Дареному танку в дуло не смотрят

23 декабря 2012

Содержание важнее формы: зачем Армении ОДКБ?

Сергей Минасян - доктор политических наук, заместитель директора Института Кавказа (г. Ереван).

Резюме: Ереван мог бы проявить больший интерес к проблемам безопасности в Центральной Азии, если бы хоть отчасти был уверен в симметричности и пропорциональности действий центральноазиатских союзников в карабахском конфликте.

15 октября 2012 г. начальник оперативного управления Генерального штаба Вооруженных сил Армении генерал-майор Артак Давтян выступил на пресс-конференции, посвященной итогам крупнейших за историю страны стратегических командно-штабных учений, прошедших одновременно с масштабными маневрами карабахской армии в Нагорном Карабахе. По словам армянского генерала, были смоделированы превентивные ракетные удары по военной и экономической инфраструктуре условного противника, а в учениях в Нагорном Карабахе с участием почти 45 тыс. военнослужащих впервые применены недавно поступившие на вооружение современные противотанковые ракетные комплексы (ПТРК). Также прорабатывалась возможность обеспечения противовоздушной обороны группировки карабахских войск с помощью дислоцированных в приграничной с Нагорным Карабахом Сюникской области Армении мобильных зенитно-ракетных комплексов С-300ПС армянской армии.

Давтян также доложил о результатах маневров Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ «Взаимодействие-2012», впервые проведенных на территории Армении в середине сентября. В них приняли участие элитные части быстрого реагирования из всех стран организации. По замыслу предполагалось привлечение КСОР для оказания незамедлительной военной помощи подвергшемуся агрессии участнику ОДКБ с быстрой переброской на его территорию мобильных подразделений союзников. Как нетрудно догадаться, членство Армении оценивается военно-политическим руководством страны в первую очередь в контексте обеспечения региональных интересов и противодействия актуальным угрозам национальной безопасности.

Основной стимул и приоритет

Армения – единственное государство ОДКБ, которое может быть напрямую вовлечено в межгосударственный военный конфликт. Центральноазиатские союзники сталкиваются с угрозами преимущественно внутреннего свойства, которые связаны с обеспечением политической стабильности и сохранением существующих режимов, а также борьбой с трансграничными экстремистскими и террористическими организациями. Белоруссия также видит в ОДКБ военно-политическую опору нынешней власти, а представить вероятность агрессии с применением обычных вооружений против ядерной сверхдержавы России практически невозможно. В расчетах Москвы ОДКБ рассматривается скорее как механизм проецирования военно-политического влияния и присутствия на постсоветском пространстве, а не как непосредственный элемент обеспечения национальной безопасности.

Таким образом, Армения – фактически единственный член ОДКБ, приоритеты которого в сфере национальной безопасности укладываются в рамки задач традиционного военно-политического блока. Ереван рассматривает эту структуру как военно-политический ресурс в контексте главной проблемы постсоветского развития страны – карабахского конфликта.

Именно карабахский конфликт и связанные с ним региональные проблемы стали первым поводом для апробации военно-политического потенциала еще только формирующейся организации. Первый в «предыстории» ОДКБ пример парирования внешних угроз был продемонстрирован практически сразу же после заключения Договора о коллективной безопасности (ДКБ). В мае 1992 г. именно жесткая реакция командования Объединенных вооруженных сил СНГ (прообраза будущего Объединенного штаба ОДКБ) предотвратила попытку Турции вмешаться в карабахское противостояние.

В настоящее время данный конфликт фактически остается единственным на Южном Кавказе, имеющим определенный потенциал «разморозки». В результате он служит главным стимулом, обуславливающим членство Армении в ОДКБ и усиливающим заинтересованность Еревана в превращении альянса в действенный и эффективный военно-политический блок.

На фоне продолжающихся мирных переговоров в рамках Минской группы ОБСЕ Азербайджан, который не желает смириться с сохраняющейся уже второе десятилетие политической реальностью, перманентно угрожает возобновить боевые действия. Хотя из-за сложной комбинации военно-политического баланса и позиции международного сообщества конфликт заморожен, гонка вооружений в регионе свидетельствует о возможности его возобновления. Баку опирается на значительные доходы от продажи энергоресурсов. Противостоящая ему непризнанная Нагорно-Карабахская Республика получает безусловное содействие Армении, которая, в свою очередь, использует фактор членства в ОДКБ и двусторонние союзнические отношения с Россией для сохранения качественного и количественного военного баланса в зоне конфликта, а также рассчитывает на помощь союзников в случае угрозы ее безопасности.

