Медведев в чужой игре

28 сентября 2010

Фёдор Лукьянов - главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Научный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Резюме: Визит президента России Дмитрия Медведева в Китай проходит на фоне интересного международного контекста

В конце прошлой недели японские власти приняли решение отпустить капитана китайского траулера, который был задержан 7 сентября в районе спорных островов Сенкаку в Восточно-Китайском море. Арест рыболовецкого судна вызвал резкое обострение между Токио и Пекином, китайская сторона пригрозила Японии жесткими мерами, если моряка немедленно не отпустят.

Токио, судя по всему, был удивлен тоном Пекина, резкость которого явно превосходила значимость достаточно рутинного инцидента. Тот факт, что капитана быстро отдали обратно, ряд комментаторов интерпретировали как проявление Японией слабости, однако дипломатический скандал этим не исчерпался.

Теперь КНР потребовала от японского правительства формальных извинений, однако на это последовал уже гневный отказ премьер-министра Наото Кана. Между тем 24 сентября Китай ввел эмбарго на экспорт в Японию редкоземельных металлов, что весьма чувствительно для компаний электронной и авиакосмической промышленности. Ранее Пекин предпринял ряд демонстративных шагов – от отмены всех официальных контактов до ограничения туризма и приостановки переговоров об экономическом сотрудничестве.

Параллельно развивается и другой конфликт. В пятницу (24 сентября) бюджетный комитет конгресса США одобрил предложение о введении компенсационных пошлин на продукцию стран, которые манипулируют курсом национальной валюты для создания искусственных преимуществ своим производителям. В первую очередь адресатом законопроекта является Китай, который американское правительство обвиняет в занижении курса юаня для стимулирования собственного экспорта и уменьшения конкурентоспособности товаров других стран, в том числе Соединенных Штатов.

Конфликт тянется давно, но до сих пор вашингтонской администрации не удалось добиться от Пекина ничего кроме обещания постепенно ослаблять контроль над курсом национальной валюты, когда для этого создадутся экономические условия. Условия, однако, по мнению китайского руководства, не создались. На днях Барак Обама назвал курсовые разногласия «настоящей проблемой».

Ответ Пекина не заставил себя ждать. В воскресенье (26 сентября) министерство торговли объявило о введении антидемпинговых пошлин против куриного мяса из США, которое, как уверено ведомство, продается по заниженным ценам. Пошлины достигают 105,4%. Поскольку производители курятины имеют влиятельное лобби в американском конгрессе, одним из представителей которого в сенате был еще недавно нынешний вице-президент Джо Байден, можно смело предположить скорую реакцию.

Постоянные проблемы в треугольнике Вашингтон – Пекин – Токио опровергают распространенное представление о том, что по мере роста экономической взаимозависимости риски в области политики и безопасности должны снижаться. Торговый оборот Китая с обеими странами постоянно растет, превысив $470 млрд с США и $140 млрд с Японией. Однако политическое напряжение только нарастает.

Связано оно в первую очередь с тем, что мировые и особенно азиатские державы испытывают все большую неуверенность по поводу дальнейшего развития ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе, который, по общему мнению, будет главной площадкой международной политики в XXI столетии.

Как раз во время японо-китайского обострения в Токио произошли политические перемены. Должность министра иностранных дел занял Сейджо Маехара, известный как сторонник всемерного укрепления военно-политического союза с США и сдерживания Китая.

Желание скорректировать японский внешнеполитический курс в сторону более сбалансированных отношений с КНР проявлял в прошлом году теперь уже бывший премьер-министр Юкио Хатояма. Он выдвинул идею Восточноазиатского сообщества, в которой угадывалось стремление сделать больший упор на самостоятельную от Вашингтона региональную активность.

Одновременно Токио предпринял попытку пересмотреть договор о базировании американской военной базы на Окинаве, но встретил непреклонную позицию Белого дома. В результате Хатояме пришлось уйти, а новое правительство, как видно, к экспериментам в области безопасности не склонно.

Японские колебания насторожили Соединенные Штаты прежде всего тем, что продемонстрировали неприятную для Вашингтона тенденцию – появление неуверенности азиатских стран в том, что партнерство с США является надежной гарантией безопасности на фоне укрепляющегося Китая. Правда, решительность США в окинавском вопросе и последствия инцидента с потопленным южнокорейским корветом, ответственность за который возложили на Пхеньян, дал новые аргументы сторонникам упрочения военно-политических связей с Америкой. Теперь для Вашингтона особенно важно продемонстрировать способность добиваться экономических уступок от Пекина, но здесь перспективы совсем неясны.

К этой картине стоит добавить Индию, которая, опять-таки несмотря на быстро растущий товарооборот с Китаем (с $5 млрд в 2001 году до $60 млрд в 2010 году), все больше озабочена политическими и военными проблемами. Нерешенный территориальный спор (индийский штат Арунчал-Прадеш в Пекине называют Южным Тибетом), собственно, проблема Тибета, наметившееся соперничество в Индийском океане и, конечно, Пакистан, состоящий в тесной связи с Китаем, – все это превращает китайско-индийские отношения в минное поле.

Дели заметно активизирует военные контакты с США, поскольку видит в них главный противовес потенциальному доминированию Китая в Азии. Но формальный альянс маловероятен, поскольку Дели привык воспринимать себя как самостоятельную силу и не готов идти на неравноправные союзы.

В этом году Россия фактически провозгласила поворот в Азию – этой теме было посвящено крупное совещание под председательством президента в июле, а недавний автопробег премьер-министра должен был подтвердить внимание к этому региону.

Это, безусловно, необходимо и надо было сделать много раньше – отсутствие внятной стратегии на самом главном мировом направлении грозит тем, что Россия превратится во второразрядную державу в Азии. А потенциал Москвы в этой части света в принципе намного скромнее, чем в евро-атлантическом регионе, который всегда был центром российской политики. Учитывая более чем напряженные взаимоотношения великих держав в Азии, России прежде всего надо избежать одного – риска быть втянутой в их разбирательства.

| Gzt.Ru

} Cтр. 1 из 5