаклизмы. Но дело не только
в этом. У великих держав нет желания обсуждать данную тему, ведь их
роль более чем неприглядна. Зато иранские ветераны той войны
запомнили ее очень хорошо.

Исламская революция в шиитском Иране, совершившаяся за полтора года
до иракского нападения, перепугала всех – и Соединенные Штаты, и
Советский Союз, и арабов-суннитов. В результате Иран столкнулся с
небывалым для эпохи «холодной войны» единением. Саддамовский Ирак
вооружали и морально поддерживали все – от Рейгана и Брежнева до
Дэн Сяопина и Миттерана.

Военно-техническое превосходство Багдада, очевидное и в начале
конфликта, ко второй половине 80-х стало подавляющим. Поставки
вооружений Ираку объединяли непримиримых идеологических врагов.
Среди поставщиков – СССР, США, КНР, Западная и Восточная Германия.
Вклад внесли члены Организации Варшавского договора – Чехословакия,
Польша, Венгрия, члены НАТО – Великобритания, Италия, Франция,
Дания, а также нейтральные и неприсоединившиеся страны – Швейцария,
Австрия, Югославия. В стороне не остались Бразилия и Южная Африка,
где в ту пору существовал режим апартеида. Мощную финансовую
поддержку оказывали Саудовская Аравия, Кувейт и Объединенные
Арабские Эмираты. Стоит напомнить, что Ирак был агрессором, а
боевые действия сопровождались поистине варварскими военными
преступлениями.

При поддержке Китая и ведущих западных держав Багдад успешно
разрабатывал программу по созданию оружия массового уничтожения –
бактериологического и химического. Против иранцев, в том числе и
мирного населения, применялись отравляющие газы. Число жертв этого
вида оружия оценивается в сто тысяч человек, общее количество
погибших в ходе боевых действий достигает миллиона. Однако внешний
мир старательно не замечал происходящего, воззвания в адрес
международного сообщества оставались без ответа.

В таких условиях ковались взгляды
нынешнего иранского лидера, который провел на фронте несколько лет
в качестве инструктора народного ополчения «Басидж».

С одной стороны – жестокость и
лицемерие окружающих, которые закрывают глаза на любые
преступления, лишь бы ослабить опасный Иран. С другой – массовый
безумный героизм малолетних фанатиков-ополченцев, которых аятолла
Хомейни призвал умереть за ислам. Иракское преимущество в
вооружении Тегеран компенсировал готовностью пожертвовать сотнями
тысяч юных солдат, которые буквально устилали путь вперед своими
телами.

Герои вызывали восхищение, иракский агрессор – ненависть, а стоящие
за ним – презрение. Не случайно Ахмадинеджад с таким отвращением
высказывался о последней иракской кампании США: раньше Америка
натравливала Саддама Хусейна на Иран, а когда он стал не нужен –
уничтожила его страну и его самого.

В свете этого тегеранская элита ни
на гран не верит звучащим из Вашингтона словам.

«Война с Ираком, полагают иранские
ветераны, показала, что ни соблюдение международных договоров, ни
апелляции к мнению Запада не обеспечат защиту национальных
интересов», – пишет ведущий американский исследователь современного
Ирана Рей Такей.

В статье, опубликованной в последнем номере журнала Foreign
Affairs, Такей указывает причину агрессивного поведения
Ахмадинеджада и его приближенных: «Они уверены в том, что США –
слабеющая держава». В подтверждение автор приводит прошлогоднее
заявление иранского главнокомандующего Корпусом стражей исламской
революции Хусейна Салами: «Мы оценили потенциал самой заносчивой
державы мира и считаем, что в этом плане беспокоиться не о
чем».

Иран относится к Соединенным Штатам с высокомерием, его руководство
считает, что в прямом единоборстве они мало на что способны. Запад,
мол, горазд разжигать конфликты, но совершенно не склонен в них
участвовать. Такие воззрения вообще распространены в мусульманском
мире. На саммите организации «Исламская конференция» в 2003 году,
где почетным гостем был президент Путин, тогдашний премьер Малайзии
Махатхир Мохамад обрушился на евреев (иными словами, на западную
элиту), которые «чужими руками управляют миром. Другие сражаются и
умирают за них».

Трагикомическая история британских моряков укрепляет иранский
истеблишмент в убеждении, что Запад – не боец. А коли так, то нужно
демонстрировать максимальную агрессивность.

Рано или поздно придется пойти на
некий компромисс, но, чтобы он был наиболее выгодным, ставки в
противостоянии нужно поднять как можно выше.

По мнению Такея, которое разделяют
многие эксперты, иранское руководство действует намного
расчетливее, чем может показаться на первый взгляд. Его цель –
добиться признания за Ираном роли ключевой региональной державы,
одного из «центров силы» наступающего многополярного мира. Истово
верующий Ахмадинеджад – лидер не религиозного, а
националистического толка, нацеленный не на территориальную или
идеологическую экспансию, а на подъем статуса собственной
страны.

Это означает, что с ним возможны
сделки, однако залог успеха – твердая и решительная позиция
противоположной стороны.

Потому что до тех пор, пока Тегеран
ощущает слабость и разобщенность своих визави, он будет наращивать
напор.

Это, кстати, определяет и естественные ограничители для российской
позиции. Россия для иранцев – один из инструментов достижения своих
целей, массированную же поддержку Москвой режима Хусейна в 80-е
годы прошлого века Тегеран тоже не забыл.

Учитывая тяжелое положение американцев в Ираке и Афганистане,
спекуляции о грядущем нападении США на Иран многие считают
проявлением охватившего Белый дом безумия.

Однако без постоянной демонстрации
готовности применить силу никакого диалога с Ираном может не
получиться. Каждая из сторон блефует и будет продолжать это
делать.

Конечно, такая игра чревата немалым
риском. Бывает, что логика взаимных заявлений заводит в тупик,
выход из которого – только война. Но договориться с Ираном можно
только по понятиям. В законы и справедливость он не верит со времен
конфликта с Ираком.

| Gazeta.ru