При этом членство в ОДКБ важно для Армении не только как возможность приобретения и модернизации на льготной основе современных типов вооружения и военной техники (к примеру, тех же самых ЗРК С-300, ПТРК, бронетехники и других ВВТ). В расчетах Еревана не меньшую значимость имеют преимущества, предоставляемые военно-политическим потенциалом ОДКБ. Ввиду накопления сторонами значительного количества ВВТ вероятные боевые действия, как это было в ходе военной фазы карабахского конфликта вплоть до заключения перемирия в мае 1994 г., способны перекинуться на границы между Арменией и Азербайджаном. Более того, в Баку заявляют, что азербайджанская армия готова к нанесению ракетно-артиллерийских ударов не только по Нагорному Карабаху, но и по Армении.

Хотя этот шаг может повлечь серьезные политические последствия, с чисто военной точки зрения Баку действительно может быть заинтересован в распространении боевых действий на Армению. Это позволит азербайджанской армии, к примеру, создать угрозу коммуникациям в тылу карабахских войск, затруднить их снабжение и обеспечение вооружением, боеприпасами и топливом, а также сорвать возможную переброску воинских частей из Армении на помощь карабахцам, тем самым более эффективно использовать численное превосходство Азербайджана.

Более того, если Баку, осознавая политические последствия в виде вынужденного вовлечения России и ОДКБ, откажется от подобных действий, ситуацией в полной мере могут воспользоваться уже армянские стороны. К примеру, в случае возобновления войны Ереван может принять решение о передаче Нагорному Карабаху некоторых дальнобойных ракетно-артиллерийских систем для нанесения ударов по критически важным военным целям и объектам промышленной и энергетической инфраструктуры. В таком случае мишени в глубине территории Азербайджана могут быть подвергнуты практически «безнаказанным» ракетным ударам с территории Нагорного Карабаха, в то время как самому Баку придется воздержаться под угрозой политических последствий от ответных атак по аналогичным стратегическим целям в Армении. Сам Нагорный Карабах неизбежно подвергнется обстрелам, и это обстоятельство не будет являться сдерживающим фактором для армянских сторон.

Достаточно четкой демонстрацией того, что армянские стороны всерьез рассматривают подобный сценарий, стал военный парад 9 мая 2012 г. в Степанакерте по случаю двадцатой годовщины создания Армии обороны НКР и освобождения стратегически важного карабахского города Шуши. Впервые во время парада карабахских войск были показаны находящиеся еще с 1990-х гг. на вооружении Армении модернизированные оперативно-тактические ракетные комплексы 9К72 «Эльбрус» (Scud-B по натовской классификации) с дальностью стрельбы в 300 км и крупнокалиберные 283-мм реактивные системы залпового огня WM-80 «Тайфун» с дальнобойностью свыше 120 километров. Ереван и Степанакерт продемонстрировали, что в рамках политики конвенционального сдерживания (т.е. сдерживания с помощью обычных вооружений) ракетно-артиллерийским ударам подвергнутся не только стратегически важные военные цели. Под прикрытием «зонтика ОДКБ» с территории Нагорного Карабаха в первую очередь будут поражены объекты энергетической инфраструктуры Азербайджана, имеющие критическое значение. 

Учитывая, что Армения также официально выступает гарантом безопасности Нагорного Карабаха, очевидно, что инициирование Азербайджаном боевых действий почти неизбежно приведет к их распространению и на международно признанную территорию Республики Армения. Это автоматически сделает необходимым оказание помощи ОДКБ в соответствии с положениями статей 4 и 6 Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 года. Устав ОДКБ (статья 3) также позиционирует ее как организацию, ответственную за международную и региональную безопасность на постсоветском пространстве, уже по определению вовлекая ее в сохранение мира и стабильности в зоне карабахского конфликта. Наконец, в соответствии со статьей 2 ДКБ союзники обязуются в случае возникновения «угрозы международному миру и безопасности государств… незамедлительно приводить в действие механизм совместных консультаций с целью координации своих позиций и принятия мер для устранения возникшей угрозы». Отказ от принятия адекватных «мер для устранения возникшей угрозы» стране-союзнику – Армении повлечет необратимые последствия для данного военно-политического блока.

Для Еревана намного важнее политическое содержание многосторонних и двусторонних (армяно-российских) гарантий безопасности. Членство в ОДКБ, равно как и заинтересованность Армении в дислокации на ее территории на льготных основаниях 102-й российской военной базы, обусловлены в первую очередь карабахским конфликтом. Турецкий фактор также играет роль, но для сдерживания Анкары достаточно находящихся на армяно-турецкой границе российских пограничников: представить ситуацию, когда член НАТО Турция непосредственно вторгается на территорию члена ОДКБ и военного союзника России, весьма затруднительно.

