Ситуация в Украине: обзор основных тенденций

1 августа 2014

Александр Гущин

Резюме: Ситуация в Украине по-прежнему остается в центре внимания мирового сообщества. Политическая жизнь страны бурлит

Ситуация в Украине по-прежнему остается в центре внимания мирового сообщества. Политическая жизнь страны бурлит: на фоне военной операции на Юго-Востоке активизировалась политическая борьба в Киеве, элиты готовятся к досрочным выборам в Раду, а правительство оказалось в «подвешенном» состоянии после распада парламентской коалиции. Не стоит также сбрасывать со счетов внешние факторы – политику Вашингтона и Москвы.

Политический класс перед парламентскими выборами

На прошедшей неделе главной новостью, активно обсуждавшейся экспертами как в России, так и за ее пределами, стала попытка отставки премьер-министра Украины Арсения Яценюка. Его заявление в Верховной Раде, безусловно, стало сенсацией, обсуждение которой продолжается вот уже несколько дней. Заявление премьера стало одним из инструментов пропагандистской кампании внутри России с целью доказать, что нынешнее украинское руководство неспособно к долговременной серьезной стратегической работе внутри страны, страдает разбродом и шатанием и вскоре рассыплется. Указывалось, с некоторым даже сочувствием, что А.Яценюк осознал - ситуация настолько катастрофична, что зиму Украина не переживет и что ответственность за весь экономический кризис тяжким бременем ляжет именно на правительство. Премьеру не оставалось ничего, как уйти, оставив президента один на один с перспективами коллапса и резкого падения поддержки избирателей.

В таких оценках практически полностью игнорировался тот факт, что А.Яценюк своим уходом для многих патриотически настроенных украинцев, верящих в агрессию России и необходимость завершения АТО, становился чуть ли не предателем, который сбегал с корабля в самый ответственный момент. Объяснение отставки с точки зрения боязни личной ответственности и грядущего краха государства исходит только из ложного посыла о грядущем третьем майдане. При этом активно эксплуатируется тезис о том, что реальной власти Киев не имеет, и что на западе страны главенствует партия «Свобода», а в Днепропетровске и еще 5 областях – Игорь Коломойский и его ставленники.

Более адекватное объяснение поступка А.Яценюка — предвыборное. Оно вполне может иметь под собой основание, особенно учитывая тот факт, что «Батькивщина» сейчас не претендует не только на победу, но, скорее всего, в новом составе Рады может оказаться в меньшинстве. Учитывая лидерство, пусть и относительное, пропрезидентской «Солидарности», а также проход в парламент таких сил как «Свобода» и Радикальная партия Олега Ляшко (у этих партий совокупно примерно 20 процентов голосов и при этом разный электорат, непересекающийся ни социально, ни территориально), перспективы «Батькивщины» становятся еще более сомнительными. Кроме того, внутри партии есть очевидное недовольство старым лидером Ю.Тимошенко, которая ушла в последнее время в тень (видимо, в надежде на ошибки нынешних властей), но из этой тени уже вряд ли когда-то выйдет.

А.Яценюк, согласно этому сценарию просто готовится к выборам, «Батькивщина» не хочет нести ответственность за ситуацию и в условиях непростой предвыборной обстановки пытается переложить ответственность на партнеров по бывшей коалиции, которые не утвердили предлагаемые правительством экстренные меры. При этом они не утвердили законы Яценюка скорее по мотивам экономическим, ведь среди депутатов немало представителей агропромышленного комплекса, над которыми и заносился налоговый меч. Вне зависимости от демарша А.Яценюка, перспективы «Батькивщины» представляются сомнительными. Вполне вероятно, что партия получит в новом созыве Рады не более 10-15 % голосов. Нельзя сбрасывать со счетов и эмоциональный фактор. А.Яценюк всегда отличался импульсивностью, даже во время последней его речи в Раде, нервное состояние премьера было заметно невооруженным глазом.

Президент Петр Порошенко в своих заявлениях призвал премьера продолжить работу в правительстве. Для президента сохранение консолидированности власти в условиях АТО жизненно необходимо. Кроме того, США дали ему carteblanche на президентство, и свой политический проект Вашингтон совершенно не собирается разрушать, в условиях обострения отношений с Москвой.

Вашингтон будет делать все возможное, чтобы не допустить, по крайней мере, явного раскола внутри нынешней киевской власти до парламентских выборов. Отставка А.Яценюка явно никак не входила в планы американцев, поэтому под давлением президента и Вашингтона последний вынужден был завершить процесс с отставкой, не доведя его до конца, но, видимо, получив какие-то гарантии под выборы (не исключено что и внутри «Батьквщины» назревает раскол, и А.Яценюк постарется перехватить лидерство у Ю.Тимошенко) и под решения, продвигаемые правительством в Раде.

