Перекройка ландшафта: новый акт

14 февраля 2011

Фёдор Лукьянов - главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Научный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Резюме: Долгосрочное планирование издания по международной политике – занятие в современном мире довольно бессмысленное. Очередной номер был практически готов, когда стало понятно, что беспорядки в Северной Африке – не досадный эпизод, а начало фундаментальных перемен, которые докатились и до этого региона мира.

Долгосрочное планирование издания по международной политике – занятие в современном мире довольно бессмысленное. Очередной номер был практически готов, когда стало понятно, что беспорядки в Северной Африке – не досадный эпизод, а начало фундаментальных перемен, которые докатились и до этого региона мира.

Два десятилетия, прошедшие после окончания холодной войны, преобразили практически всю планету, но политический ландшафт Большого Ближнего Востока, как ни странно, оставался почти неизменным, несмотря на две большие войны, подъем исламского самосознания, широкое распространение терроризма и попытки внешнего вмешательства в дела этой части света. Однако отныне стабильности ожидать уже не приходится.

Александр Аксенёнок, долго проработавший на Ближнем Востоке, полагает, что распространенные там политические модели, вероятно, исчерпали свой потенциал. Правда, пока совсем непонятно, что может прийти им на смену. Евгений Сатановский ожидает волну серьезных потрясений, которые перекроят географическую карту – не все государства имеют шанс сохраниться не только в нынешнем виде, но и вообще. В этой связи примечательна статья американского дипломата Роберта Блэквила – по его мнению, Афганистан следует расчленить, поскольку так проще поддерживать стабильность этой взрывоопасной зоны. Впрочем, к подобному методу колониальные державы прибегали и раньше, следствием чего и являются многие сегодняшние проблемы. Роберт Молли и Питер Харлинг критикуют недальновидность американской политики на Ближнем Востоке – Вашингтон никак не избавится от черно-белого деления стран на «друзей» и «врагов», а это не отражает всей сложности ситуации.

Практически все авторы согласны с тем, что эпоха западного влияния в регионе заканчивается, зато растет присутствие других игроков, прежде всего Китая. Дэниел Фунг анализирует психологию китайской внешней политики. У Пекина нет традиционных экспансионистских амбиций, считает он, но непонимание остальными специфики китайского мышления способно все равно спровоцировать конфронтацию с США. Элизабет Экономи разбирает сильные и слабые стороны Китая и приходит к выводу, что Вашингтону нужно самому определиться, чего он хочет в Азии. Саймон Тэй предупреждает: отсутствие внятной стратегии Соединенных Штатов в Азиатско-Тихоокеанском регионе приведет к тому, что многие государства задумаются о переориентации на более тесные отношения с Пекином. Эдуард Войтенко и Яна Лексютина обращают в этой связи внимание на Тайвань, который находится в сфере мощного перекрестного притяжения КНР и США.

Рави Бхуталингам считает, что политика Китая, в том числе и на международной арене, будет определяться конфуцианской культурной традицией, которая укоренена в стране почти на генетическом уровне. Статья Фэн Шаолея отчасти подтверждает эту точку зрения – исследователь уверен, что, несмотря на многочисленные противоречия, ведущие державы в состоянии добиться гармонии в отношениях.

Роджер Олтман и Ричард Хаас напоминают, что главным вызовом американскому лидерству в мире являются не конкурирующие державы, а неспособность жить по средствам и обеспечить финансовое оздоровление. Ольга Буторина отмечает, что суть дискуссий о валютных войнах, которые ведутся в последние месяцы, очень проста – ведущие страны пытаются переложить на других издержки, связанные с выходом глобальной экономики из рецессии.

Сдвиг всеобщего внимания в Азию не может не сказываться на политике России, которая активно, хотя пока без особого результата, пытается укреплять свои позиции на востоке. По инерции Москва уделяет много внимания тому, что происходит на западном фланге, хотя темы, которые по-прежнему обсуждаются в связи с Европой, теряют международное значение. Константин Косачев подводит итог интересной и во многом неожиданной дискуссии о возможности вступления России в НАТО. К результатам она не привела, однако впервые была предпринята попытка выйти за рамки привычной парадигмы холодной войны. В определенном смысле это тоже следствие общей маргинализации темы – то, что совсем недавно вызывало кипение страстей, уже не кажется существенным и достойным серьезного конфликта. Владимир Евтушенков призывает перевести российско-европейские отношения в плоскость, крайне важную для обеих сторон – инновационное экономическое развитие. Именно это сотрудничество, а не стратегические споры позавчерашнего дня, будут определять систему связей в Старом Свете.

Дэниел Трейсман и Андрей Шлейфер полагают, что Соединенным Штатам нужно реалистично и трезво подходить к отношениям с Россией. Ее интересы в большинстве случаев не совпадают с американскими, и это объективный фактор, однако он не означает, что подходы двух стран обязательно противоречат друг другу.

2011 год – время памятных дат, 20 лет назад начался обратный отсчет истории Советского Союза, который завершился в декабре 1991-го исчезновением СССР и возникновением Российской Федерации. Последствия этого события в полной мере не проявились до сих пор, мы все еще в процессе набирающих обороты перемен. В ближайших номерах журнал «Россия в глобальной политике» в рамках совместного проекта с РИА «Новости» и газетой «Московские новости» попробует осмыслить, к чему мир и наша страна пришли спустя два десятилетия после крушения прежней системы координат.

} Cтр. 1 из 5