В результате Азербайджан оказывается в военно-политическом цугцванге, эффективно сдерживающем возобновление войны. Прямое вовлечение ОДКБ (или даже одной России) делает возможный исход боевых действий в Нагорном Карабахе более чем предсказуемым. В свою очередь, начало войны в Карабахе без распространения на территорию Республики Армения (чтобы не было повода к вступлению в силу механизмов ОДКБ и двусторонних армяно-российских обязательств) противоречит военной логике и создаст Баку невыгодные военно-стратегические условия. Тем более что и в этой ситуации Москва будет активно оказывать своему союзнику помощь для сохранения военного паритета и снабжать Армению всем необходимым до тех пор, пока во взаимодействии с другими сопредседателями МГ ОБСЕ боевые действия не будут прекращены.

Проблема аморфности и перспективы развития ОДКБ

С точки зрения Еревана, основная проблема во взаимоотношениях с ОДКБ заключается в аморфности ее структур и алгоритма функционирования. На Южном Кавказе это фактически сводит ОДКБ к двустороннему формату, снижая способность полноценно реагировать на актуальные региональные вызовы и угрозы. Примечательно, что интересы Армении, в отличие от некоторых других членов блока, практически совпадают с подходами России. Армения как единственное государство-участник, сталкивающееся с прямыми военными угрозами, наверное, является самым мотивированным и удобным для Москвы партнером.

Давно уже стало привычным утверждение, что ОДКБ – это не одна, а фактически три региональные структуры, формально объединенные благодаря России под одним военно-политическим «зонтиком». В двустороннем формате организация функционирует не только на Южном Кавказе. Он логически увязывается с тенденцией создания подсистем безопасности (или регионов коллективной безопасности) в рамках общей структуры ОДКБ. Это продиктовано тем, что государства ОДКБ, за исключением России, не рассматривают многие вызовы или угрозы в других регионах как непосредственно касающиеся их собственной безопасности и жизненно важных интересов.

Для Армении данная ситуация сколь очевидна, столь и нежелательна. Однако, если «главный союзник» придает важность унификации ОДКБ и тем более готов брать на себя политическое и экономическое бремя совмещения подходов и интересов стран из трех разных постсоветских регионов с совершенно различными приоритетами в сфере безопасности, то Армения поддерживает этот подход Москвы. Впрочем, и руководство ОДКБ зачастую также отвечает любезностью. Заявления генерального секретаря ОДКБ Николая Бордюжи по проблемам региональной безопасности на Южном Кавказе и относительно карабахского конфликта обычно звучат жестче и предметнее, чем аналогичная реакция российского МИДа, как, к примеру, во время скандала с экстрадицией в Азербайджан Рамиля Сафарова в сентябре 2012 года.

В Ереване не питают иллюзий, что в случае форс-мажора на Южном Кавказе военно-морские силы Казахстана появятся на рейде Баку или киргизские мотострелки высадятся в горах Карабаха. Не исключено, что Ереван мог бы проявить больший интерес к проблемам безопасности в Центральной Азии (уровень подготовки частей быстрого реагирования и миротворческих контингентов армянской армии это позволяет), если бы хоть отчасти был уверен в симметричности и пропорциональности действий центральноазиатских союзников в карабахском конфликте. Поэтому возможность содействия ОДКБ в решении проблем региональной безопасности на Южном Кавказе Ереван вынужден рассматривать преимущественно в двустороннем армяно-российском формате.

Соответственно, в контексте дальнейшего развития ОДКБ приоритетными для Армении остаются меры по повышению эффективности механизма принятия политических решений и оперативного реагирования в кризисных и форс-мажорных ситуациях. Речь идет о выработке алгоритма принятия решений о применении сил/средств быстрого и оперативного реагирования практически в инерционном режиме. Армения также придает особую важность превентивным действиям политического характера, направленным на недопущение обострения конфликтной ситуации в регионе. В частности, это касается учета интересов союзников в проведении внешней политики на Южном Кавказе, на международной арене, голосованиях в различных международных и региональных организациях, с проведением постоянных консультаций и согласований.

Как представляется Еревану, неотложные меры должны касаться в первую очередь развития потенциала КСОР. Особенности актуальных региональных угроз на Южном Кавказе, а также современные скоротечные методы ведения боевых действий требуют быстрого вмешательства и реагирования. К примеру, для повышения оперативности КСОР представляется целесообразным заблаговременное складирование на постоянной основе на территории стран-участниц необходимого количества ВВТ. Это позволит в случае необходимости в максимально короткие сроки перебросить по воздуху личный состав, оснащенный лишь легким и стрелковым вооружением, с последующим использованием имеющихся уже на местах тяжелых вооружений, военной техники и имущества. Это тем более актуально применительно к подсистеме региональной безопасности ОДКБ на Южном Кавказе в силу географических и геополитических особенностей и весьма специфических взаимоотношений Армении и России с некоторыми из государств региона.