С другой стороны, США и нынешняя украинская власть не могут не учитывать более серьезный фактор И.Коломойского, влияние которого распространяется не только на экономическую сферу, но и на частные армии, которые бок о бок с ВСУ воюют на Востоке страны. При этом Днепропетровская область, контролируемая Коломойским, — это тыл АТО. В этих условиях конфликт между президентом и олигархом, который фактически неизбежен в будущем, вряд ли на руку и тому, и другому сейчас, как и не выгоден их американским патронам. Парламентские выборы сейчас вообще невыгодны И.Коломойскому, любое усиление президента и центральной власти представляет серьезную угрозу днепропетровской вольнице Коломойского-Филатова, план которой по внедрению в переговорный процесс Медведчука уже был один раз сорван президентом.

В случае урегулирования на Востоке частные батальоны, организованные на деньги И.Коломойского, станут не нужны центральной власти. Армия, которая принимает все более активное участие в операции на Востоке и постепенно становится все более боеспособной, будет президентским ресурсом, перестановки же в высшем армейском руководстве сделаны явно не только с прицелом на войну, но и на возможный в будущем внутренний конфликт.

Президентские выборы жизненно необходимы президенту П.Порошенко именно сейчас, вне зависимости от того будет ли к этому времени освобождена или нет восточная часть страны. Конечно, запрет деятельности КПУ не случаен, в условиях резкого ослабления Партии Регионов, которая может и не попасть в парламент, избиратель Востока вполне мог пойти голосовать за КПУ, но теперь этого не произойдет. Избиратель на Востоке абсолютно дезориентирован, а те, кто поддерживал единую Украину, будет голосовать за «майданные» партии.

В любом случае у президента П.Порошенко есть все возможности для осуществления идеи заполучить в Раде пропрезиденсткую фракцию, которая бы позволила ему значительно увеличить свой политический вес, но это напрямую зависит не только от его действий на политической арене, но и от войсковой операции на Востоке страны.

Сводки с фронта

На прошлой неделе началось наступление украинской армии с севера в Луганской области и с Севера, Запада и Юга в Донецкой. Используя превосходство в бронетехнике, артиллерии и авиации, украинским войскам удалось освободить значительное число населенных пунктов и вплотную подойти к Луганску и Донецку. При этом ВСУ стремятся разбить надвое группировку ополченцев и окружить Донецк.

Тактика украинских войск вполне объяснима. С одной стороны со времени начала операции уже прошло несколько месяцев. Украинская армия постепенно начинает выходить из того летаргического состояния, в которое ее загнала власть за 23 года постсоветских года. Если в начале операции у Украины практически не было боеспособных подразделений, за исключением нескольких аэромобильных частей, и то обладающих достаточно низкими возможностями, то теперь, несмотря на ограниченность ресурсов, ситуация меняется. Украинские воинские части, в том числе танковые бригады, одна из которых оснащена танками Т-64 «Булат», получают боевой опыт, предприятия заточены на выпуск новых образцов техники, (которые, тем не менее, могут поступать в ВСУ только ограниченными партиями), сочетание использования ВСУ с частями нацгвардии и подразделениями территориальной обороны также дает определенный результат, когда огневая мощь армии сочетается с моральным духом добровольцев. (Однако до сих пор лояльность некоторых частей и готовность их действовать также жестко как и нацгвардия под большим вопросом).

Несмотря на очень умелое сопротивление ополченцев, потери украинской армии в наземной технике нельзя признать серьезными относительно общего числа имеющихся машин, чего нельзя сказать об авиации. Потеря 10-15 самолетов — это примерно десятая часть всех боеспособных самолетов в ВВС, что является высоким процентом, учитывая ограниченные возможности ополченцев сбивать самолеты, прежде всего, из ПЗРК.

Наступление ВСУ и Нацгвардии, учитывая опыт последних дней, говорит о том, что ополченцы на Востоке без более открытой широкомасштабной помощи со стороны России лишены возможности в стратегической перспективе удержать часть территории Донецкой и Луганской областей. Однако они могут удерживать какое-то время оборону, осуществлять диверсионные рейды и локальные контратаки, хотя и не смогут перехватить стратегическую инициативу. Задача продержаться до зимы при сохранении имеющегося уровня поддержки от России также вряд ли выполнима. Украинская армия, поставила на карту многое, стремясь решить вопрос вооруженным путем до начала осени. Успех нынешней операции очень важен для Киева, как с точки зрения политических перспектив П.Порошенко на выборах, так и с позиции предстоящей очень непростой для Украины зимы. Все это вынуждает идти на масштабные артиллерийские обстрелы, порой совершенно неадекватные, что ведет к гибели мирного населения, а попытки переложить ответственность за это на ополченцев выглядят неубедительно.

Стратегия Москвы

Все это ставит Россию перед необходимостью того, выбора, который является крайне неприятным для Москвы — или более открытая масштабная помощь ополченцам с перспективой усугубления санкций и изоляции, или попытка «сдать» Новороссию в мягком режиме, сохранив лицо, но при этом без всякой гарантии того, что США ослабят хватку в отношении Кремля.

