Россия и новое «похищение Европы»

1 августа 2019

И.Ю. Окунев – доцент кафедры сравнительной политологии, старший научный сотрудник Центра европейских исследований МГИМО, ответственный секретарь онлайн версии журнала «Сравнительная политика».

Резюме: Сегодня Россия находится на пике антизападнического витка. Это означает, что очень вскоре Москва начнет задумывать новое ценностное «Похищение Европы».

Статья опубликована в спецвыпуске, изданном в рамках выполнения проекта «Россия глазами зарубежных лидеров нового поколения», при реализации которого используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации от 19 февраля 2018 года N 32-рп и на основании конкурса, проведенного Фондом президентских грантов (http://svop.ru/wp-content/uploads/2019/07/rimG.pdf). 

При любом экспертном прогнозировании, включая оценку будущего взаимоотношений России и ЕС, возможны две аналитические стратегии.

Первая – экстраполяция существующих трендов на продолжительный временной период. Существующие тенденции российско-европейских отношений, к сожалению, не внушают оптимизма, и если в среднесрочной перспективе они продолжат развиваться в том же векторе, то нас ждет усугубление обоюдной враждебности и недопонимания. Долгое время существовала надежда, что новое поколение европейской элиты (административной и интеллектуальной), незашоренное идеологическими рамками биполярного противостояния времен холодной войны, сможет преодолеть сложившиеся стереотипные представления о России, как об агрессивном и непредсказуемом соседе и нащупает пространство для взаимовыгодного диалога в интересах решения общих глобальных угроз. Однако парадоксальным образом это новое поколение оказывается менее рациональным и даже более идеологизированным, чем старое. Причем на смену размытой идеологии капитализма приходит очень стройная идеология узко понимаемого левого либерализма. В этой ситуации ренессанс консервативных ценностей в России, вероятно неизбежный после десятилетий левого крена, все увеличивает ценностную пропасть между нами и Западом и почти не оставляет надежд на перемены в среднесрочной перспективе.

В то же время, вероятно, было бы ошибкой размышлять о европейском векторе российской внешней политики как о линейном процессе с одним полюсом притяжения. Российский курс точно цикличен и зависит от флуктуаций национальной идентичности. На одном ветке Россия вспоминает, что она – не Европа, а может быть даже и анти-Европа, удаляется, начинает со Старым Светом конфликтовать и производить антагонистические ценности. Однако поскольку российская пространственная идентичность двойственна, в какой-то момент Россия вспоминает, что она – самая что ни на есть настоящая Европа и должна быть с континентом вместе, а может быть даже и в ее авангарде. Тогда наша страна устремляется в Европу, быстро воспринимает все западное и стремительно меняет кафтан и сюртук. Такое очарование длится недолго, ровно до тех пор, пока северная страна не понимает, что в Европе ее за свою не воспринимают, и тогда мы снова утверждаем, что мы не совсем Запад, а может быть, и совсем не Запад и цикл российской внешней политики начинает новой виток изоляционизма. Сегодня, пожалуй, Россия находится на пике антизападнического витка. Это означает, что очень вскоре Москва начнет задумывать новое ценностное «Похищение Европы».

Вторая аналитическая стратегия – основывается на анализе рисков сохранения существующих трендов и определения факторов, которые могут их сменить. Надо сказать, что в данном плане и Россия и Европа уже вступили в период существенной турбулентности. Он связан, на мой взгляд, с общемировой усталостью от профессиональных политиков. Люди, получив доступ к огромным информационным потокам, больше не считают политику отдельной профессиональной сферой. Мы стоим на пороге глобальной политической революции, в результате которой модели представительной демократии будут заменяться более прямыми и открытыми режимами управления. Выборы президентов США, Франции и Украины – только первые ласточки такого явления. Насколько Россия и Европа смогут адаптироваться к таким существенным потрясениям, пока непонятно. Европейская система пребывает в перманентном кризисе, но в этом и ее сила, она научилась адаптироваться к самым сложным социально-политическим вызовам. Российская система стабильна, но в этом как раз и ее слабость – она косна и не приспособлена к стремительным сменам общественного настроения.

Исходя из вышесказанного, можно сделать тривиальный вывод, боясь прозвучать непрофессионально: мы плохо способны прогнозировать будущее российско-европейских отношений. Одно точно – скучно не будет.

} Cтр. 1 из 5