Ереван также заинтересован в том, чтобы союзники более ответственно учитывали его интересы, осуществляя военно-техническое сотрудничество с другими странами Южного Кавказа. Здесь претензии адресованы преимущественно России, хотя на нынешнем этапе закупки Азербайджаном российского оружия уже не так сильно нервируют Армению. Важно то, что Россия, существенно зарабатывая на продажах оружия Азербайджану, не забывает о поддержании военно-технического баланса в регионе. Москва не заинтересована в возобновлении боевых действий в Нагорном Карабахе и вовлечении в них. Прямое участие России в конфликте немедленно приведет к разрыву с Баку, в том числе в энергетической сфере. С другой стороны, очевидно, что невыполнение двусторонних и многосторонних обязательств по оказанию непосредственной и действенной военной помощи Армении лишит Москву репутации надежного партнера, дискредитирует дальнейшее функционирование ОДКБ и приведет к потере единственного военно-политического союзника на Южном Кавказе.

Поэтому Россия способствует сохранению статус-кво в Нагорном Карабахе и поддерживает военный баланс между сторонами. Азербайджан, естественно, может продолжать раскручивать гонку вооружений, однако в результате вышеуказанной схемы он будет вынужден также одновременно оплачивать качественное и количественное перевооружение армянской армии. Ведь фактически Азербайджану приходится вести гонку вооружений, тратя на это миллиарды нефтедолларов, не с Арменией, а с Россией – в настоящее время главным экспортером вооружений для Баку. Армения адекватно воспринимает данную ситуацию: «Дареному танку в дуло не смотрят».

В 2012 г. произошло, наверное, больше событий, чем за весь предыдущий период существования ОДКБ, которые могут снизить аморфность ее военной составляющей. По результатам достигнутых соглашений предполагается, что КСОР, Коллективные силы быстрого развертывания (КСБР) и Миротворческие силы (МС) вскоре будут подчинены единому командованию в рамках Коллективных сил (КБ) ОДКБ. При этом предусмотрена штатная должность начальника Объединенного штаба ОДКБ на постоянной основе, которую возглавит представитель России. Также предполагается, что ОДКБ получат единые системы управления, боевой подготовки и материально-технического обеспечения, а российская сторона окажет помощь в существенном перевооружении союзников. Готовится и соглашение о создании объединенных/единых систем ПВО России с Казахстаном, Белоруссией и Арменией.

Существенное развитие произошло и в военно-политической сфере. К примеру, повышению эффективности ОДКБ может содействовать приостановление в конце июня 2012 г. членства Узбекистана, в очередной раз решившего покинуть блок. По оценкам Еревана, это приведет не к снижению, а, наоборот, к повышению управляемости и возможностей оперативного реагирования на возникающие вызовы даже на Южном Кавказе. Не секрет, что Ташкент фактически саботировал многие инициативы ОДКБ, особенно в вопросе кризисного реагирования, это в свое время заставило выработать (во многом по инициативе Москвы и Еревана) механизм принятия решений по использованию структур ОДКБ в условиях отсутствия консенсуса. Кроме этого, основанная на идее «тюркской солидарности» позиция Узбекистана в карабахском конфликте была, мягко говоря, не созвучна с позицией Армении – ее военно-политического союзника, перед которым у Ташкента существовали формальные взаимные обязательства в сфере обороны и безопасности.

* * *

Государства вступают в военно-политические союзы, если те эффективно обеспечивают их национальную безопасность, в том числе в случае агрессии со стороны третьих стран. Для Армении в условиях сохраняющегося карабахского конфликта важна готовность стран – членов ОДКБ в полной мере соблюсти союзнические обязательства. Неоказание действенной и незамедлительной помощи союзнику, вовлеченному в межгосударственный военный конфликт, дискредитирует ОДКБ как военно-политический фактор на постсоветском пространстве и повлечет необратимые последствия для ее дальнейшей судьбы.

При этом Еревану очевидно, что в настоящее время это технически и политически мало реализуемая опция со стороны союзников в Центральной Азии и Белоруссии. Остается Россия, что фактически делает присутствие ОДКБ на Южном Кавказе формальным, сводя его почти исключительно к двустороннему армяно-российскому сотрудничеству. Однако, как известно, размер имеет значение даже в политике, и российского потенциала в принципе достаточно для удовлетворения потребностей Армении во внешнем военно-политическом ресурсе обеспечения безопасности. Москва проводит сбалансированную и во многом созвучную с подходами Еревана региональную политику, примером чего является ответственная позиция по сохранению военно-технического баланса в зоне карабахского конфликта, что является одним из наиболее эффективных методов сдерживания и невозобновления боевых действий.

В результате ОДКБ для Армении фактически является внешней оболочкой, в которой скрываются главные составляющие участия и интереса Еревана – двустороннее военно-политическое сотрудничество и военные гарантии со стороны России.

} Cтр. 1 из 5