Втягивание же России в войну, а она вопреки мнению многих экспертов-пропагандистов, грезящих скорым взятием ополченцами Киева, быстрой не будет, приведет к новой тотальной волне санкций. С другой стороны это в еще большей степени актуализирует крымский вопрос, который не существует только для России, вернее для ее официальных заявлений, но вполне может быть поставлен на повестку дня США.

Москва поставлена в условия, когда любое решение проигрышно, но вес проигрыша может быть разным и вопрос в том, что выберет Кремль, и правильным ли будет этот выбор.

Скорее всего, получив определенные гарантии по Крыму и по санкциям, Москва была бы и рада остановить «новороссийский» проект, но дело в том, что одна стратегическая неточность повлекла множество тактических - остановить пропагандистскую машину довольно трудно. Во-первых, это надо делать аккуратно, чтобы не травмировать собственное разгоряченное общество. А, во-вторых, СМИ во многом живут своей жизнью, и тотальный контроль над ними только кажется таковым. Закрутить гайку легко, а открутить назад гораздо сложнее - маховик пропаганды раскручивается автоматически. Несмотря на то, что в последнее время из уст ведущих государственных каналов стали реже звучат слова «хунта» и «фашисты», риторика по-прежнему остается очень жесткой.

В мире же информационная компания очевидно проиграна. Она и не могла быть выиграна в условиях, когда первенство во влиянии на умы полностью принадлежат западным СМИ. Катастрофа «Боинга» нанесла большой имиджевый урон России, теперь вне зависимости от расшифровок черных ящиков Россия все равно будет нести в рамках информационной кампании на Западе ответственность за саму ситуацию, в ходе которой трагедия стала возможной. Даже если бы кто-то и признал, в случае наличия фактов, что «Боинг» был сбит ВСУ Украины, то все равно ответственность Запад возложит на Россию, говоря об эскалации ей общей напряженности.

Расчет вбить клин между США и ключевыми европейскими странами пока не оправдывается. В Париже, вовсе не прочь продать вертолетоносцы и получать выгоды от сотрудничества, да и Германия прекрасно осознает, что будет стоить для нее снижение экспорта и сокращение товарооборота. Но Кремль, полностью уповая на материалистический фактор и тактическую выгоду, недооценил в который раз ценностные характеристики западного мира и специфику с одной стороны евроатлантизма, а с другой антиамериканизма, который не будет настолько важен, если речь пойдет о системном выборе, с кем быть. Вашингтон же будет усиленно ставить перед Европой вопрос именно в такой плоскости, (эпизод с Боингом очень кстати) переводя его в сферу стратегического партнерства между США и Европой перед лицом России и стремясь не дать Европе возможность маневра. Вряд ли абсолютно справедливы и аргументы о том, что БРИКС - реальная замена Западу, тем более, что Китай уж никак не союзник России в вопросах интеграции в Центральной Азии, а теперь находится в выгодном положении, в стороне от острой ситуации между Москвой и Вашингтоном.

Декларирование концепции «русского мира» в ее радикальном понимании, когда «русский мир» понимается как сообщество нелояльных странам проживания русских, а не как конгломерат всех русских, по разным причинам уехавших из страны, привело к испугу у национальных элит на постсоветском пространстве. «Русские мир» стал восприниматься не как гуманитарный и культурный проект, а как более радикальный, что делает трудным его сочетание с евразийской интеграцией, дает повод националистическим силам, в частности в Казахстане, активизировать антироссийскую риторику, является одной их причин формирования «особой» позиции у Беларуси.

Сложилась ситуация, при которой даже после вероятного отказа Москвы от «новороссийской» идеи США сосредоточат свое внимание на Крыме, Центральноазиатском регионе и Кавказе, где есть целый ряд уязвимых позиций - сепаратизм, национализм, престарелые лидеры, внутриклановые противоречия. Удар по этим болевым точкам может привести к серьезному сокращению влияния России на постсоветском пространстве, несет риск для евразийской интеграции, являющейся краеугольным камнем политики России, а также способен дестабилизировать сам Центральноазиатский регион.

В этом контексте возникает вопрос, справедлив ли стратегический курс на опору на собственные силы в условиях, когда все наши аргументы в спорах с США и вся наша позиция выстроена как раз вокруг вовлеченности России в мировые экономические процессы. Ведь именно масштабный товарооборот с Европой, который удалось создать благодаря связям, сложившимся за последние двадцать лет, основы которых были заложены еще во времена СССР, позволяет Москве держать удар. Вероятность того, что Россия будет обладать такими козырями в случае изоляционистского курса или переориентации на тихоокеанское направление, где у США довольно сильные позиции во многих странах, имеющих сложные отношения с КНР, остается под вопросом.

| Политком

} Cтр. 1 из 5